Друзей не возвращают

— Вжух! Тр-р-р-р-р! У-ху-ху! Дзынь-треньк!
Плюшевый Крольчонок проснулся от жуткого шума. Это была его первая ночь в магазине игрушек, оттого вокруг всё казалось необычайно любопытным, захватывающе необычным и на хвостик морковки — что означает «совсем чуть-чуть» — пугающим.
Малыш шустро повернулся вправо, затем влево. И вдруг заметил, что его длинные уши совершенно обвисли. Когда Крольчонок не спал, они стояли торчком, слегка клонясь вперёд, а их округлые кончики подрагивали от каждого доносившегося звука. Только не в этот раз! Из-за царящего вокруг переполоха уши совершенно измучились. И даже во сне они не смогли отдохнуть от гомона, треньканья и непрекращающихся громыханий.
Магазин — это вам не фабрика игрушек, на которой Крольчонок появился на свет. Там швейные машины тарахтели только днём, а по ночам слышалось лишь тихое шуршание новеньких плюшевых друзей и подушек-сплюшек. Оставшись одни, игрушки выбирались из коробок, разминали каждую лапку и каждый бок после долгого ничегонеделания или неуклюже качались в такт неслышимой музыки, а затем отправлялись друг к другу в гости пить чай, понарошку.
— Вжух! — пронеслась мимо Гоночная машинка и перелетела через ящик с разноцветной ёлочной мишурой.
В ту же секунду над головой Крольчонка показался дозорный Квадрокоптер:
— Ж-ж-жу! Тр-р-р-р-р!
— Гони! Вперёд! Давай! — запрыгали разноцветные Кубики, толкая друг друга и громко хохоча.
— Гони! Вперёд! Давай! Хи-хи-ха! — подхватил тоненьким голосом Хомяк-повторюшка.
— Ох! И как у вас уши не болят от такого шума? — удивился Крольчонок.
Он вздрогнул всем своим плюшевым тельцем и вжал голову в плечи.
— А у нас нет ушей! — опять залились смехом Кубики и выстроились в башенку, пытаясь разглядеть, кто же первым добрался до финиша: Машинка или Квадрокоптер.
— Нет ушей! — захихикал Хомяк-повторюшка вслед за Кубиками.
Крольчонок аккуратно спрыгнул со своей полки и выглянул из-за стеллажа. Он увидел широкий коридор, весь украшенный блестящими лентами и сверкающими шарами. Коридор заканчивался огромным тёмным стеклом. А за ним откуда-то сверху медленно падали то ли белые пёрышки, то ли кусочки ваты. Их было так много и падали они так тихо, что Крольчонок невольно замер, разглядывая первый в своей жизни снег. Да-да! Это был именно снег, который никогда не увидишь внутри фабрики или магазина игрушек.
Зато вату и перья малыш знал хорошо. На фабрике они в большом количестве хранились в пузатых корзинах. Ровно до тех пор, пока из них не рождалась новая мягкая игрушка.
— Поберегись! — прямо перед кроличьим носом, громко гудя, промчался Паровозик и завернул в отдел настольных игр.
«Это всё удивительно и необыч...», — Крольчонок не успел додумать в своей наполненной пухом голове мысль, как откуда-то сбоку раздалось протяжное:
— У-у-у! У-ху-ху-у!
В центре магазина, через три стеллажа от Крольчонка, стоял высокий Кукольный домик. Он хлопал дверцами и протяжно завывал. Рядом с ним, слегка позвякивая тарелками, сопела Ударная установка:
— Дзынь-треньк! Дзынь-треньк!
Малыш опасливо выпрыгнул в коридор и потянулся мордочкой в сторону новых звуков. Ему было и страшно, и любопытно — страшно любопытно, проще говоря.
Прыжок! Ещё прыжок! Спустя три «у-ху-ху» и четыре «дзынь-тренька», Крольчонок поравнялся с розовой стеной настоящей усадьбы для игрушек — таким гигантским показался ему Кукольный домик с расстояния вытянутой лапки.
— Ну вот. Сегодня дом с привидениями изображает, — механическим голосом сообщил выкатившийся из-за стеллажа с музыкальными инструментами Робот и недовольно добавил: — этот Домик каждый день придумывает что-нибудь этакое. Вчера он был картинной галереей с работами самых знаменитых художников. Позавчера вообразил себя королевским дворцом и впускал внутрь одних кукол-принцесс и принцев. Лучше бы стал умным домом и обзавёлся полезными технологиями: по щелчку пальцев включал и выключал свет, зажигал ёлку, через пульт запускал музыку или закрывал окна. В конце концов, мог показывать эмоции. Как я! Ты потерялся, малыш? — Робот наклонился к Крольчонку, и на его лице-экране всплыло угловатое сердечко.
— Я ещё не умею теряться, потому что я маленький, — робко ответил Крольчонок. — Я всего лишь ищу тихий уголок, чтоб мои уши отдохнули.
— Нет здесь такого. Даже среди энциклопедий, — ожил интерактивный Динозавр. — Хочешь тишины — придётся её организовать. Эх, были же времена на складе… — прорычал он мечтательно.
— Как это — ОР-ГА-НИ-ГА-НИ-ЗО-ВАТЬ? — попытался повторить малыш пугающе длинное слово. — А кто-нибудь уже так делал?
— Дай-ка подумать… — Динозавр прикрыл глаза и клацнул зубами. — Вспомнил! Прочёл в одной мудрой энциклопедии: однажды люди узнали о вредном влиянии разных громких звуков и придумали целый праздник — Международный день борьбы с шумом. Он проходит раз в год — в последнюю среду апреля. В этот день людей призывают помолчать, выключить телевизоры, музыку и заглушить двигатели автомобилей на пятнадцать секунд. Кстати, если прибавить к пятнадцати секундам ещё пятнадцать секунд, то получится половинка минуты. Это я узнал уже из другой мудрой энциклопедии.
— Всего лишь раз в год? — расстроился Крольчонок. — Я бы так делал каждую ночь! И не на пятнадцать секунд, а подольше. За половинку половины минуты у меня даже половина ушка не успеет отдохнуть.
— Поддерживаю, — согласился безмолвный до этого момента Панда. — Я хоть в тишине книги спокойно почитаю.
Однако несмотря на одобрение новых знакомых, Крольчонок совсем загрустил:
— Как же я, такой маленький, смогу ор-га-ни-га-ни-зо-вать тишину в таком большо-о-ом магазине?
— А мы на что?
На лице-экране Робота загорелся радостный смайлик. В тот же миг он подключился к компьютеру на стойке информации, а ещё через минуту принтер стал выплёвывать разноцветные листочки. На каждом крупными буквами было напечатано:
«Каждую среду, ночью, по специальному гудку Паровозика объявляется час тишины и отдыха. Позаботимся о здоровье друг друга ♥».
Квадрокоптер любезно разнёс листочки по магазину, и все игрушки дружно поддержали новую необычную традицию — заботиться о здоровье друг друга было очень приятно. Даже плюшевый Попугай Ара, обожавший петь и танцевать в любое время суток, согласился, что его таланту иногда тоже нужен отдых.
— У-ху-ху-у! Ой! А как же быть с Ударной установкой? — разволновался Кукольный домик. — Спать она и так любит, вот только её тарелки звенят даже во сне.
— А я буду между ними класть своё плюшевое ухо, и тогда тарелки смогут помолчать, — предложил Крольчонок.
— Отличная идея, малыш! — Смайлик на лице Робота сменился хлопающими ладошками. — Но по ночам каждому из нас важно отдыхать. Поэтому между тарелок мы положим варежки или шарф.
— У-ух! Их видимо-невидимо завезли перед началом зимы-ы-ы! — подхватил Домик.
— Верно, — согласился Робот. — Они замечательно справятся с поставленной задачей. Теперь по местам! Скоро придут работники магазина.
И плюшевый Крольчонок, совершенно счастливый, вернулся на уже знакомый стеллаж. Он знал: завтра ночью его уши, а заодно и игрушки во всех отделах, смогут как следует отдохнуть. Правда, если днём их кто-нибудь не купит.

Так прошли целых две бесшумные среды. А вместе с ними — десять обычных ночей и десять обычных дней. Каждый раз после закрытия и уборки магазина Крольчонок прыгал в конец широкого коридора, прижимался носом к огромному чёрному стеклу и следил глазками-пуговками за падающими пёрышками-ватками. А если их не было — за мелькающими внизу огоньками.
— Это фары автомобилей, — остановилась как-то возле стекла Гоночная машинка. — Они, конечно, не умеют так смело и быстро покорять разные трассы, как это делаю я. — Машинка с визгом крутанулась на одном заднем колесе. — Зато они большие. И ездят не на маленьких батарейках, а на больших и ещё на бензине.
Сами машины Крольчонок едва мог разглядеть издалека. Он знал лишь, что вместе с проносящимися огоньками домой или по важным делам спешат большие и маленькие люди.
На одиннадцатую ночь Крольчонок впервые не спустился со своей полки.
— Заболел? Испачкали? Купили? — встревожились разноцветные Кубики и стали запрыгивать по очереди друг на друга, чтобы взглянуть на стеллаж с плюшевыми игрушками.
— Заболел? Испачкали? Купили? — запричитал следом Хомяк-повторюшка.
Услышав возгласы других игрушек, Попугай Ара тревожно запел:
— Где же плюшевый мой друг?
Что же с ним случилось вдруг?
Почему его не вижу?
Отчего его не слышу?
Ах, зачем малыш пропал?
Кто же с полки его взял?
Робот отвлёкся от спора с Кукольным домиком, который на этот раз решил, что он Пожарная станция. На лице-экране загорелись круглые глаза, овальный рот и приподнятые полоски-брови.
— Квадрокоптер! Паровоз! — обеспокоенно позвал Робот. — Срочно отправляйтесь к стеллажу с Крольчонком! Как бы с нашим крохой не случилась неприятность!
— Ж-ж-жу! Тр-р-р-р-р! — послышалось из дальнего конца магазина.
Квадрокоптер резко взмыл под самый потолок. С протяжным «Ту-Ту!» Паровозик двинулся с места, освещая стеллажи ярким прожектором — главным фонарём на кабине машиниста.
— Торопитесь! Ну же, мчите! И Крольчонка отыщите! — напутствовал их Попугай.
Ударная установка подняла такой шум, что от лязганья, бумканья и треска Кубики попадали со своей полки.
— Бух! Плюм! Бум! Треньк! — запищал Хомяк, повторяя без остановки одни и те же звуки.
— Торопитесь! Вдруг беда? На спасенье малыша! — не унимался Ара.
Попугай бегал от одного края стеллажа к другому, неуклюже переваливаясь с плюшевой лапки на лапку. Но взлететь не решался. Пожалуй, это была единственная игрушечная птица в магазине, которая ещё ни разу не летала. С тех самых пор, как её принесли со склада.
Робот спешно направился к стойке информации. По компьютерным проводам он взобрался на стол и со знанием дела включил микрофон громкоговорителя. На весь торговый зал зазвучал механический голос:
— Друзья мои! Попрошу каждого замолчать! Пусть говорит или подаст знак лишь тот, кто видит Крольчонка.
Однако игрушки настолько распереживались, что не прислушались к объявлению. Тогда Робот повторил свою просьбу погромче, делая паузы после каждого предложения.
На несколько мгновений среди стеллажей установилась полная тишина. Даже Ударная установка перестала позвякивать тарелками. Чего никогда не случалось прежде — до бесшумных сред.
— Я здесь, — раздался тихий ответ из корзины с отказными товарами.
— Нашёлся! — спешно объявил в микрофон Робот и с появившемся на лице-экране разбитым сердечком приблизился к корзине.
— Тр-р-р-р-р! — повис над овальной головой игрушки Квадрокоптер. — Как ты здесь оказался, малыш?
Из корзины на друзей смотрел не на хвостик, а на целую морковку — это значит «очень много» или «слишком сильно» — печальный Крольчонок. Его слегка взлохмаченные ушки лежали вдоль плюшевого туловища и подрагивали. Спустя половинку половины минуты он снова заговорил:
— Утром маленький человек схватил меня с полки, прижал к холодной куртке и побежал к большому человеку-папе.
— А он не захотел тебя покупать? — появился неожиданно рядом с корзиной Динозавр и издал устрашающий рык.
— Не сразу. Человек-папа посадил меня на место. А потом вернулся один и сказал продавцу: «Беру! Упакуйте, пожалуйста, подарок». Меня перевязали блестящей лентой, с разноцветными горошинами, вставили в лапки еловую веточку и в красивом пакете вынесли из магазина. Я увидел сверху такой яркий голубой потолок, что пришлось зажмуриться.
— Это небо, — проурчал мечтательно Квадрокоптер и описал в воздухе большой круг.
— Не-е-бо-о, — протяжно повторил Крольчонок, словно попробовал новое слово на вкус. — Потом потолок стал серым-серым. Пакет задрожал, качнулся, и я вместе с ним. Мы дрожали долго, а вокруг звучала музыка, раздавались гудки и рёв моторов.
— Всё ясно! Тебя везли на машине, — со знанием дела заявила подъехавшая следом за Квадрокоптером Гоночная машинка.
— А потом? Что потом? — прокричал со своего места Кукольный домик. — Тебя принесли домой?
— В машине что-то громко хлопнуло, в пакет заглянул другой большой человек и сказал: «слишком плюшевый» и «слишком белый». И что мальчикам лучше дарить Робота, Квадрокоптер, Динозавра или футбольный мяч. На худой конец, Кубики.
Кубики, услышав обидные слова в свой адрес, ужасно надулись. Если бы это только было возможным, то они стали бы первыми кубиками, раздувшимися от обиды до размера футбольного мяча.
— После этого человек-папа вернул меня назад, — завершил свой рассказ Крольчонок и дёрнул ушком.
— Как редко большие люди знают, о чём на самом деле мечтают их маленькие люди, — пробормотал Панда и погладил Крольчонка по голове. — Не стоит печалиться. Завтра будет новый день. Тебя снова посадят на твою полку. А вечером ты уже сможешь опять прыгать среди стеллажей, по коридору и любоваться снегом за окном. Ну а пока…
— Мы рядом! — перебили Панду ещё обиженные Кубики.
Это было невежливо с их стороны на целую морковку. И всё-таки на это раз никто не стал их воспитывать. Сильнее всего игрушки хотели поддержать Крольчонка.
Друзья пели, летали, кружились рядом с малышом до прихода самого первого работника магазина. Они наперебой веселили его историями о необычных покупателях, которые когда-то пережили сами.
Но как только электронные часы над входом показали «08:30», Крольчонок остался один. Сначала загудела уборочная машина. Затем зажужжали моторчики включаемых компьютеров. Постепенно магазин наполнился человеческими разговорами, топотом, шарканьем ног, пиканьем касс и повторяющимися новогодними песнями.
Крольчонка не спешили возвращать на полку.
Он заёрзал от нетерпения. Лежать в корзине с отказным набором пластилина, шляпой для фокусов и маской тигра до самого вечера ему вовсе не хотелось. Забыв об осторожности, малыш попытался перевернуться со спины на бок и вдруг услышал знакомые голоса:
— Пап, а если его кто-то уже купил? — расстроенно произнёс маленький человек. — Другого такого больше нет. Понимаешь?
— Его должны были отложить. Мама звонила вечером в магазин. — И через несколько секунд: — Здравствуйте! Мы за крольчонком. Таким плюшевым и сплошь белым. Вчера его вернули. Но поняли, что ошиблись.
— Это мой друг! — воскликнул маленький человек. — Верните мне, пожалуйста, друга.
— Ну, раз «друг» и «пожалуйста», то как не вернуть. — Крольчонок каждым ухом услышал, как заулыбался человек-продавец. Он едва не зажмурился от света, когда его достали из корзины и поднесли к кассе. — На этот раз берёте насовсем? Не передумаете опять?
Маленький человек крепко прижал к себе Крольчонка. Сквозь холодную куртку доносились глухие стуки, словно били по большому барабану Ударной установки.
— Насовсем, — ответил большой человек-папа.
— Ни за что не передумаем! — твёрдо произнёс маленький человек.
— Пакет понадобится? — уточнил человек-продавец.
— На этот раз обойдёмся без него. Спасибо.
— Благодарим за покупку! С наступающими вас праздниками! — поздравил продавец на прощание и повернулся к следующему покупателю.
Через плечо нового друга Крольчонок успел увидеть угловатое сердечко на лице-экране Робота. А спустя четыре половинки половины минуты, или проще говоря, спустя целую минуту, на его плюшевую макушку впервые упало пёрышко снега. И не одно!
— Посмотрим на наряженную ёлку в парке? — спросил большой человек-папа. — Говорят, рядом с ней соорудили ледяные фигуры медведицы и медвежонка.
— Только чуть-чуть, — ответил маленький человек. И, поймав языком снежинку, добавил: — Не хочу, чтобы Сахарок замёрз.