Дом с бабочками

Переезд
В тот год зима была в отпуске. Конец ноября, а снега нет. Земля голая и холодная. Раньше в это время мы уже лепили первых снеговиков, делали им причёски из сена, а на голову водружали старые эмалированные кастрюли или пластиковые ведра. Один раз мама отдала испорченный чайник со свистком. Знатный тогда вышел снеговик! Мы его прозвали господин Чайников.
Все ждали чистого белого снега. Вид пыльного города с немытыми машинами давно приелся. Мне хотелось, чтобы воздух сделался морозным, густым и свежим. Но зима не торопилась.
Папа говорит это хорошо, иначе пришлось бы снова отложить переезд. Даже не верится, что Рождество мы будем отмечать в новом доме! По словам родителей, мы строимся "своими силами". Пока строился дом у меня появился братик Рома. Когда ему исполнилось четыре года у меня появился ещё один братик. Дом уже стал похож на дом, даже установили крышу, но всё же он был не готов. Теперь я знаю, что «своими силами» это значит долго.
В доме мечты у каждого будет свой любимый уголок. Я, конечно, мечтаю о своей комнате, которую не нужно будет делить с братьями. Там будет зеркало во весь рост и постельное белье с облаками, а на подоконнике я устрою лежанку. Постелю плед, обложу его подушками и буду наблюдать за звездами.
Настал долгожданный день переезда! Последнее время мы спали на полу, отчего спина стала напоминать штык от лопаты. Папа с дедушкой всю крупную мебель разобрали, как конструктор и вывезли еще неделю назад. В квартире всюду громоздились пирамиды из коробок. Маминой заботливой рукой значились надписи: «посуда нужная», «мяг. игрушки», «обувь З.», «разное»... Думаю, значение этих этикеток понимала только она. Вся квартира стала напоминать домик в стиле майнкрафт.
Мы с Ромой должны были натаскать, как можно больше коробок из соседних магазинов. Особенно ценились пластиковые корзины от фруктов. Когда продавец спрашивал зачем нам это нужно, Рома с гордостью отвечал:
- А вы не знаете? Мы переезжаем в новый дом! Там будет два этажа и камин.
Мне казалось, что он хвастается, поэтому я немного краснела при этих словах. Он младше, но всегда найдет, что сказать и не боится говорить со взрослыми. Мы принесли много коробок, но их всё равно было недостаточно. Рома раскладывал игрушки по пакетам, я связывала постельное и подушки в узлы.
А потом папа подъехал и установил прицеп прямо перед окном. Мы надели тёплые кофты и шапки, чтобы не простудиться. Мама распахнула окно, и холодный воздух ворвался в комнату. Ветер стал трепать занавески, которые ещё не были упакованы. Жили мы на первом этаже и ничего не мешало прямо с подоконника передавать вещи папе в машину. Через полчаса телега была нагружена, и папа повёз первый рейс с нашим добром.
Таких рейсов было сделано пять или шесть. Уже стемнело, когда мы голодные и уставшие появились на пороге нового дома. Следом привезли Пашку, который всё это время прохлаждался у бабушки.
- А где я буду спать? – первым делом поинтересовался он.
- Сегодня и всю следующую неделю у тебя есть уникальная возможность: выбирать любую комнату. Главное не забывай за собой матрас передвигать - сказал папа.
— Это почему? – удивился Паша
- Потому что кровати ещё не собраны. Мы все на полу будем ночевать – ответила мама.
- Выбирай туалет, - захихикал Ромка — это единственная комната, где уже закончили ремонт.
- Нет, уж. Я лучше вместе со всеми, мне одному страшно будет - нахмурился Пашка.
Моему младшему брату Паше всего три года. Он обожает мультики про динозавров и, кажется, он самый непослушный из нас троих. С Пашей бабушка отправила тяжёлый горячий свёрток. Там в недрах вафельного полотенца аккуратно была завернута сковородка с жареной картошкой. Это я поняла по запаху, который просачивался наружу. Было слышно, как у папы с Ромкой урчат животы. Мама поторопилась отыскать нужную коробку, а потом махнула рукой, взяла ту, где было написано "хрупкое, не трогать". Оказалось, там была праздничная посуда. Вместе мы расставили фарфоровые тарелки, разлили молоко по фужерам, посередине поставили бабушкину чугунную сковороду и принялись за поздний ужин.
Кухонное окно было не занавешено. На широком подоконнике стояла небольшая коробка с иконами. Она была открыта и свет уличного фонаря так и лился в комнату, поблескивал на рамках образов. Тут я заметила какое-то движение, глянула в окно, а там снег! Снежинки в своих неповторимых блестящих платьях на фоне тёмного неба плавно опускалась на землю. Казалось, как-будто к каждой из них прикреплен свой крошечный ватный парашютик, который не даёт им упасть. Рома тоже подошёл к окну и сказал:
- Посмотрите на часы, Зима все-таки успела!
Время было начало первого ночи, а значит наступило первое декабря. Зима будто бы ждала нашего переезда. Этой ночью все тропинки, крыши и наша машина с прицепом укутались пушистой снежной ватой. Улицы стали чище и спокойнее. Мы легли спать первый раз в новом доме и заснули в тот же миг от усталости. Только Паша переживал, что теперь Дед Мороз не узнает наш новый адрес.

Бабочка
Утром нам предстояла утомительная борьба с коробками, которые напоминали неприступную картонную крепость. Мы же были бесстрашными рыцарями. Всё усложнялось тем, что в новом доме не было определённых мест для ножниц, посуды, игрушек и всего прочего. Приходилось без конца дёргать маму и спрашивать, что куда разносить. А ещё Ромик приболел. Из-за температуры у него была слабость. Он охрип и пластом лежал под одеялом.
Ремонт на первом этаже был почти завершен. В комнате родителей поклеены новенькие обои, оставалось только собрать мебель. Этим занимался папа. Я отмывала плитку в ванной. Мама разбирала вещи и лечила Рому.
Когда она добралась до аптечки, то заварила желтый раствор для полоскания горла. Потом мама выдала всем аскорбинок. Это такие желтые маленькие конфетки с витамином «Ц». Я знаю, что Ромка ест их наполовину. Сначала он рассасывает витаминки, а когда начинается кислятина, такая, что глаза щурятся и рот сводит, тогда выплевывает их. Мама об этом не знает. А я молчу, чтобы ее не расстраивать.
Потом мы сортировали вещи. Всё, что не пригодится в ближайшее время было решено перенести на второй этаж. Это старые книги, пашина детская кроватка, вещи «на вырост». Папа строго на строго запретил детям лазать наверх. Второй этаж был еще не готов. Пустые перегородки, голые стены, только потолок светился свежей белой краской. Лестница была временная. Я держала ее снизу, чтобы она никуда не сдвинулась. А мама приготовилась подавать папе коробки. Когда открыли люк, то оттуда вылетела крохотная бабочка. Она была пестрая с резными крылышками. Я видела таких летом. Просто маленькое чудо среди зимы!
Бабочка порхала по комнате. Все отвлеклись и стали наблюдать за ней. Даже Ромка оживился. Он переживал, что это ему причудилось из-за температуры. Но бабочку отчётливо видели все. Она с лёгкостью маневрировала среди вещей, останавливалась на какой-нибудь из коробок и вновь и поднималась к потолку.
Мама предположила, что в доме стало теплее и бабочка подумала, что наступила весна. Папа пояснил, что эти насекомые впадают в спячку при наступлении холодов, как медведи. В таком состоянии они могут пережить даже сильные морозы. Бабочки находят укромные места для зимовки в крышах домов, чердаках или сараях. Когда температура повышается, бабочка может "проснуться".
- Откуда ты столько знаешь?
- Так я ж ботаник-энтомолог просто работаю под прикрытием - улыбнувшись сказал папа и продолжил:
- На вахте, когда остаюсь в ночную смену, то включаю телевизор. Он что-нибудь бормочет, тогда спать меньше хочется и время быстрее проходит. Как-то слушал программу про букашек-таракашек всяких. Вот и запомнилось
Мама принесла клюквенный морс и наш разговор прервался. Роме надо было чаще пить - отвар ромашки, морс и просто чай.
В тот вечер я ещё видела бабочку, а через три дня нашла её неподвижную на подоконнике. Взяв её в руки, я почувствовала на подушечках пальцев какую-то пудру. Это были маленькие чешуйки от крылышек. От прикосновений оранжевые и чёрные полоски смазывались. Крылья от этого выглядели грязными. Мне было жалко маленькую бабочку. Глаза сами собой налились слезами. Мама заметила это, обняла меня и сказала:
-Викуся, не расстраивайся, просто она перепутала время года, за окном мороз, нет ни цветов, ни нектара. Бабочка не может жить в таких условиях.
-Если бы у неё была такая заботливая мама, как ты, то всё было бы хорошо.
-Знаешь, в мире насекомых другие правила. Кто сильнее тот и выживает. Понимаешь? природой так задумано! Поэтому и деток у них гораздо больше, чем у людей, если что-то пойдет не так, есть запасные.
-Ну, сколько, десять?
-Больше.
-Тридцать?
-Ещё больше! Может сто, а может и двести.
-Значит где-то наверху в моей будущей комнате есть ещё 99 бабочек!
-Может быть - сказала мама, глядя в мои округлившиеся от удивления глаза. Она улыбнулась и поправила мне чёлку.
Тогда я не задумывалась о стадиях развития бабочек. Ведь каждая порхающая красавица сначала была личинкой, потом гусеницей, куколкой и только потом обрела свои яркие крылышки. Мысли про 99 гусениц, снующих тут и там по моей комнате меня не беспокоили.
В суматохе переезда все забыли о нашей традиции - открывать клубничное варенье на первый снег. Было решено срочно исправить это безобразие. Мама открыла банку и из неё словно джин из лампы вырвался сладкий аромат клубники, лета и леса. Помню, как мы соревновались, кто первым наберёт кружку ягоды. Это задача не из простых - пойди, попробуй отыщи её! Каждая ягодка в траве прячется. Помню, как щипало руки от ягодного сока, когда отделяли её от хвостиков. Мама говорила, что зимой мы с радостью будем вспоминать это время. Так и есть!

Одна дома
Как-то раз нас пригласили в гости к Красновым. Братья с удовольствием собирались, мама стряпала печенье к чаю, но я всё думала про 99 братьев и сестричек моей бабочки. Надо было их как-то спасать. «Может пробраться на второй этаж и найти их. Легко сказать, но как это сделать» - недоумевала я.
-Мам, можно я не поеду с вами? Надо стих по литературе учить, а он такой длинный на целую страницу!
После этих слов мои щёки тут же покрылись румянцем. К счастью, мама была увлечена украшением печенья и не обратила на меня внимания.
-Молодые люди, вы готовы? Через десять минут выезжаем! – раздался папин голос. Он так нас называл, когда начинал сердиться.
-Идём! – на ходу пробормотал Рома.
Мама упаковывала печенье и попросила меня помочь Паше одеться. Стало шумно. Мальчишки зашуршали куртками и болоньевыми штанами. Зимой так много тяжёлой громоздкой одежды: шапка, шарф, куртка, штаны, ботинки, ещё и рукавички. И почему мы не котики вышел на улицу в своей шерстяной шубке и быстро и мамины нервы целы.
Проследив в окно, как наша машина отъезжает от дома, я отправилась за лестницей. У меня было примерно два часа. Папа с лёгкостью управлялся с лестницей одной рукой, я же с трудом перевалила её через порог. Она была выше меня раза в два. Потом нужно было поднять лестницу так, чтобы она попала в пазы на потолке. Первый раз она чуть не упала на шкаф с зеркалом, второй тоже не удался. В голове вертелись мысли: «Вот бы кто-нибудь помог!». Только некому, я же одна дома, у нас даже кота нету. Сдаваться было нельзя. Третья, четвёртая, пятая попытка и «Ура!». Всё получилось!
Наверху вкусно пахло свежей древесиной. У окна лежали папины инструменты. Стены здесь напоминали торт. Коржи из бруса, переложенные кремом из мха. Есть такое нельзя, но выглядит красиво. Родители планировали сделать три комнаты: спальню для меня, комнату мальчишкам и небольшой чуланчик. У чулана не было своего назначения. Папа хотел сделать здесь кабинет, мама - сушить травяные чаи, Ромка - поставить велотренажёр.
В своей комнате я чувствовала себя хозяйкой! Как сыщик на секретном задании я стала зорко осматривать стены. На тыльной стороне подоконника были какие-то бугорки, похожие на свёрнутые сухие листья. Из-за плохого освещения их было невозможно разглядеть. От подоконника падала тень, среди которой виднелись ниточки паутины. Ещё бугорки с рожками были среди мха в углу стены. Думаю, это и есть куколки бабочек. Я пробежалась по комнатам, заглядывала во все укромные места и нашла всего одиннадцать из 99.
Тут я услышала скрип колёс. Машина затормозила прямо у нашего дома. Сердце моё забилось чаще, ноги как будто отдельно от меня рванули вниз. Дальше всё само собой случилось так быстро и ловко, что я не успела осознать, как это произошло. Внизу я двинула лестницу, она с грохотом шваркнулась на пол. А когда я утянула ее в соседнюю комнату и как ни в чем не бывало плюхнулась на диван, дверь отворилась.
Мальчишки шумно ввалились в комнату. На шапках блестел снег, щеки пылали румянцем. Свежий морозный воздух скользнул по полу, лизнул мои колени и растаял в тёплой комнате. Следом вошли родители. Паша говорил, что он первый добежал до двери. Рома, отпыхиваясь, твердил тоже самое. Все начали раздеваться. Я выдохнула и успокоилась, всё позади.
За ужином обсуждали рождественскую ёлку. Мама хотела настоящую пихту из леса, чтоб до потолка, как в её детстве. Папа говорил, что достаточно нашей старой искусственной ёлочки.
Красновы уже украсили дом к Новому году. У них был новый комплект игрушек, гирлянды развешаны и дома и на улице. Крыша по контуру подсвечивалась красивым жёлтым светом, как будто сотни светлячков остановилось здесь на ночлег. Роме и Паше тоже заегозило поскорей поставить ёлку.
Тут раздался телефонный звонок. Это был дядя Женя Краснов.
- Гена, вы только уехали, как мне позвонил начальник. Нам в организации в этом году ёлки выдают. Всё бесплатно, возьмёшь ту, что на мне числится?
- Возьму! Спасибо, не пропадать же зелёной красавице! – папа завершил разговор и радостно отрапортовал:
- Семья, в этом году у нас будет сразу две ёлки!
- Ура-а-а – закричали все.
Рома, довольный, как слон, побежал за старой ёлкой в подвал. Мама достала коробку с украшениями. Мы с Пашей стали разглядывать причудливые шишки, сосульки, шары. Игрушки не сочетались по цвету, как у Красновых, зато каждая хранила в себе и какую-то историю. Паша больше всех хотел наряжать ёлку и никак не мог дождаться пока её соберут. Он всё прыгал и выбирал самую красивую игрушку. Я повесила серебристые часики с цепочками и дала возможность младшим братьям украсить ёлку самостоятельно.
Тем временем мне нужно было найти ответы на вопросы, которые роились в моей голове. Чем кормить бабочек зимой? При какой температуре они просыпаются? Как из куколки появляется бабочка? Сколько времени они живут в неволе? И тут мне пришла грандиозная идея. Раз они не могут жить зимой, им нужно сделать лето прямо в комнате!

Пора действовать
Через пару дней папа привёз ёлку от дяди Жени. Она была выше меня и даже выше папы. Ёлку оставили ждать своего часа на улице. Мы глядели из окна, как она покачивалась на ветру и время от времени махала нам своими колючими зелёными лапами. Точнее сказать это была пихта. Только мы почему-то всё равно называли её ёлкой.
Нужно было соорудить подставку. Папа поднялся на второй этаж за инструментами. Я напросилась с ним, после недолгого колебания папа взял меня в помощники.
Из кухни послышался голос мамы:
- Только верни мне ребенка в целости и сохранности!
- Хорошо – ответил папа.
Помогать было несложно. Папа просил принести необходимые инструменты, и я мчалась то за гвоздиками, то за рулеткой в разные части комнаты. Особенно часто терялся карандашик, которым делались отметки, но потом я придумала класть его в карман и карандаш больше не терялся. Иногда мне приходилось сметать и убирать опилки.
Папа попутно делился историями из своего девства. А я рассказывала, сколько всего нового узнала про бабочек. Оказывается, что их можно держать дома. В неволе их кормят фруктовым соком, водой с сахаром или мёдом. А еще температура должна быть больше 23 градусов.
- У тебя, глаза светятся, когда ты о бабочках рассказываешь – заметил папа.
- Ведь они такие красивые, как маленькие порхающие цветы. Хочу понаблюдать за их появлением.
- Ты же не собираешься сидеть здесь вечно и ждать.
- Нет, этого и не нужно, просто разреши мне иногда бывать на втором этаже. Я оставлю бабочкам сладкую воду и фрукты. Они смогут перекусить, как только проснутся.
Я скорчила такую трагичную рожицу, как будто это был вопрос жизни и смерти:
- Ну, пожа-а-а-луйста!
Мне очень хотелось заполучить папину поддержку, он помог бы уговорить маму перенести комнатные цветы, и справиться с лестницей.
Папа немного помолчал и ответил:
- Как тебе отказать, ты ведь моя помощница! Вон как нам удаётся вместе слаженно работать.
- Ура! – я обняла его, и мы стали любоваться проделанной работой.
Подставка для ёлки была в виде домика, обшитого рейками. Всё такое красивое, как будто из сказки: резные окна, балкончик, маленькая дверка. Вместо трубы в центре крыши вырезано отверстие для елки. Папа всё продумал: ставишь ведёрко с песком или водой, на него сверху одевается домик и через крышу устанавливается ёлка. Дверка нужна была не просто для украшения, а чтобы добавлять воду.
Ближе к вечеру занесли с мороза елку. Комната стала наполняться запахом хвои и радостным предчувствием праздника. Старых игрушек хватило только на искусственную ёлку, а для настоящей нужно было потрудиться. Мама принесла цветную бумагу и показала, как по шаблону можно сделать объёмные украшения. Наши бумажные шары покачивались на ниточках, от малейшего движения. Паша специально пробегал мимо ёлки, с криком "Вжжух“, чтобы шары начинали кружится. Мама связала крючком несколько ажурных снежинок. Она вымочила их в растворе клея и высушила. Благодаря этому, снежинки хорошо держали форму. Она и меня хотела научить вязать, но сейчас у меня была другая забота - бабочки.


Новые компаньоны
Никогда не думала, что мы с братом будем что-то делать вместе. Мальчишки ведь странные, как будто с Луны свалились. Но Ромыч оказался отличным компаньоном. Когда он увидел, как мы с папой переносим цветы на второй этаж, то стал докапываться: зачем это мне. Пришлось рассказать о моей операции по выращиванию бабочек или коротко ОВБ.
Он скептически отнёсся к этой затее, но уже на следующий день принёс домой два горшка с геранью, укутанных от холода потрёпанным шарфом с запахом старости. Маленькие кустики были плотно прижаты друг к другу, как пассажиры в маршрутке. Запах был резкий, неприятный, словно от дедушкиного одеколона. А вот набухшие соцветия меня порадовали.
- Ты откуда их взял? - поинтересовалась я.
- У бабы Веры, нашей соседки. Она опять в телефоне не ту кнопку нажала, а я помог разобраться и звонки настроил – поведал Роман о своём маленьком подвиге с достоинством рыцаря, спасшего деревню от дракона или что-то в этом роде.
Рома подал мне замечательную идею: было бы хорошо развести побольше комнатных растений и научиться ухаживать за ними.
При школе в теплице работал кружок «Юный цветовод». Там командовала Любовь Алексеевна - лаборант из кабинета биологии. Любовь Алексеевна, не смотря на своё полноватое телосложение, всегда была в движении. То кружила над фиалками, то рассаживала какие-то кустики по маленьким горшочкам. Меня удивили её руки. Совсем не женские, морщинистые и желтоватые. Ногти коротко острижены. Сразу ясно, что эти руки много трудятся. Мне она показалась доброй, а вот мальчишки её недолюбливали. Кто-то посуду в столовой разбил, кто-то стену изрисовал, кто-то урок сорвал: всех отправляют в теплицу перевоспитываться. Любовь Алексеевна говорит: “Если есть время на пакости, то должно быть время и на хорошие дела".
Мы с ней сработались и почти каждый день я таскала домой маленькие отросточки фиалок и традесканции. Чтобы они не пропали от холода приходилось кутать их в полотенце, смоченное водой, целлофановый пакет, а потом заворачивать в физкультурную форму. Если у меня в рюкзаке находился такой свёрток, то домой приходилось мчатся со скоростью света! Зима у нас всё-таки суровая. Иногда мне помогал Ромка. Наши кульки с росточками комнатных цветов он называл контрабандой.
К Новому году в моей комнате на втором этаже собралась уже целая оранжерея. Зацвели герани, фиалки хорошо прижились. Мне нравилось ухаживать за растениями. Любовь Алексеевна рассказала, какие цветы лучше убрать от батареи, ведь они не любят жару, а каким нужно больше света. Венцом моей коллекции стал декабрист, подаренный бабушкой. Он как фонтан величественно стоял на табуретке в центре комнаты и как бы высокомерно разрешал любоваться обилием розовых цветов.

Праздники
Рождество в новом доме вышло ярким и запоминающимся. Утром мама окончательно утвердила праздничное меню, и тут выяснилось, что нет тарталеток и крабовых палочек. Магазины в этот день всегда переполнены покупателями, но ничего не поделаешь. Она взяла с собой Пашку, и отправилась за продуктами. Уже в дверях мама напомнила:
- Папа чистит снег, а ваша задача навести дома порядок к нашему приезду!
Включив погромче музыку, мы с братом приступили к работе. Драить кухню досталось мне, а Ромка боролся с пылью на телевизоре, столах и полу. Под весёлый «джингл беллс» не было слышно, как в батареях что-то пощёлкивало. И вдруг зашумело так, как будто снаряд разорвался прямо у нас над головой. Мы инстинктивно прижались к полу и зажмурили глаза. С улицы прибежал папа с криком:
- Что тут случилось?
Я развела руками:
- Мы ничего не трогали.
- Пап, вы что бомбу храните на втором этаже? - спросил Рома.
- Сейчас не до шуток - нахмурился он и стал проверять батареи.
После хлопка какое-то время была тишина, но она сменилась чуть слышным журчанием, которое не предвещало ничего хорошего. Папа полез на второй этаж отключать отопление. На ходу он крикнул:
- Хватайте тряпки, вёдра и за мной!
Мы засуетились, взяли всё необходимое и поспешили наверх. Я несла ветошь, Ромка с вёдрами поднимался по лестнице следом за мной. Раздался глухой шум, затем пронзительное «ооо-й». Я обернулась, а брата уже нет позади. Он лежал и стонал, обнимая два оцинкованных ведра.
Как Ромыч рассказывал позже, он наступил на свою же штанину, не удержался и свалился с последних трех или четырёх ступенек. Ведра, которым было не подвластно изменить силу притяжения угодили прямо в него.
Я спустилась оценивающим взглядом посмотрела на него:
- Ну как ты? Жить будешь?
- Буду, буду. Не столько больно, сколько обидно - сквозь зубы процедил Ромка.
Наверху гигантская лужа разрасталась по этажу. Окна запотели, воздух был сырой и влажный, как в тропиках после дождя. Я думала, как бы мои бабочки тут не сварились. Мы собрали часть воды тряпками, но другая часть успела просочиться вниз.
Мама с Пашей вернулись как раз, когда мы шли по лестнице. Три утомлённых силуэта с распаренными лицами. Папа в мокрой рубашке и штанах, закатанных до колен, Ромка с синяком под глазом и я с растрёпанными волосами.
- Что случилось? - в ужасе спросила мама.
- Сорвало кран на батарее. Дорогая, не волнуйся, мы уже всё исправили. Нужно будет просто купить новый кран.
Мама развела руками:
- Но хозяйственные магазины не работают в праздники.
Тут мы вспомнили, что сегодня сочельник, празднование которого находилось под угрозой. Чтобы не расстраивать нас папа стал говорить каким-то не свойственным приторно весёлым голосом:
- Можно затопить камин и в зале будет тепло. А ещё, я думаю, лучше отключить электричество. Стены напитались водой, как бы проводку не замкнуло.
- Хорошенькие праздники! - стал возмущаться Ромка.
- Интересно какова вероятность найти кран под ёлкой в такую ночь - задумалась я…
Праздничное настроение смазалось, не таким мы представляли первое Рождество в новом доме. Все перебрались в зал поближе к камину. Ужин готовили не праздничный запланированный, а тот, что можно было приготовить на огне. Во всей этой обстановке было что-то таинственное и приятное. Мы как будто сплотились у единственного и желанного источником света и тепла, даже Пашка притих. Я читала сказку про Снежную королеву, а он внимательно слушал.
Стол получился изысканный: курица на гриле, запечённый в углях картофель, тарталетки с ананасами, фрукты и тосты, которые Ромка жарил на огне. Лица родных в свете свечей, красота! Мы радовались Рождеству и желали друг другу любви и терпения.
За окном стали хлопать салюты. Небо светилось яркими огнями, оно вспыхивало то звёздочками, то серией искрящихся залпов. Соседи стояли на дороге, подняв голову к небу. Ромка на некоторое время пропал из виду. Через минут двадцать он вернулся со свёртком от бабы Веры, кто бы мог подумать, что эта хрупкая пожилая женщина слесарь по профессии. Это был лучший подарок! Папа заменил кран и долго топил печку, почти всю ночь, но мы уже спали.
Утром цивилизация вернулась в наш дом. Было тепло, подключили электричество и интернет. Мысленно приготавливаясь к самому худшему, я поднялась наверх, чтобы узнать, как этот ледниковый период пережили цветы. Моим глазам предстала картина райского сада. В центре комнаты на розовом фонтане бабушкиного декабриста сидели бабочки, у потолка были бабочки, на цветущих фиалках тоже были бабочки. Одна даже не побоялась и села мне на голову. Было так тепло, солнце искрилось и пригревало сквозь окно, отделявшее домик с бабочками от зимней стужи.