Как Чернобород Снежком стал

Как Чернобород Снежком стал
Уже третий день пустовали и птичьи кормушки, и навесы, в которых обычно лежало сено для лосей, оленей и прочей лесной живности. Еще дед Степан обычно развешивал, как бусы на веточки, разные вкусняшки для птиц и белок: сушеные яблоки, грибы и ягоды, нанизанные на веревку. Первыми всполошились белки. Они в лесу самые активные и внимательные. Стараются, чтобы никто не оставался обделен вниманием и заботой. Зимой в лесу это особенно важно – иначе не выжить, поодиночке. Вот однажды заяц по имени Ушастик решил, что ему все надоели. Закрылся в своей норке, потому что ему казалось, что он очень много себе сделал на зиму заготовок, а делиться ему ох как не хотелось. Всем в округе сказал: "Проживу и без вас!" Но вышло иначе. Однажды за ним погнался волк, Ушастик не заметил канаву, споткнулся и сломал лапу. На его счастье сук под ним так треснул, что волк испугался и убежал в противоположную сторону. Несчастный заяц едва добрался до норки. Те же сердобольные белки позвали деда Степана, он был их защитником, подкармливал зимой, лечил заболевших. Дед прикрутил бедолаге к лапе палку и поселил у себя в закутке у печки. Целый месяц Ушастик жил в доме деда, поправлялся, усиленно питался морковкой и капустой. Зато потом, когда в марте вернулся в свою норку, то щедро поделился со всеми своими заготовками. К тому же зима уже была на излете. Не хранить же запасы корений, сушений до следующей зимы?
И вот сейчас всеми обожаемый и любимый дед Степан пропал, несколько дней не выходил из своей лесной сторожки. Три белки-активистки – Рыжуха, Веснушка и Лакомка – решили пойти постучать деду Степану в окно. Начали колотить своими лапками, потом бить по окнам хвостами, но никто не появился, как раньше, никто не зажигал свечей. У деда жил большой кот Чернобород, но он уже неделю как пропадал, с ним такое случалось. Он убегал в ближайшую к лесу деревню Незабудкино, чтобы там порезвиться с другими котами и кошками. Он очень любил, не в пример другим котам, зимнюю пору, особенно коньки и санки. Для этого хозяин ему сам на своем станке сточил и блестящие маленькие конёчки, и словно игрушечные, салазки, к которым приколотил дощечку и подвязал веревку. Чернобород был не просто котом, а волшебником. Саням нашептал - они сами поехали. Хотел было и коньки волшебными сделать, но передумал. Решил, что так нечестно. Все на деревенском катке сами катаются, а он будет как барин стоять на лезвиях, которые его примутся сами крутить и вертеть. Так что он на коньках сам выучился, и теперь пропадал в Незабудкино, где на пруду местные жители соорудили гладкий, как зеркало, каток. Ночевал он на хозяйских сеновалах то тут, то там.
Дед Степан уговаривал его приходить на ночевку домой, но тот пропускал его слова мимо ушей - таков уж был вольный нрав Черноборода.
Он очень гордился своим необычным окрасом. Природа наделила его щедро: очень густая и лоснящаяся шерсть - черная, как уголь. Под пышными усами белый бант, переходящий в манишку – это его настоящее украшение. Без всяких усилий он всегда выглядел нарядно. Другим котам приходилось постоянно намываться, чистить шерсть. Хозяева тоже устраивали им банные дни. Чернобород пренебрегал любыми водными процедурами, да и сам не сильно любил лизать свои лапы, чтобы потом ими вычищать уши и мордочку. Это все не для него! Ведь он и так прекрасен, о чем ему непрестанно напоминал дед Степан. Одного кот не мог простить хозяину то, что он его окрестил таким неприятным именем – Чернобород! Во-первых, у него не было никакой бороды, тем более черной, а был белоснежный бант, во-вторых, это имя звучит очень некрасиво. Чернобород страшно завидовал котам, которых звали Пушистиками, Персиками, а были такие счастливчики, которых именовали Маркизами! А он?! Стыдно даже представляться в приличном обществе – Чернобород. Фу, как не благозвучно и грубо! За это кот затаил на деда Степана тайную обиду. За это он делал вид, что не слышит, когда его зовут, сбегал и пропадал по несколько дней. "Пускай вот теперь дед Степан помучается! Не все ему страдать".
Кот снова пропал. Да и куда ему торопиться?! До Нового года еще далеко, а зимние забавы в селе набирают обороты. Кто горку зальет, кто снеговика слепит ростом больше самого его деда. Только и успевай веселиться налево и направо. "Скучно с этим дедом, да и только", - успокаивал свою совесть кот, когда представлял, как хозяин кричит его, смотрит вечерами в окно и прислушивается – не вернулся ли его "черный пострелёнок". Он и так мог в шутку обозвать! Ему смешно, а коту обидно.
А, между тем, дедушке становилось только хуже. Заболел он не на шутку.
- Надо послать в деревню за котом, - решили белки.
- Я поскачу, я молодая, мигом с ветки на ветку допрыгаю до Незабудкино, - вызвалась Веснушка.
Прыткая белка сразу же без промедления поскакала. А Чернобород в это время выписывал на коньках круги по катку и разучивал новые движения. Ему хотелось на соревнованиях обойти своего конкурента – кота Мотю. У того были самые простенькие коньки, очень старые, и от природы у него одна задняя лапа была короче другой, но он такой оказался усердный, что уже потихоньку стал догонять в своем фигурном катании самого Черноборода.
А тут Веснушка, и так не вовремя.
- Кот Чернобород, привет! Скорее возвращайся домой, дед Степан занемог, - протараторила запыхавшаяся белка.
- Это как это – занемог? Всегда мог, мог и вдруг – занемог! – смеялся кот, красуясь перед Веснушкой.
Он решил показать ей, как наловчился высоко подпрыгивать, крутится на одной лапе и выписывать коньками разные фигуры на льду. Да так, что из-под лезвий в разные стороны летела ледяная искрящаяся пыль.
- Прошу тебя, Белый Бант, поспеши, ведь дедушке совсем плохо, заболел он.
Тут сердце кота растаяло – его так красиво еще никто не называл.
- Ну ладно, так и быть, пойду, - вроде бы как нехотя согласился он.
Домой кот явился во всей своей красе: на шее у него сверкали новенькие коньки, сам он выглядел как барин в мутоновой шубе. Как уже было сказано, он очень гордился своим представительным видом: усами, бакенбардами, белоснежной манишкой и бантом. Когда дед Степан брился, глядя в маленький кусочек зеркала, то кот хмыкал и, подкручивая свои усы, приговаривал:
- А мне вот ничего не надо над собой делать! Я сам по себе хорош. Утром встал – уже во фраке, с манишкой и бантом, усы всегда при мне и в идеальном порядке.
- Эх, и похвальбишка же ты! – смеялся дед Степан.
И вот теперь дед Степан лежал, не шутил и ничего не говорил. Кот мгновенно от испуга спал с мордочки, то есть осунулся, стал жалким. Чернобород стоял возле кровати своего хозяина и дрожащей лапой трогал его лоб.
- Температура зашкаливает! – вопил он.
В критические моменты кот впадал в панику, утрачивал дар творить чудеса и всякие волшебства. Он метался, не знал, что делать и как помочь дедушке.
И тут пришли на помощь практичные, хоть и лишенные всякого дара к чудесам, Белки. Они сразу же засуетились. Разожгли огонь в печке: в доме было холодно, ведь несколько дней не топилось. Когда огонь разгулялся, они поставили большой чайник на плиту, чтобы потом заваривать шиповник.
- Шиповник - это первое средство при простуде, - говорила самая старшая белка Рыжуха.
- У нас и медок есть, мне мой дружок котик Мотик дал, у них есть пасека с пчелами, летом мы этого меда с ним объелись, - оживился Чернобород.
Он вспомнил, что дед тогда сказал: "Если заболеем, очень будет мед кстати".
Дед Степан был очень плох. Он смотрел в потолок в одну точку, щеки его пылали, как в огне. Его звали громко по имени, но он совсем не отзывался и словно никого не слышал. Чернобород забился под лавку и громко начал причитать:
- Это я виноват! Уж как мне Степушка говорил, как уговаривал не ходить на каток. Мол, скоро Новый год, елку пора наряжать, да и корм закончился у лесных обитателей, надо было сено раскладывать. А я смылся! Мне не жить после этого! Если с дедушкой что-то случится, я совсем пропаду один.
К нему тихонько подошла младшая белка, та самая Веснушка. Несмотря на то, что она родилась только этим летом, в ней уже была природная мудрость, поэтому она нашла нужные слова:
- Не плачь! Слезами горю не поможешь. Ты дедушке живой сейчас нужен. На тебя ведь сейчас ляжет все хозяйство.
Всегда очень важно помочь близкому в трудную минуту и подыскать нужные слова.
Чернобород ответил:
- И правда. Спасибо, Веснушка! Я должен быть сильным, чтобы дедушка выжил.
Кот смахнул толстой лапой накатившую на янтарный зрачок слезу.
Закипела работа. Кто заваривал шиповник, кто разводил в чае мед, кто подбрасывал дрова в печку. Стало очень тепло, уютно, запахло ароматным травяным чаем и шиповником. Среди лесных лекарей был старый барсук, но его не смогли разбудить. В этих северных краях барсуки забиваются в норку и крепко засыпают до марта. К тому же этот барсук еще и плохо слышал.
- А пошли к бобрам? – сказала Рыжуха.
- Среди них славится своими способностями лечить Сильвестр. Пошли к бобрам, к речке. Лед оказался толстый, но там была прорубь, которую сделали рыбаки.
- Сильвестр! – кричал Чернобород в отчаянии.
Вскоре студеная вода заколыхалась и показалась сонная морда бобра.
- Ты чего надрываешься, не даешь спокойно спать?
Тогда все наперебой стали рассказывать, что заболел дед Степан.
- Что с вами будешь делать, с лесными и неугомонными?! Показывайте больного. Мы Степана тоже любим. Сколько раз спасал нашего брата: из заводей вытаскивал. Столько мусора сейчас у нас в речке люди оставляют. Вот мы и попадаем туда, как в капкан. Не говоря уже про сети браконьеров.
Сильвестр глубоко вздохнул, взял палку покрепче: ведь бобру без палки никуда. Опираясь на нее и проваливаясь в снег, он шел от реки по направлению к лесу впереди всей честной компании. Ближе к лесной кромке сугробы стали очень глубокими. Тогда Чернобород стукнул себя лапой по острым ушам:
- Что ж я, дурень! А салазки-то волшебные мне на что? Все резвиться привык! А когда до дела доходит – туго соображать начинаю, - ругал себя кот.
Тут он издал такой протяжный кошачий звук, который мгновенно эхом разнесся в звенящей лесной чаще. Через минуту верные салазки были на месте.
С этими санками тоже была история. Чернобород их получил не просто так, как и свой дар. Так и оставался бы он простым котом, сидел бы на печке, и ничегошеньки не умел бы наколдовать. Но вышло иначе.
Лесные духи помогли. Они ведь тоже деда уважали. Он засаживал молодыми деревьями целые вырубки. Собирал желуди, проращивал их, а потом, когда саженец подрастал, находил ему нужное место в лесу. А сколько елей, сосен, берез он посадил! И не сосчитаешь! Лесные духи занимаются тем, что поддерживают в лесу равновесие, а когда лес стали вырубать, то и звери исчезнуть могли, а мертвый лес – он бед бездушный. И дед Степан стал для духов священным человеком. И вот как-то, когда Степан оказался на одной лесной просеке, они все ему явились, а было их не мало, если учесть, что у каждого дерева – свой дух. И вот дубовый дух сказал:
- Дед, а дед! Мы тебя решили наградить. Подарим мы тебе санки крепкие, дубовые, самоходные, чтобы ты зимой не мучился!
И березовый дух свое слово вставил:
- А еще, если будет сильная необходимость, сможешь взять березовую веточку, махнуть ей и приказать природным стихиям. То ли дождик понадобиться, то ли снегопад надо будет унять, махни и загадай.
Слушал-слушал их Степан, а когда они закончили говорить тихо ответил:
- Уважаю я лес, с детства в нем вырос, для меня лес – это моя семья и моя жизнь. Но вот волшебства мне не нужно, я пока сам справляюсь. Не обижайтесь, конечно.
Духи очень удивились: еще никто и никогда не отказывался от таких даров. А весь этот разговор слышал Чернобород, который часто бродил за дедом по лесу. И вот когда дед скрылся, он к ним и обратился:
- Духи лесные! Дорогие! А вы мне санки чудесные подарите. Мало ли что? Дедушка не молодеет. А я, если что, смогу ему помочь.
Так кот из простого превратился в волшебного. Дед про санки узнал, побранил его, но не сильно. Сказал, чтобы этот дар всегда использовал во благо добрым людям и честным зверям.
И вот Сильвестра усадили поудобнее в эти самый дубовые сани, шуба у него была теплая, поэтому он только прикрыл глаза, чтобы вздымающийся по бокам от быстрой езды снег не попадал в них. Возле крыльца салазки встали, Чернобород бежал следом, запыхался. Почистил Сильвестру от снега шубу, провел его в горницу, где лежал его милый хозяин.
- Ну а теперь принесите мне ромашковый отвар, медку, буду его растирать.
А сам из-под полы своей шубы достал флаконы с лекарствами, которые готовил по народным методам, которым его еще прабабушка обучала. К вечеру дед Степан стал всех узнавать.
- Эх, щей моя душа просит.
Только он это промолвил, как его кот уже поднес дымящуюся глиняную плошку с деревянной ложкой.
- Вот, откушай, дедушка. Только из печи! Я же знаю, как ты щи уважаешь.
Белки подоткнули подушки, чтобы Степану было удобнее есть. Утром он уже был на ногах и старался собрать все гостинцы к Новому году, ведь оставалось всего три дня.
- Котик, давай поспешать! Это вот белкам и птицам развесь гирлянды с угощениями, - протянул он бусы, усеянные ягодами, сушеными фруктами, грибами.
- Сено сам разложу. Нам еще елку наряжать с тобой!
- Ой, дедушка! Елку я наряжу, не волнуйся!
Это было любимое занятие Черноборода. Он быстро справился с подкормкой: забирался высоко на деревья, осторожно все развешивал на ветках. Вышло и красиво, а главное – питательно и вкусно. Потом он прибежал домой, вытащил из-под высокой дедовой кровати сколоченный сундук, открыл его и всплеснул лапами от такой красоты. Каждый раз, осторожно доставая новогодние игрушки из пожелтевшей ваты, он испытывал необыкновенный трепет в предвкушении предстоящего праздника. У них в лесу Новый год всегда отмечают с размахом. Тут все веселятся. Увидеть такое можно только один раз в году, когда волк и заяц, держась лапой за лапу, водят вокруг елки хоровод. Тут же накрывается стол. Заранее готовятся подарки, Чернобород традиционно придумывает конкурсы и викторины. Каждый может проявить свои таланты и получить любимое лакомство. Зимой для лесного жителя – это самый лучший подарок!
Сундук был большой, игрушек много. Некоторые старинные достались деду еще от его бабушки. Многие они с Чернобородом смастерили сами. Вырезали из валежника фигурки животных, раскрашивали. Кот обожал наряжать елку и никому не доверял это ответственное занятие. Лишь в одном белки помогали - запрыгивали на самую макушку, чтобы закрепить на нее большую звезду и зацепить фонарики. К вечеру все было готово. Дед Степан и Чернобород напились чаю с медом, сидели у окна и любовались мерцанием нарядной елки.
- Эх, только снежка маловато, - посетовал дедушка, отпивая из блюдца горячий чай.
Прошло несколько минут, и в воздухе закружились крупные, одинокие снежинки. Они так нарядно засверкали, что от этого невозможно было отвести глаз. Дед обернулся, а Чернобород помахал ему березовой веточкой и подмигнул.
- Так ты у духов и веточку взял? Ах ты хитрец!
Чернобород испугался, что Степан его заругает, но тот только улыбнулся и сказал:
- Как же красиво!
Белки, зайцы, волки, олени – все пришли смотреть на эту красоту. Они застыли, любуясь зеленой красавицей, которая высокой и пушистой пирамидой стояла на опушке, прямо возле дома. Разноцветные огоньки освещали снежинки, поэтому вся елка буквально искрилась, словно усыпанная звездами и драгоценными камнями.
Чернобород так громко мурлыкал от удовольствия, что едва не дрожали стекла на окне. Дед гладил его между ушами. И тут Чернобороду пришла в голову мысль: а что, если ему пригласить своего друга из деревни – котика Мотика? А с ним и его прекрасную хозяйку, которая тоже была такой же одинокой, как его дед? Ее звали баба Клава. Она всегда очень ласково привечала Черноборода и частенько пускала ночевать в горницу, когда они с Мотиком заиграются на горке или на катке. Миски у Мотика всегда были наполнены молочной кашей, частенько там можно было поживиться и рыбой. Дома у бабы Клавы было очень тепло и уютно. Она любила цветы, вышивала красивые картины, которыми украшала стены небольшого, но гостеприимного домика. Чернобород задумал сделать своему хозяину новогодний сюрприз. Вместе с Мотиком они уговорили бабу Клаву пойти в лесной домик Степана встречать Новый год. Она напекла пирогов, испекла торт, сделала салат оливье – собрала все это в корзинку и отправила с котами на самоходных салазках. Дед Степан собирался по обыкновению встречать праздник в кругу своих лесных друзей, ну а когда он увидел на пороге бабу Клаву, так и ахнул. Оказалось, что это его давняя любовь, с которой их развела судьба. А вот получается, что потом свела такими хитрыми, лесными тропами.
Но на этом новогодние чудеса не закончились. Баба Клава предложила Степану придумать Чернобороду другое имя.
- Уж очень сложное, мне тяжело его произносить. Пускай будет Снежок!
- Да я и сам думал, что котика не удачно назвал. Ты не против, Чернобород стать Снежком?
Тот только от счастья зажмурился и замурлыкал на весь лес.
После Нового года они стали все вместе жить-поживать и зверят угощать! А Мотик и Снежок стали настоящими братьями. Снежок стал особенно тщательно умываться, чтобы соответствовать своему имени. И еще – он стал чутким и нежным котом, чтобы соответствовать тем дарам, которыми его наградили духи леса.