Как оленёнок за солнцем ходил

В один из дней северной весны за полярным кругом у оленихи Луны родился малыш. Луна назвала его Пеййв, что в переводе с саамского означает «солнце». Потому что в день, когда он родился, солнце не зашло за горизонт первый раз в этом году.
Олениха тогда долго смотрела на оранжевый круг, зависший над горизонтом, а новорожденный малыш у её сильных ног делал свои первые самостоятельные шаги по мягкому ковру из мха. Луна перевела взгляд на оленёнка и заметила, что на серо-бурой его спинке часть шерсти более тёмного цвета образует круг.
«Совсем, как солнце!» – подумала Луна и тут же решила, что это вполне подходящее имя для сына.
Саму её мать когда-то назвала Луной за белоснежные, точно молоко, круги вокруг глаз. «Теперь нас двое – солнце и луна, парные светила, которые ходят друг за другом по небу!» – молодая мать была очень довольна.
Пеййв рос быстро, как и положено северному оленю. Через несколько часов после рождения, напившись жирного и вкусного маминого молока, он уже бегал по тундре, исследуя мир вокруг. Мать-олениха с гордостью наблюдала за проворным сыном. Это был её первый оленёнок. Луна была самой молодой матерью-важенкой в стаде. Так почётно называли в стаде всех олених с малышами – важенками. Потому что принести потомство – это самое важное дело в стаде.
Оленёнок Пеййв оказался очень любопытным. Он беспрестанно спрашивал маму обо всём, что видел вокруг.
– А почему ягель белый и безвкусный? – интересовался Пеййв, глядя на то, как мама постоянно жуёт жвачку из белой массы. Сам он тоже уже пробовал есть не только молоко, но основную пищу оленей – ягель. Однако решил, что молоко мамы гораздо вкуснее и сытнее.
– Зато он полезный! ¬– отвечала Луна. – Если ты будешь есть много ягеля, то вырастешь сильным и здоровым оленем! Тебе будут не страшны росомахи и волки, наши главные враги.
– А почему мох мягкий и влажный? ¬– снова задавал вопрос Пеййв.
– В нём много воды, – поясняла мать. – Даже если рядом не будет ручья, ты не будешь хотеть пить, поев мха.
– А когда у меня рога вырастут? ¬– не унимался оленёнок.
– Они обязательно вырастут к зиме. Сначала они будут мягкими и бархатными на ощупь, а потом затвердеют, – Луна отвечала терпеливо, она понимала, что малышу надо познакомиться с миром и мама – его первый и главный учитель.
И Пеййв не заставил мать ждать новых вопросов:
– А почему у тебя нет рогов? А у других оленей есть?
– Взрослые олени-самцы сбросят рога к зиме. А у тех, у кого сейчас нет – таких же оленят, как ты, и таких же олених, как я, они, наоборот, отрастут. Так нам легче будет добывать себе пищу под снегом, – мать не стала пугать сына тем, что рога нужны не столько за тем, чтобы раскапывать снег, сколько для защиты найденной еды.
– А как же те олени, которые будут без рогов? Как они добудут себе еду? – забеспокоился добрый Пеййв.
– Не переживай, посмотри на наши копыта – видишь, они разделены на четыре пальца – ими очень удобно раскапывать снег, – Луна подняла ногу и показала, как именно надо это делать.
– А что такое снег? – тут же спросил малыш, ведь он ещё никогда не видел полярную зиму.
– Снег – это застывшая вода. И он покроет всю тундру. Но до зимы ещё есть время, наслаждайся северным летом и полярным днём, мой дорогой Пеййв! – мать ласково подтолкнула сына мохнатым носом в сторону ложбины, в которой рос сочный ягель, молодая черника, съедобные грибы – всё то, чем можно было насытиться в тёплое время года в тундре.
Шли летние дни. Пеййв рос. Он становился выше, сильнее. На голове пробились его первые рожки. Пока это ещё были бархатные бугорки, но Луна уверяла его, что совсем скоро они превратятся в настоящие оленьи рога.
– Сначала у них будет мало отростков. Но с каждым годом рога будут расти всё ветвистее, – и у самой Луны тоже проросли маленькие аккуратные рожки.
А Пеййв пробовал свои маленькие рожки, бодаясь с такими же молодыми оленятами в стаде, как он сам. Когда стадо стояло на стоянке и жевало ягель, молодняк гонял по кругу, соревнуясь в быстроте ног, и в шутку бодался, проверяя прочность первых рогов. Пеййву нравилось играть с другими оленятами.
Но больше всего оленёнку нравилось прощаться и здороваться с солнцем. Он засыпал, когда светило висело так низко над горизонтом, как будто прилегло на землю отдохнуть. И просыпался, когда солнышко уже светило и пригревало. Несколько раз стадо не ложилось спать и совершало длинные переходы по тундре на новые сытные пастбища, и Пеййв видел, что солнце идёт вместе с ними, освещая всё вокруг ненамного хуже, чем ярким днём.
Оленёнок так привык, что солнышко его постоянный спутник, что искренне считал его своим названным братом – мама давно объяснила сыну смысл его имени. И Пеййв быстро завёл привычку разговаривать с небесным братом.
– Доброе утро, солнце! – кричал оленёнок едва проснувшись.
– Куда путь держишь? – спрашивал Пеййв солнце, которое, как ему казалось, перемещалось по небу в след за стадом северных оленей.
– Подскажи, где сегодня самый вкусный ягель? – интересовался он, когда солнце стояло в зените.
– Спокойной ночи, солнце! Дай знать, если появится опасность, – просил Пеййв, укладываясь на мягкий мох спать.
Но однажды оленёнок как обычно пожелал солнышку спокойной ночи и уже хотел заснуть, как вдруг увидел, что солнышко закатилось за горизонт. Вокруг стало серо. Всё ещё было видны очертания всего вокруг: мамы, лежавшей неподалёку, других оленей стада, камней, вросших в мох вокруг. Но небо больше не озарялось жёлтым и красным. Оно стало серым, в где-то вдалеке даже тёмно-синим.
– Мама, – позвал Пеййв, – солнышко упало!
– Не переживай, малыш, оно не упало. Оно просто зашло за горизонт. К утру вернётся, – ответила Луна.
Пеййв поверил маме. А утром увидел солнышко на небе и всё пошло по-прежнему. Вот только по вечерам теперь стоило оленёнку пожелать светилу хороших снов, как солнце тут же пряталось за горизонт.
«Наверное, ему стало холодно, вот оно и прячется в небесный белый мох!» – успокаивал себя оленёнок. В том, что на небе облака, как их называла мама, это тот тоже пушистый мох, по которому привык бегать оленёнок, Пеййв не сомневался.
Но солнышко всё раньше и раньше стало прятаться за горизонт и всё позже вставать. Оленёнок встревожился – вдруг его небесный брат заболел. Но Луна говорила Пеййву, что так и должно быть – полярный день сменился на обычные день и ночь, когда солнце полностью заходить за горизонт, а утром снова встаёт. Оленёнок на некоторое время успокаивался, но всё-таки его не радовало, что каждая ночь становится всё темнее и темнее.
Дни с солнышком тоже не радовали Пеййва. Мало того, что они длились меньше, так ещё и стало гораздо холоднее. Погода портилась, стали часто идти дожди, а солнышко теперь и днём пряталось в тучах. И стадо северных оленей теперь пробегало большие расстояния, ища новые места, где ещё остался сочный ягель, запоздалая черника и осенние грибы. Шерсть у Пеййва стала более густой, рога, хоть ещё и бархатистые, но уже в несколько отростков, украшали голову оленёнка. И у мамы рога тоже отросли. Пеййв любовался тем, какие они у мамы ветвистые, тонкие и острые.
Однажды Пеййв проснулся и понял, что вокруг темно. Не так, как было раньше, когда солнце лениво, медленно, но всё-таки поднималось над горизонтом. А совсем темно. Так же как вечером, когда он ложился спать. Сначала оленёнок подумал, что просто мало проспал и проснулся посреди ночи. Но он нашёл на небе созвездие Большой Медведицы и Полярную звезду. Мысленно провёл воображаемую линию, как учила его Луна, когда стадо двигалось на новое пастбище ночью, и понял, что сейчас должно быть позднее утро и он проспал – другие олени давно разбрелись по новой ложбине и завтракали.
– Мама! – позвал Пеййв.
Но ему никто не откликнулся, мама, думая, что сын ещё проспит какое-то время, отлучилась вместе со всеми на поиски еды – ей надо было запасаться питательным подкожным жиром перед предстоящими холодами.
Оленёнок ещё несколько раз позвал маму, а потом хотело было идти куда-то в темноту, где мелькали тени оленей, почти не различимые на фоне тёмных камней, разбросанных по тундре.
«Но, может, лучше, я пойду искать солнце?» – подумал Пеййв.
Ещё он подумал, что обязательно уговорит названного брата, чтобы тот не прятался так надолго в небесной тундре. Оленёнок встал и побежал в темноту. Как все северные олени, он хорошо ориентировался даже и в такой кромешной темноте. Он бежал так быстро, как только позволяли ему резвые крепкие молодые ноги. Из-под копыт летели кусочки мха и ягеля. Пеййв бежал к краю света.
Мама Луна как-то рассказывала, что они живут почти на краю света – в Заполярье. Их ореол обитания два самых северных полуострова, люди называют их Средний и Рыбачий. А олени никак не называют. Они просто чувствуют, где заканчивается граница обитания их стада. Всё лето они бродили по полуостровам в поисках самого вкусного и свежего ягеля. Но ни разу не подходили близко к северному морю, которое омывало эти полуострова. Луна объясняла, что там опасные скалы. И могут быть люди. Олени предпочитали держаться подальше и от скал, и от людей. Но Пеййв видел, что солнце сначала отдыхало, а потом пряталось как раз, там, где северное море омывало полуострова.
Оленёнок решил бежать до самого моря, а если понадобится, то и до самого горизонта, только чтобы поговорить с солнышком. Кога Луна вернулась на то место, где оставила спящего сына, мох уже не хранил след его копыт.
Пеййв бежал, не чувствуя усталости, не замечая ничего вокруг. Да что можно было заметить в темноте?
Так, он не заметил, что у него появились преследователи. Два молодых волка решили полакомиться свежей оленятинкой на завтрак и теперь бесшумно следовали за Пеййвом, радуясь, что глупый молодой олень отбился от стада.
Волки выждали удобный момент, чтобы напасть на оленёнка и никак не могли договориться, какой именно момент должен считаться удачным. Наконец, они решили, что будут ждать, когда олень выдохнется.
Но Пеййв был сильным молодым оленем. Он всё бежал и бежал. И всё-таки его кто-то догнал.
– Мама? – удивился оленёнок. – Как ты меня нашла?
– По запаху, – коротко ответила Луна.
– Беги и не оборачивайся! – добавила она строго, не желая пугать сына известием, что не только она нашла Пеййва.
Но Пеййв не послушался и оглянулся. Он увидел волков и очень испугался.
Мама покачала головой – какой всё-таки своенравный у неё сын! К счастью, Пеййв не сбавил скорость, а продолжил бег. Луна кивком головы приказала сыну следовать за ней. Оленёнок на этот раз не ослушался маму и бежал с ней голова к голове. Луна хорошо знала родные места. Она вела сына и волков в коварное болото.
Волки же плохо знали местность, потому что забрели на полуостров с материка. Они только обрадовались, что добычи стало для них больше, и уже делили, кто будет есть мясо оленёнка, а кто оленихи.
Когда Луна с Пеййвом достигли болота, олениха сбавила скорость и приказала сделать тоже самое сыну. Пеййв начала не понял ¬– зачем идти медленно, ведь их могут настигнуть хищники, но спорить не стал.
– Иди след в след за мной! – сказала Луна и первой отправилась по кочкам болота.
Пеййву ничего не оставалось, как следовать за мамой. Сначала он очень боялся, что они провалятся в болото, но вскоре понял, что их копыта отлично приспособлены для ходьбы по топким местам – подвижные пальцы копыт давали большую опору и хороший баланс. Вместе с мамой они достаточно быстро ушли в центр болота.
А вот волкам пришлось не сладко. С размаха они влетели в жидкую трясину, густая шерсть и пушистые хвосты их намокли начали тянуть их на дно. Кое-как хищники выбрались на твёрдую поверхность и, уже не думая о добыче, посеменили восвояси, отряхиваясь и жалобно скуля.
Луна и Пеййв пересекли болото и вышли из трясины целыми и невредимыми.
– Зачем же ты убежал, глупыш? – ласково спросила олениха сына.
– Мама, я хочу поговорить с солнцем и вернуть его обратно в небесную тундру. Мой названный брат, наверное, обиделся на что-то и скрылся. А, быть может, вообще – заболел! – горячо заговорил Пеййв.
Луна только вздохнула. Она уже пыталась объяснить сыну, как устроены полярные день и ночь. Но Пеййв не хотел и слушать о том, что долгое время в его мире будет совсем темно. Ему, рождённому в начале полярного дня, было привычно, чтобы солнце находилось всегда на небе. Вернее, в небесной голубой тундре, как любили говорить все северные олени.
– Хорошо, пойдём вместе, – согласилась Луна, ведь ночное светило всегда следует за дневным, вот и она, конечно же, последует за сыном.
Обрадованный Пеййв снова побежал к краю земли – на берег северного моря. Луна не отставала от сына, ведь она была молодой оленихой, быстрой и выносливой. Только несколько раз они останавливались, чтобы поесть ягеля и на браться сил для дальнейшей дороги.
А дорога становилась всё сложнее. Поднялся северный ветер и принёс с собой холодный колючий снег. Густая шерсть защищала мать и сына от непогоды, но тундра быстро покрылась слоем белого холодного снега, скрыв под собой мох. На очередной остановке Луна показала испуганному Пеййву, как надо раскапывать копытами и носом снег, чтобы добраться еды. В ход пошли и копыта, и рожки. Пеййв понял, как действительно удобно устроено его тело – всё пригождается для поиска еды.
Наконец, олениха с оленёнком достигли края земли. Они вышли на северный каменистый пляж – литораль, по которому гуляли и разбивались о каменную твердь большие холодные волны Северного моря. Пеййв немного испугался суровых волн, которые шумели так, что, кроме них он ничего больше не слышал. Но желание увидеть солнце пересилило страх, и оленёнок подошёл к самой кромке воды и принялся вглядываться в тёмную даль, стараясь уловить хотя бы немного света, чтобы понять, где скрывается его названный брат.
И он увидел! Небо внезапно озарилось яркой вспышкой и на чёрном фоне неба засияли разноцветные дуги, которые пересекались и скручивались в спирали. Дуги были красные на концах и жёлто-оранжевые ближе к горизонту. Вокруг Пеййва всё стало сразу ярким – и снег, и северное море, и мама Луна.
– Мама! – вскричал оленёнок, – это же мой названный братик – солнце –передаёт привет!
– Да, всё верно, – улыбнулась Луна, – это привет от солнышка. Ты не будешь до лета жить в темноте – путь нам будут освещать луна и звёзды, они никуда не денутся с ночного неба. А время от времени на горизонте будет вспыхивать северное сияние. Его приносит к нам солнечный ветер прямиком от твоего названного брата. И ты будешь знать, что с ним всё в порядке. А когда в тундру придёт весна, солнце само выйдет из-за горизонта.
– И тогда снова наступит длинный полярный день? – с надеждой спросил Пеййв.
– Обязательно! – ответила Луна. – Прямо в твой первый день рождения!
Пеййв с восхищением смотрел на переливающиеся разными оттенками зелёного, жёлтого, оранжевого и красного лучи северного сияния и думал, что он не зря шёл сюда сквозь метель, убегал от волков и терпел холод. Потому что он своими глазами увидел солнечный привет от названного брата. И это оказалось самое важное событие для оленёнка с тех самых пор, как закончился полярный день. Он, наконец-то успокоился, поняв, что с солнышком всё в порядке.
– Нам пора возвращаться в стадо, – мягко позвала его мать.
– Конечно, идём, мам, – отозвался Пеййв. – Теперь мне будет гораздо легче переносить полярную ночь.
И оленёнок по имени Солнце вместе с мамой Луной пошли обратно, им предстояло найти своё стадо, ведь северные олени не живут поодиночке. А северное сияние переливалось в небе, растянувшись во всю ширь горизонта, освещая им путь и делая суровую северную зиму немного сказочной.