Осенняя история

- Ой, они же могут сломаться! - крикнула Нина подружкам, увидев деревья, согнувшиеся под тяжестью первого снега.
Снег выпал внезапно и застал деревья врасплох. Вся земля покрылась плотной снежной корочкой, лишь кое-где зябко выглядывали зеленые травинки и желтые листочки. Нина побежала вперед и стала стряхивать с деревьев тяжелый мокрый снег.
- Нина, я здесь! - раздался через дорогу знакомый голос. Мама встречала ее из школы. Нина подняла с земли сломавшуюся веточку с маленьким желтым листочком и побежала к ней, перепрыгивая с одной ноги на другую.
- Мама, а что случается с опавшими листьями, когда их полностью засыпает снег? - спросила Нина, разглядывая свою веточку.
- Они снова превращаются в землю, питают почву, чтобы весной на дереве появились новые листья. - ответила мама. - Рано у нас в этом году снег выпал. Даже жаль, белым цветом долго не налюбуешься.
Мама грустно вздохнула и повернула к дому. Нина немножко поежилась. От выпавшего снега веяло прохладой и приближающейся зимой. Она задумчиво глядела на свой листочек, крепко державшийся за тоненькую веточку, как она за мамину руку, и что-то бормотала про себя. А придя домой, она поставила веточку в вазочку и, обращаясь к ней, шепотом прочитала получившееся стихотворение:

Осенний лист дрожит в руке.
«Скажи-ка холодно ль тебе?» -
Говорю ему тихонько,
А он в ответ лишь шелестит легонько.

Не успела она произнести последние слова, как листочек зашевелился, и Нине показалось, что она слышит тоненький писк. Она с удивлением протянула руку к листочку и затронула его пальчиком. Писк стал еще громче, но теперь он был похож на громкие всхлипы и плач. Тогда Нина взяла в руки вазочку и поднесла ее к уху.

- Что же теперь делать? Ой-ой-ой… как я попаду к Куролесу? Где же это я оказался? Ах бедный я, бедный… не появиться мне весной в новом платьице на моем родном вязе…
- Это что же такое? Ты разве умеешь говорить? —спросила Нина листочек.
- Да… а ты кто? И зачем ты меня унесла в это странное место? Уж не Зимы ли ты прислужница?
- Нет, я Нина. А принесла я тебя к себе домой. А ты кто? И при чем здесь Зима? Разве она существует?
- Еще как существует! Только не советую с ней встречаться! А меня зовут Вязик. Я листочек с большого вяза у дороги, между рябинами. Если ты не служишь Зиме, то помоги мне попасть к Куролесу.
- Кто такой этот Куролес? - еще больше удивившись, спросила Нина. - И почему тебе надо к нему?
- Как же ты не знаешь Куролеса? Куролес - хранитель природы, все листья по осени попадают к нему. Он живет под землей, в далеком дремучем лесу. Всю зиму он раскрашивает листья в зеленый цвет, чтобы наступила весна, и деревья смогли нарядиться в новые одежды. Но теперь я не смогу попасть к нему, Зима поймает меня и превратит в снежинку. - листочек снова задрожал.
- Ну что ты, что ты! Не плачь, я отнесу тебя обратно на улицу и помогу добраться до Куролеса. - успокоила его Нина и побежала на улицу.
Когда они вышли, метель кружила в снежном вихре снежинки, травинки и листья.
- Только не ставь меня в снег! - закричал Вязик, когда Нина уже собиралась поставить веточку в мокрый сугроб у дороги. - Там меня сразу схватит кто-нибудь из слуг Зимы… иди под дерево, там между корней будет проход.
Нина послушала Вязика и побежала к дереву. Ноги затягивало в снег, ставший мокрым и липким, снежинки летели в глаза, но Нина крепко держала веточку, и уже скоро они сидели у корней большого тополя, а Вязик показывал ей, куда нужно лезть. У самой земли, среди корней, была темная дыра.
- Туда! - закивал ей Вязик, и в следующую секунду они полетели сквозь темноту, Нину закружило-закачало, и она зажмурилась от страха.
Когда вокруг стало тихо, Нина почувствовала, что лежит на чем-то мягком. Она открыла глаза и увидела, что они оказались на небольшой полянке, сплошь покрытой мхом, а вокруг стояли извивающиеся, переплетенные между собой деревья. Перед ними стоял маленький красный домик с зелёной крышей, около которого были расставлены небольшие бочонки.
- Вот и домик Куролеса! Идем скорее! - Вязик радостно захлопал в ладоши.
Нина взяла Вязика и двинулась к домику. Когда она проходила мимо бочонков, откуда-то сверху взметнулась белая фигура и стремительно полетела на Нину.
- Ух-хууу! - успела услышать Нина, прежде чем огромная полярная сова сбила ее с ног у самого крыльца.
Нина упала прямо на первый бочонок и остальные, как домино, повалились друг за другом. Из бочонков полилась краска, мох на полянке окрасился во все оттенки зелёного цвета. За дверью послышался поспешный топот, и на порог выскочил маленький бородатый человечек, похожий на небольшой пенек.
- Ой-ой-ой, - запричитал он и схватился за бороду. - Моя зелёная краска! Вся разлилась!
Я не специально… сова налетела на меня… и я упала… - дрогнувшим голосом сказала Нина.
- Ах, эта противная … уж попадись ты мне! - человечек погрозил кулаком куда-то наверх. — Это все проделки Снежной королевы! Она только и ждет, чтобы напакостить и захватить себе весь год! Но что же делать? Если вся моя зеленая краска разлилась, я не смогу подарить листьям новые наряды к весне, весна не наступит и Зима станет повелительницей всего года!
Нина с Вязиком тревожно посмотрели на Куролеса, а сам он побежал за Лесной книгой, в которой была написана вся история Природы и советы по решению сложных вопросов в жизни ее хранителей.
- Так-так, кажется решение есть, - наконец сказал Куролес и радостно погладил свою бороду. - Нужно отправиться на противоположную сторону Земли и набрать там летних красок! Но кто отправится туда? Я не могу оставить мой дом и собравшиеся листочки, Зима непременно будет пытаться их захватить.
- Я могу! - воскликнула Нина. - Я разлила краски, я их и верну!
- И я пойду с тобой! - сказал Вязик. - Дорога может быть опасной, не хочу отпускать тебя одну.
- Тогда решено, - обрадовался Куролес и принёс из своего домика старый-престарый посох, покрытый мхом и обвитый плющом. - Только будьте осторожны - слуги Зимы захотят помешать вам. Держите вот эти бочонки, в них нужно будет набрать красок.
- Такие маленькие! - удивилась Нина.
Не волнуйся, когда вы вернетесь сюда, они увеличатся. Запомните слова:

Крутись, бочонок лесной
И наполняйся весной!

Произнесите их, когда окажетесь на летней стороне Земли, и бочонки наполнятся красками. Ну, вперёд! - Куролес ударил посохом о землю, и перед Ниной с Вязей открылся вход в тёмный подземный тоннель.
- Как же тут темно… ничего не видно.. - растерялась Нина.
Не волнуйся, - успокоил ее Вязик. - Сейчас я все исправлю.
Он что-то прошептал и стал светиться ярким желтым цветом как маленький фонарик. Нина с Вязиком устремились вглубь тоннеля. Тот был длинным и очень разным: его стены были похожи то на переплетенные корни деревьев, то на переливающиеся самоцветы; пару раз со стен на них капало что-то чёрное, густое и липкое, а где-то на середине пути Нина чуть не обожгла плечо, решив отдохнуть и прислониться к стене. Но вот вдали забрезжил свет, и Нина с Вязиком вышли из тоннеля.
Их обдало жарким соленым воздухом. Вокруг стояли высокие деревья с большими листьями, обвитые лианами и усыпанные яркими цветами. В небе кружили пестрые птицы, бабочки, сияло теплое солнце. Нина поставила на землю бочонки и произнесла волшебные слова. Они закрутились, завертелись, и, наполнившись, хлопнули крышками. Нина аккуратно положила их в карман. Пока Вязик вел ее обратно к тоннелю, Нина рассматривала незнакомые деревья и птиц. Вдруг с самой высокой ветки слетела белоснежная птица и исчезла в лесу. Только одно ее перо плавно опускалось вниз. Нина подхватила его: оно было большое, похоже на павлинье, но абсолютно белое. «Какое красивое!» - подумала Нина и положила его в карман к бочонкам. Вязик уже ждал ее и поторапливал.
Дорога назад показалась им гораздо легче, и они быстро прошли весь тоннель. Но когда вдалеке стал виден домик Куролеса, в куртке у Нины что-то зашевелилось.
- Ой, - закричала она, засунув руку в карман. - Меня кто-то укусил.
В тот же миг из кармана выскочила белая мышка. В лапках она держала бочонки с краской. Нина с Вязиком бросились догонять ее, но не успели. Она скрылась в темном тоннеле.
Куролес сидел на крыльце своего домика. По заплаканному Нининому лицу он понял, что произошло несчастье. Он снова вытащил свою волшебную книгу и стал её листать. А Нина все плакала и плакала. Она так хотела помочь Вязику, так хотела, снова встретиться с ним и его друзьями-листочками весной. Нина взяла его в руки и прижала к себе. Слеза скатилась с её щеки и упала на Вязика. И там, где она упала листочек вдруг стал зелёным. Нина не заметила этого, а ее слезинки разлетались и окрашивали все вокруг в цвет ее глаз - зеленых как весенняя листва. Увидев, что листья преображаются, Нина перестала плакать, засмеялась, подхватила Вязика и закружилась с ним по всей поляне. И все вокруг зазеленело еще больше. А Куролес записал в книгу Природы новый способ борьбы со злой Зимой, которой пока так и не удалось стать повелительницей всего года.

Пингвин и зонтик.

Далеко-далеко в Антарктике, среди белых льдов, таких белоснежно-блестящих, что не видно солнца, жил пингвин. У него не было имени, поэтому назовём его просто Пингвин.
Там, где он жил, солнце светило слишком ярко, чтобы его рассматривать, зато было прекрасно видно снег, снежные равнины и море. Когда была зима, море было покрыто льдом, таким же блестящим как снег, и таким же белым. А когда было лето… море снова было покрыто льдом, но местами проглядывали тёмные, почти чёрные островки воды. Конечно, не всё в Антарктике было белым, не всё. И Пингвин не был. Белым у него был только пушок на животе, а всё остальное было чёрным. Ещё у него были друзья бакланы - тоже чёрные, и чайки с буревестниками. Но они были белыми. А хищные касатки были и чёрными, и белыми.
Но иногда в их воды заплывал синий кит. Он всегда радостно приветствовал пингвинов большим фонтаном брызг. Капли воды переливались на солнце разными цветами: красным, жёлтым, зелёным и синим.
Пингвин очень любил, когда приплывал кит. Он любовался яркими каплями и подолгу сидел у берега, слушая китовы рассказы о местах и морях, в которых он плавал. Пингвин воображал, что тоже разглядывает в зарослях джунглей красного попугая или пятнистого леопарда. Или встречает рассвет в тени зелёных деревьев, глядя на синее море и розовое небо.
Когда кит уплывал, пингвин любил сидеть на берегу и разглядывать странную разноцветную палочку, которую он где-то нашёл. Она была почти с него ростом, и он ставил её перед собой и, поворачивая к себе разными сторонами, представлял себе, что разговаривает с теми удивительными животными и деревьями, о которых рассказывал кит.
Как эта палочка оказалась на льдинах, никто не знал. Но она стояла перед пингвином, и он любил с ней разговаривать.
И вот однажды, пингвин уронил свою палочку. И она покатилась вниз к воде, стукнулась о льдину и упала за край. Пингвин, прыгнув на живот, покатился за ней. На самом краю он остановился. Палочки не было. Вместо неё по воде плавал чудесный радужный зонт. Пингвин нырнул за ним, а когда вынырнул, ему показалось, что он попал в самую большую каплю из китового фонтана. Он сел на льдине, плавающей в море и посмотрел на зонт.
«Да, теперь у меня есть эта капля. - сказал Пингвин сам себе. - Но я больше не смогу представить, что разговариваю с теми неизвестными животными и деревьями». Наш пингвин не знал, что зонт достаточно закрыть и он снова станет палочкой.
Пигнвин задумчиво посмотрел на зонт и поднял его над собой. В это мгновение подул ветер. И льдина с зонтом поплыла вперёд как маленький кораблик с парусом. Пингвин проплыл мимо своих знакомых пингвинов. Мимо чёрных бакланов. Мимо белых чаек и буревестников. Мимо белоснежных блестящих льдов.
Он плыл всё дальше и дальше. Море из чёрного становилось синим. И вот наконец утром впереди показалась земля. Она была зелёная-зелёная. А небо розовое. Какое это было чудо! Пингвин присел отдохнуть на жёлтый песок, а вокруг летали красные, синие и жёлтые попугаи.
«Как же тут хорошо! - думал Пингвин. - Гораздо лучше, чем на белых льдинах среди чёрного моря».
Всё вокруг было такое цветное, и Пингвин пошёл к художнику, и тот раскрасил его чёрно-белую шубку в яркие цвета. Краски так понравились Пингвину, что он решил остаться у художника.
Теперь Пингвин рисовал всё, что видел. Но больше всего ему нравилось рисовать радугу.


Собирая вишню.

День был тёплый, и полуденное солнце над двором бабушкиного дома окутывало всё вокруг мягким, приглушённым светом. Маленькая Лиза босиком шла по узкой тропинке к вишнёвому дереву, оставляя за собой следы на сухой земле. Ей нравилось тянуться за ветками, наклонять их пониже, осторожно срывать спелые ягоды и чувствовать, как сок липко скользит по пальцам.
Бабушка осталась в доме — наверное, снова сидит у окна с одной из своих старых выцветших салфеток, чинит мелкими аккуратными стежками. Весь её дом был соткан из таких мелочей: старой посуды, застиранных полотенец, десятков тряпочек, которые бабушка называла ласково, будто все они жили своей жизнью. В этом доме всё дышало ею и ею наполнялось. Лиза всегда чувствовала это спокойное, тёплое присутствие: дом и бабушка были для неё одним целым.
Когда Лиза наклонилась, чтобы сорвать ещё одну ягоду, из дома раздался тихий, спокойный голос:
— Лизонька, не ешь всё сразу, оставь немножко для мамы. Ты ведь знаешь, как она любит вишню.
Лиза улыбнулась, обернувшись к окну. Конечно, она оставит, ведь мама обещала приехать на выходные и обязательно пойти с ней в сад собирать вишню, как и каждый год. Сидя под деревом, Лиза медленно вдыхала свежий аромат ягод и земли, впитывала тишину и спокойствие, собирая в своем сердце целый мир. Бабушкин дом, покосившееся крыльцо, старый сад с тихо шелестящей листвой и ещё тёплое солнце — всё хотелось запомнить и нежиться в этих воспоминаниях морозной зимой.
Она понимала, что её детство уже не совсем детство, а, может, и не детство вовсе. Лиза тогда не смогла этого объяснить, но в глубине души чувствовала: с каждым собранным урожаем они с бабушкой прощаются с чем-то, как с каждой сорванной ягодой вишня прощается с летом.
Прошло много лет, и Лиза снова оказалась в бабушкином доме, но уже в другой роли: на её плечах был платок, в руках — нежные пальчики её маленькой внучки, которая также, как и она когда-то, осторожно срывала тёмные, налитые вишни с тех самых веток.
— Бабушка, а почему вишни такие тёплые? — внучка внимательно смотрела на неё, щуря глаза от солнца.
Лиза улыбнулась, поправив лёгкий локон у девочки за ухом.
— Потому что в них — всё лето, моя дорогая. Каждая вишенка — это маленькое солнышко. Когда я была такой, как ты, и спрашивала – моя бабушка отвечала мне то же самое. В этих ягодах — весь свет и тепло тех дней, которые были с нами летом.
Взгляд её задержался на тёмных гладких листьях, что шелестели над их головами. Вдруг ей пришло в голову, что в сборе урожая, в этих простых ритуалах — вишни, яблок, грибов в лесу — скрыта простая мудрость, доступная любому, кто готов остановиться и прислушаться. Ведь таким образом мы прощаемся с летом, мы принимаем и отпускаем всё, что оно нам принесло. Так же и с жизнью: каждый год — это ещё один сезон, в конце которого мы собираем в себе то, что больше не вернётся.
Смотрела она на вишнёвые гроздья, которые касались её лица, и вспоминала бабушкины слова: «Лето уходит, оставляя нас с дарами, — говорила она. — Мы забираем эти плоды с собой в осень, и пока они у нас есть, лето с нами. Но однажды и это закончится. Каждый урожай, каждая ягода напоминают нам, что мы не вечны».
Лиза смотрела на внучку, на её светлые волосы, в которых ещё играли солнечные зайчики, и вдруг поняла, что теперь она, как когда-то бабушка, передаёт дальше эту эстафету истин, неизменных на протяжении жизни. Ягода у неё в руках — это бесценный миг, короткий, как само лето, но полный жизни и тепла.
— Бабушка, как жалко, что мы не сможем вернуться в то лето, когда ты была маленькой, — внучка подняла на неё большие, горящие, любопытством глаза.
Лиза задумалась на мгновение, пытаясь найти правильные слова. Её внучка озвучила то, о чём много лет назад она тоже жалела.
— Каждое лето бывает только раз, — ответила она наконец. — Мы не можем его вернуть, но можем сохранить его в сердце. Оно пройдёт, но останется с нами.
Внучка задумалась над её словами, опустила взгляд на вишенку у себя в ладони и тихо шепнула сама себе: «Каждая вишенка — это лето…»
Лиза невольно вспомнила бабушку, её руки, уставшие от долгих лет забот и труда. Как она сидела вечерами у окна, и тихий свет от лампы падал на её морщинистое лицо, подчеркивая мягкими тенями усталые, но спокойные глаза. Она помнила, как бабушка рассказывала, что рождение и смерть — два конца одного длинного полотна, которое мы ткём в течение жизни, добавляя в него новые нити каждый день.
Бабушка говорила: «Смерть — это когда мы собираем наш последний урожай, как те ягоды, что мы собираем в конце лета. Жизнь наполняется каждым прожитым мигом, и, когда приходит время, мы, как деревья, передаем плоды следующему поколению, а сами уходим. Мы живём, пока кто-то помнит о нас, пока спелые вишни хранят тепло ушедшего лета».
Теперь Лиза сидела рядом со своей внучкой, наблюдая, как та складывает вишенки в ведёрко, и чувствовала, как всё внутри наполняется тихим, глубоким покоем. Она не знала, увидит ли весенний цвет вишни, но ей было хорошо от мысли, что её внучка, возможно, запомнит этот день, запомнит запах летнего сада и сладкий вкус вишни с кислинкой.
В этот момент внучка подняла на неё глаза и тихо спросила:
— Бабушка, а ты будешь здесь, когда я снова приеду собирать вишню?
Лиза, мягко улыбнувшись, погладила её по голове.
— Я всегда буду с тобой, как в этих вишенках всегда остаётся лето.