Сказка о сказочниках. Братья Гримм

Татьяна ТОРГАШОВА
Сказка о сказочниках

БРАТЬЯ ГРИММ

Тихо в библиотеке города Касселя. Так тихо, что Вильгельму Гримму слышно, как за большим шкафом с книгами скрипит гусиное перо, которым пишет его старший брат Якоб. Впрочем, это не единственный звук. Вот большие напольные часы отсчитывают секунды. Маятник ходит размеренно и важно:
-Тик-так, тик-так.
Вот за стеной скребутся мыши - они просто обожают содержимое шкафов в библиотеке.
Вот они затихли – это значит, что в библиотеку степенно вошёл кот Вениамин. Он безошибочно глянул в тот угол, где скреблись мыши, а потом посмотрел на Вильгельма, словно спрашивал: «Они там?».
- Там, Вениамин, как же без них, - вслух сказал Вильгельм.
- Что? Я не понял, - откликнулся из-за шкафов Якоб. – С кем ты разговариваешь?
- С Вениамином.
Снова стало тихо в библиотеке, в которой Якоб работал библиотекарем, а Вильгельм – секретарём. Якоб старше по возрасту, правда, всего на один год. К тому же он серьёзнее и умнее, чем Вильгельм, и обещает стать крупным учёным. Так думал Вильгельм. А Якоб считал, что наоборот именно Вильгельм,, несмотря на своё слабое здоровье, добьётся наибольших успехов. Потому что натура у него более тонкая, и воображение романтическое.
К этому времени они уже издали свою первую книгу сказок. Их они придумывали не сами, а записывали те, что слышали в знакомых семействах Касселя и потом литературно обрабатывали. Теперь, помимо сказок, они начали заниматься еще и старинной немецкой поэзией, мифами и немецкой грамматикой.
Кот, вильнув хвостом, исчез в проходе, специально оставленном между стеной и книжными шкафами, чтобы он мог беспрепятственно проверять, не прогрызли ли мыши новые ходы. Вильгельм проследил за ним и подумал, что сегодня ему что-то никак не работается. Слабость одолевает, и сердце колотится слишком быстро. Он взглянул на напольные часы: позволительно ли будет оставить работу и пойти прилечь на диван? И отшатнулся. Ему показалось, что посреди циферблата ему улыбается знакомая кошачья морда.
- Что за ерунда? – пробормотал он. – Как Вениамин мог пролезть в циферблат?
Младший Гримм встал и подошёл к часам, чтобы открыть стеклянную дверку, за которой находилось всё часовое устройство и проверить циферблат. Протянул руку, но вдруг вместо стекла, вставленного в дверку, наткнулся на чёрную шёлковую занавеску.
- Да что всё это значит, чёрт возьми! – в недоумении воскликнул он и отдёрнул занавеску. За ней оказался не часовой механизм, а какая-то комната, и через узкий проход, образовавшийся в часах, Вильгельм вошёл внутрь. Обернулся назад, а там ни занавески, ни напольных часов, ни библиотеки – гладкая стена.
- Этого ещё не хватало! – воскликнул он, и принялся ощупывать руками стену и постукивать по ней кулаком.
- Якоб! Якоб! – кричал он, и в его голосе явно слышался испуг.
- Не меня ли ищите? – вдруг спросил сзади чей-то голос.
Вильгельм резко обернулся. У стола в комнате стоял маленький сморщенный старичок с лысой головой и козлиной бородкой.
- Меня тоже зовут Якоб, - представился он.
Вильгельм слегка поклонился и назвался в ответ:
- Вильгельм Гримм. Извините, что ворвался в ваше помещение, это вышло случайно. Тут, за стеной, мы с братом Якобом работаем в кассельской библиотеке.
- Наслышан об этом, - криво усмехнулся старичок. – Как же, как же! Народный фольклор? О-о! Изучение немецкой грамматики? Боже, как интересно! Сказки Германии? Ах, как мило и романтично!
- Не думаю, что наша с братом научная работа, каким бы скромным не был её результат, заслуживает такого насмешливого тона! – строго сказал Вильгельм.
- О, нет! Конечно, нет! Заслуживает всяческих похвал! - продолжал неприятный старикашка издевательским тоном. – Но что же делать, если мне, например, не понравилось, как вы изобразили меня в сказке «Могучий Ганс»! Имею я право выразить своё недовольство?
Так вот это кто! Вильгельм тотчас вспомнил зловредного карлика в сказке про силача Ганса.
- Поверьте, в этом нет нашей вины. Таким вас изобразил народ, а мы только записали, - объяснил он.
В это время за спиной старика дверь приоткрылась и из-за неё показалась голова Вениамина. Кот, пронзительно взглянул на младшего Гримма ярко-жёлтыми глазами и мотнул головой в сторону выхода, словно говоря Вильгельму: «Сматываемся отсюда». Карлик живо обернулся назад – кота уже не было.
- Я должен вас покинуть, чтобы выйти на улицу и снова войти в дом, где располагается библиотека, - сказал Гримм. – Якоб, видимо, меня уже хватился и не понимает, где я.
- Буду очень рад за вас, если выйдя отсюда, вы сможете снова попасть в дом, где располагается библиотека, - язвительно ответил сморщенный старикашка.
За дверью оказался коридор, где Вильгельма поджидал не только кот, но ещё осёл, пёс и петух.
- Вениамин, ты подался в бременские музыканты? – удивился Вильгельм.
Вениамин не успел ответить, потому что коридор вдруг стал ужасно скользким и превратился в наклонный стеклянный жёлоб. Все пятеро с неимоверной скоростью заскользили по нему вниз.
- Что это? – крикнул Вильгельм.
- Мы внутри стеклянной горы! – прокричал в ответ кот.
Гора выплюнула всю компанию в метре от земли. Сначала вывалился осёл, потом пёс, затем Вильгельм, на руки к нему упал петух, а сзади на шею в виде воротника приземлился кот.
- Ух! Ох! О-о! А-а! – только и слышалось у подножия горы.
Вильгельм огляделся – кругом был дремучий лес.
- А где же Кассель? – растерялся он. – Якоб, наверно, меня уже обыскался. Нам надо поторопиться, нельзя его так расстраивать.
Только Вильгельм хотел подняться, как опять повалился на землю – прямо на него из жёлоба стремительно выпал лысый старикашка.
- А вы-то зачем здесь? – спросил его Вильгельм.
- Я вышел погулять на улицу, а тут этот проклятый жёлоб, - захныкал старик. – Я пойду вместе с вами!
- Ну вот ещё! – возмутился осёл.
- Ни за что! – отрезал кот.
- Не оставлять же его одного в незнакомом лесу, - примирительно сказал Гримм. – Пускай уж идёт с нами.
- А почему бы и не оставить? – тихо спросил Вениамин, но спорить с хозяином не стал.
- Наша главная задача – как можно скорее вернуться домой, в Кассель, - объявил Вильгельм. – Кто знает, как это сделать?
- Может это знают хозяева того замка? – крикнул петух, сидевший на спине осла.
Все посмотрели в сторону, куда он указывал крылом. Над елями и буками действительно возвышался замок из серого камня. Все повеселели – теперь есть у кого спросить дорогу до дома.
Однако замок оказался необитаемым. Всё указывало на то, что хозяева по какой-то причине спешно покинули его. Вильгельм и его друзья поднялись в высокую круглую башню. Из такой далеко вокруг видно, можно все окрестности обозреть.
В башне под самой крышей была комната, смотревшая на мир двадцатью четырьмя окнами, расположенными по всей окружности. Однако окна оказались совсем не простыми. Такие имеются в одной немецкой сказке про принцессу, изобретавшую разные испытания для женихов. В её дворцовой башне в волшебных окнах все могли увидеть то тайное, что скрыто от глаз людских.
А в этой башне под каждым окном была привинчена медная табличка, которая оповещала, что именно тайное и скрытое через него можно углядеть. Вильгельм прочитал: «Залежи серебра», «Залежи золота», «Алмазные копи». Скопления серебра и золота окна обнаружили в нескольких местах Германии, но так глубоко под землёй, что и способа такого нет, чтобы до них добраться. Подземная кладовая бриллиантов обнаружилась только в альпийский горах. Тоже не достать, ведь горы не сдвинешь.
- Нашёл! – закричал кот.
Под девятнадцатым окном табличка гласила: «Дорога домой». Все бросились к этому окну. Перед ними за окном, словно по географической карте кто-то невидимой рукой проложил линию к дому. Нужно пройти через лес, переправиться через реку, преодолеть гору – тут тебе и Кассель. В принципе, рукой подать. Все приметы на карте отмечены, ориентиры как по заказу расставлены. Если в лесу поочередно держать курс на три самые высокие дерева – дуб, сосну и лиственницу – тропа прямиком выведет к речному броду.
- Теперь всё ясно, - сказал Вильгельм. – Можно отправляться в путь. Не будем терять времени, друзья!
- Я теперь тоже знаю дорогу домой, - тихо пробормотал себе под нос сморщенный старичок. – Но эта компания в Кассель никогда не доберётся. Уж я постараюсь!
Незаметно отделившись от попутчиков, он поспешил к дуплу одного знакомого ворона. Тот немного чародеил, поколдовывал, и в своём лесу большую силу имел.
- Ворон Каспар, к речному броду идёт человек, а с ним кот, осёл, пёс и петух. Они хотят причинить ужасный вред твоему лесу! Несут с собой топоры, чтобы срубить самые высокие и стройные деревья! Перемешай деревья в лесу, чтобы эта шайка не нашла брод, а вышла к полноводной реке и утонула в ней!
- Срубить мои деревья? Не бывать этому! – вскричал ворон.
А время, между тем, подошло к обеду. Идёт компания по лесу, аппетит нагуливает, а подкрепиться нечем. Вильгельм ещё мог по дороге похватать ягод с кустов, но остальные к такой пище не приучены. Вот у них от голода животы и подвело.
Вдруг видят, им навстречу какой-то парень идёт. У него из-за ворота рубахи уголок белой материи торчит, видать, за пазухой он что-то прячет. Раскланялись путники между собой и только хотели разойтись, как вдруг кот спросил:
- Приятель, а ты случаем не из сказки «Ранец, шапочка и рожок»?
- Из неё, - удивился парень
- А за пазухой-то у тебя, часом, не скатерть-самобранка выглядывает?
- А ты откуда знаешь?
- Читали, грамотные, - сказал Вениамин. – В библиотеке работаем.
- Скатерть-то не желаешь на травке раскинуть? – дружелюбно оскалил зубы Людвиг и встал на пути незнакомца.
Людвиг – это пёс.
- Да я что, я не против, - примирительно сказал парень.
Раскинул он на траве скатерть-самобранку, и чего-чего только на ней не оказалось - две такие компании от пуза накормить можно. Все наелись досыта, в том числе и зловредный старикашка, вдруг вынырнувший откуда-то из зарослей. Вильгельм кое-что ещё и по карманам рассовал – для себя и для друзей.
Скоро так вовремя встретившийся путник пошёл по тропе своей сказки, а наши герои – по своей.
Тем временем ворон перемешал в лесу высокие деревья, и Вильгельм с друзьями вышли к реке совсем не в том месте, на которое указывала карта. Видят они, на брод оно совсем не похоже. Речка тут широкая, и течение сильное, полноводное.
- Не пойму, как это вышло, но, по-моему, сбились мы с курса, - сказал Гримм. – Надо обдумать, как через реку без лодки перебраться. А потому – устроим привал!
Вениамина и Людвига Вильгельм отправил наломать сухих веток в лесу, у него в кармане имелось огниво, можно было разжечь костёр. Кот и пёс разошлись в разные стороны. Только начал кот собирать хворост, как вдруг услышал разговор двух сов. Одна другой говорит:
- Ну и странный этот человек, что к речке пришёл.
- Почему странный? – спросила другая.
- А потому что не знает, как через реку перебраться. Ну не смешно ли? Ведь ответ у него на пальце надет.
- Ты имеешь в виду кольцо?
- Конечно! Надо только повернуть его вокруг пальца и сказать: «Колечко-колечко, перенеси через речку!». Дело и готово!
Вениамин бросил собранный хворост и со всех ног помчался к месту привала. Рассказал Вильгельму всё, что от сов услышал.
Вильгельм сел на осла, в руки взял петуха, сзади него уселся Людвиг, а Вениамин вскочил на плечо.
- А где же маленький старик? – спросил Вильгельм. – Он же ещё недавно шёл за нами.
Все оглянулись по сторонам – нет старика. Что ж, на нет и суда нет.
Повернул Вильгельм кольцо вокруг пальца, сказал заветные слова, и в тот же миг вся честная компания оказалась на другом берегу реки. А тут уже дело простое. Высокую гору со всех сторон видно, держи курс на неё и не ошибёшься.
А маленький старичок тем временем с помощью воронова колдовства тоже через реку перебрался. И сразу побежал к младшему брату Каспара, который ему адрес дал.
- Привет, ворон Карстен. Старший брат велел передать тебе вот что, - торопливо сказал карлик. – Идёт сюда опасная компания: человек, а с ним кот, осёл, собака и петух. Хотят они твой лес спалить! У человека с собой огниво есть. Сделай так, чтобы перепутались их пути-дорожки и привели их не к горе, а к замку великана. Пускай он с ними по своему разберётся!
- Спалить мой лес! – гневно вскричал младший ворон. – Не бывать этому!
Перепутал он все пути-дорожки, и пятёрка друзей вдруг оказалась не у подножия горы, а перед замком великана, сложенным из чёрного камня. Зашли путешественники в огромный мрачный и высокий зал. Его стены были увешаны мечами и шпагами, в специальных подставках стояли копья и на некоторых болтались чсрепа. Зал освещала громадная круглая железная люстра. Каждый вечер слуги с помощью специальных канатов опускали её вниз, зажигали толстые свечи и вновь поднимали к потолку. Люстра со своими канатами-щупальцами, закрепленными на стенах, казалась огромным пауком, захватившим в плен всё помещение.
В дальнем углу на деревянной скамье сидела прекрасная девушка с печальными глазами и золотыми волосами. О таких в сказках говорят, что она бела, как снег, румяна, как цвет яблони, а волосы у неё сияют, словно солнечные лучи. И это нежное создание было приковано длинной цепью к стене. Цепь позволяла ей прилечь на кровать, дойти до стола и поесть, не позволяла только убежать из замка.
Вильгельм тут же кинулся к ней, чтобы освободить её от цепи.
- Постой, молодой незнакомец, - с невыразимой грустью сказала красавица. – Этот замок принадлежит великану, он силён и страшен, головой достаёт до самой люстры. Как только ты освободишь меня от цепи, он тут же явится здесь, и ты будешь вынужден сразиться с ним. Победить его нельзя, ведь смерть великана спрятана в его правом глазу, никакие другие раны ему не страшны. Готов ли ты к такой битве, незнакомец? По виду, ты не похож на богатыря.
Красота и печаль девушки проникли в самое сердце Вильгельма.
- Кто ты и как оказалась здесь?
- Я Генриетта, дочь мельника. Вот уже семь недель как великан похитил меня и требует, чтобы я вышла за него замуж. Но я лучше умру, чем соглашусь на это!
- Что ж, хоть я не сильнее храброго портняжки, но, как и он, труса праздновать не буду! - воскликнул Вильгельм.
Тотчас освободил он руку девушки от цепи и схватил со стены ближайший меч. В тот же миг в замке загрохотали чьи-то шаги, и в зал ворвался великан. Он был ужасен. Его голова доставала до люстры, а на его плече сидела птица-гриф и плотоядно щёлкала клювом.
- Ты что же, малявка, захотел сразиться со мной за прелестную Генриетту? – прогремел он. – Оха-ха-ха-ха!
От этих грохочущих звуков осёл, пёс и кот отпрянули назад и присели на задние ноги, а петух и вовсе забился под кровать мельниковой дочери.
- Берите Генриетту и бегите из замка! – крикнул друзьям Вильгельм.
- Нет, мы не оставим тебя! Вспомни о кольце! – отвечал Вениамин.
Кольцо! Это хоть какой-то шанс! Вильгельм повернул его на пальце и быстро сказал:
- Колечко-колечко, подними к свечкам!
Неведомая сила тут же подбросила его вверх, к самой люстре, и Гримм совсем рядом увидел ошалелые от удивления глаза великана. Не раздумывая, он вонзил меч в его правый глаз.
- А-а-а! – взревел гигант. – Проклятая малявка!
Он закачался и рухнул на пол так, что затрясся весь замок.
- Бежим скорее отсюда! – крикнул Вильгельм. Он схватил Генриетту за руку, и вся компания бросилась вон.
Едва они выбежали из чёрного замка, как он начал рушиться на землю башенка за башенкой. Это было сзади них, а впереди показалась гора, к подножию которой им нужно было добраться. То ли победа над великаном придала им силы, то ли пути-дорожки вернулись на своё прежнее место, только возле горы они оказались очень скоро.
Она была очень высокая, со снежной шапкой, терявшейся в облаках, но наши герои не унывали. Ведь у них было с собой всесильное колечко. Все опять взгромоздились на осла, а ведь ко всем ещё добавилась Генриетта. Но компания утешала ослика тем, что всё это ненадолго, пара мгновений, не больше. Гримм повернул кольцо.
- Колечко-колечко, перенеси через гору, - сказал он.
Но все они остались на прежнем месте. В чём дело? Вильгельм снова повернул кольцо и вновь произнёс заветные слова. Опять ничего. И в третий раз он сделал попытку, для верности повернув кольцо два раза. Бесполезно. Все переглянулись.
- Оно что, сломалось? – спросил Людвиг.
- Кто может ответить на этот вопрос кроме самого кольца? - философски сказал Вениамин.
- А и верно, - согласился Вильгельм. И попросил: - Колечко-колечко, скажи хоть словечко.
И кольцо вдруг откликнулось:
- Не могу перенести вас через гору, - сказало оно.
- Почему? – хором воскликнули все.
- Потому что не в рифму! – был ответ.
Не в рифму?! А как можно назвать гору, чтобы она подходила к колечку? Все стали думать и гадать. Печка, гречка, местечко, сердечко – всё не то.
- А можно мы будем искать рифму не сидя на мне? – вдруг спросил осёл.
- Ой! – спохватились все, и слезли с осла.
Но и дальше дело не двигалось. Хотя сами-то путешественники двигались и уже совсем близко к горе подошли. Отсюда начинался пологий подъём, заросший елями и пихтами. В вышине над ними сиял в лучах заходящего солнца заснеженный пик.
- Этот перевал мы и за месяц не одолеем, - печально сказал Вильгельм. – Якоб, конечно, меня уже совсем потерял. Нечего и думать, что к концу дня мы доберёмся до дома.
Тут он увидел двух людей, которые невдалеке остервенело спорили между собой. Оказалось, что спор у них идёт из-за телеги, стоявшей рядом. Телега была старая, неказистая и колёса вразнотык. К тому же конь нигде поблизости не просматривался. Но они безостановочно кричали друг другу:
- Она моя!
- Нет, моя!
- Отойди от неё! Она тебе всё равно не достанется!
- Нет, ты отойди! Она достанется мне!
Видно было, что они уже готовы вцепиться друг другу в горло.
- Друзья мои, почему вы спорите из-за старой телеги без лошади? – спросил Вильгельм.
- Да как же из-за неё не спорить? Это ведь не простая телега, - сказал один.
- Ни в какой лошади она не нуждается, - добавил второй. – Стоит сесть на неё и сказать, где желаешь очутиться, как она вмиг тебя туда доставит.
«Действительно, полезная вещь», - подумал Гримм. Он посмотрел на кота, осла, пса и петуха. По их глазам было видно, что они думают точно так же. Только Генриетта не задумывалась над тем, как им перебраться через гору. После победы над великаном, она была уверена, что Вильгельму подвластно всё, для него просто нет преград.
Между тем, Гримм вспомнил, как в таких случаях поступали герои в немецких сказках, когда им приспичивало во что бы то ни стало очутиться в каком-нибудь далёком месте. И он предложил двум спорщикам:
- Видите метрах в ста дерево, обгоревшее от удара молнии? По моему сигналу бегите оба к нему и кто добежит первый, того и телега.
Мужчины переглянулись и согласились: «Это можно!». По сигналу Вильгельма они рванули к дереву. Когда оба убежали достаточно далеко, вся компания быстро уселась на телегу, и Гримм громко сказал, где они желают очутиться.
- А меня-то забыли! Меня возьмите с собой! – вдруг закричал зловредный старикашка, неожиданно выскочивший из ближайшего кустарника.
Но волшебная телега с седоками была уже далеко. В мгновение ока она оказалась на другой стороне высокой горы и плавно опустилась на землю на окраине Касселя. Вильгельм не захотел приземляться на колченогой телеге без лошади возле своего дома. Зачем пугать соседей и давать кумушкам повод к пересудам? Всё равно они, считай, почти дома. Все приключения позади.
Но не тут-то было! В эту самую минуту их настигла выбравшаяся из-под обломков замка птица-гриф, прислужница великана. Шумно хлопая крыльями, она опустилась лапами на плечи Вильгельма и со страшной силой клюнула его в затылок своим стальным клювом. Вильгельм сначала замер, но тут же упал замертво, а вся компания застыла в оцепенении, не веря в случившееся.
- Ах, подлая тварь! – схватился за голову Вениамин. – Убила моего хозяина на самом пороге дома! Что я скажу господину Якобу!
- Не плачь, Вениамин, ещё не всё потеряно! - воскликнула прекрасная Генриетта. В ней проснулась решимость, с которой она противостояла великану. – Я знаю здесь неподалёку родничок с живой водой. Я бегу туда!
- Постой, Генриетта! – остановил её осёл. – Садись на меня, вместе мы домчим быстрее!
В одну минуту красавица вскочила на осла и они быстро исчезли из вида.
Остальные молча расположились возле безжизненного тела Вильгельма – им ничего не оставалось, как только ждать.
На обратном пути трудная задача была у осла. Он должен был лететь как стрела, и в то же время не уронить Генриетту, которая больше не могла держаться за его шею. В своих ладонях она несла Вильгельму живительную влагу, и её нельзя было расплескать.
Но донести ей удалось всего один глоток живой воды. Дочь мельника опустилась на колени перед молодым человеком и влила этот глоток в его приоткрытые губы. На мертвенно-бледном лице Гримма стали появляться живые краски, он застонал и открыл глаза.
- Он открыл глаза! – воскликнула Генриетта.
- Он открыл глаза! – следом вскричал Якоб, склонившийся над Вильгельмом.
- Кажется, кризис миновал, - с облегчением произнёс ещё кто-то.
- Это ты, Якоб? Как я рад тебя видеть, - медленно сказал Вильгельм. – А где все?
- Все мы здесь, Вильгельм. Вот доктор Гогенштольц. Вот наша экономка фрау Беккер. Сейчас она поменяет тебе компресс.
Добрая фрау Беккер ласково улыбнулась больному и окунула белоснежную тряпицу в тазик с холодной водой, в которую были добавлены ароматические успокоительные капли. Прохладный компресс вновь лёг на горячий лоб Вильгельма.
- А Вениамин? – спросил он.
- И Вениамин здесь.
Кот, услышав своё имя, вспрыгнул на табурет и протяжно сказал:
- Мя-яу, мя-яу!
Но Вильгельм понял, что на самом деле он сказал: «Все наши передают вам пожелания доброго здоровья, господин Вильгельм!».
- Как я здесь очутился? – продолжал допрашивать он брата, оглядываясь вокруг.
- Ты упал в библиотеке у часов, и мы перетащили тебя в твою комнату, - объяснил Якоб. - Целую неделю ты был между жизнью и смертью, постоянно бредил. Слава Богу, новое лекарство доктора Гогенштольца вернуло тебе сознание и температура начала спадать.
- Неделю! – поразился Вильгельм. - А я так хотел добраться домой к вечеру того же дня, чтобы не волновать тебя.
- Вы слишком переутомились, господин Вильгельм, - сказал доктор. – С вашим слабым здоровьем нельзя работать так много. Ваш бред был насыщен разными образами. Вы разговаривали то с ослом, то с котом, то с колечком.А то спасали от страшного великана какую-то дочь мельника. Как объяснил мне господин Якоб, немецкие сказки – предмет вашего собирательства и изучения. Но ведь во всем нужна мера, господин Вильгельм! Не забывайте - мера! – и доктор для усиления своих слов поднял вверх указательный палец.
Не сразу, но младший Гримм выздоровел, и братья продолжили свою работу в библиотеке.
Прошло время, и Вильгельм женился на девушке, которой по немецкому обычаю родители дали два имени: Генриетта Доротея. Она была очень похожа на дочь мельника из сказки, в которой однажды довелось побывать Вильгельму. А Якоб так и остался холостяком. До конца дней у братьев Гримм была совместная работа, один общий дом и общее увлечение – собирательство сказок и мифов Германии.

И КОЕ-ЧТО ЕЩЁ:

Братья Гримм родились в немецком городе Ханау. Якоб – в 1785 года, а Вильгельм в следующем, 1786-м. Оба окончили юридический факультет университета в г. Марбурге. Выбрать эту профессию их уговорила мама, ведь отец, к тому времени умерший, тоже был юристом. Но братьев уже в юности привлекала совсем не юридическая, а научно-литературная работа.
Вильгельм из-за проблем с сердцем и страданий от астмы долго не мог найти подходящее место службы, и он присоединился к увлечению Якоба - собиранию и изданию немецких народных сказок. При этом Якоб считал, что нельзя вмешиваться в ткань народного произведения и менять её, какой бы временами грубой и даже жестокой она не была. Вильгельм, наоборот, склонялся к тому, что сказки обязательно нужно литературно обрабатывать и тем самым приспосабливать их к детскому восприятию. Но в большинстве случаев побеждало мнение Якоба.
В 1816 году Якоб получил место в библиотеке г. Касселя, куда ещё до него устроился секретарём Вильгельм. Их совместная работа принесла им известность и новое более престижное место работы в знаменитом Геттингемском университете. В 1840 году оба Гримма переехали в Берлин. Там уже в столичном университете каждому из них предоставили профессорскую кафедру.
Якоб написал несколько книг о немецкой грамматике и мифологии. Вильгельм больше увлекался изучением средневековой немецкой поэзии. И в то же время оба продолжали заниматься сказками. Изданные ими сборники начали переводить на другие языки, и со сказочными историями Германии скоро познакомилась детвора других стран, в том числе в России.