Непридуманные истории о двойняшках Сане, Любаше и немного об Оле

Кулинарный день

Однажды, когда мы с Саней ещё не ходили в школу, мама задержалась на работе. Мы проголодались и решили приготовить сами ужин. Как мама варила супы, каши, мы видели много раз. Она доставала овощи для борща из холодильника, резала, потом кидала в кастрюлю, добавляла сахар, соль и получался вкусный обед или ужин. Ничего сложного! Здесь, главное, вовремя мешать.
Мамы всё не было и не было. Поэтому мы сами взялись за дело. Кухня у нас большая, удобная, просторная. Хоть на всех соседей ужины вари.
Открыли мы дверки шкафчиков и увидели пакет макарон. А макароны мы очень любим.
- Давай сварим макароны! - предложил Саня.
- Давай! - поддержала я.
Вся кухня представилась нам в воображении одной большой кастрюлей с кипящей внутри водой, а мы в ней - главные повара. Встали мы по краям этой кастрюли на табуреты, чтобы потом легче мешать было, и принялись готовить.
- Кидай макароны в кастрюлю! - скомандовал Саня.
Я взяла пакет с макаронами и разбросала их по всему полу кухни. Вода забурлила, вскипела и макароны погрузились на дно нашей огромной придуманной кастрюли.
- А теперь бросай соль! Да побольше, чтобы вкусно было! - вновь дал приказание Саня.
Я взяла пачку соли и щедро рассыпала её поверх макарон на пол:
- Надо, Саня, немного сахару добавить, чтобы слаще было.
- Сам добавлю, - ответил он, достал пакет с сахаром и высыпал из него всё до последней крупинки.
- Ну что, Саня, сварились макароны! - радостно объявила я. - Давай ещё что-нибудь приготовим.
- Смотри, Любаня, здесь в банках у мамы крупа стоит. Давай кашу сварим, чтобы всем хватило. Ты вари гречневую, а я буду варить пшённую.
Взяли мы с ним упаковки с крупой и принялись кашеварить. Всё в той же нафантазированной кастрюле из-под макарон. Что надо получилась кашка! Маме точно понравится!
- Печём пирог! Бери муку скорее. Как родители обрадуются! - ликовал Саня. - Накормим их до отвала.
- Ага! - поддакнула я. - Мни тесто как следует, старайся, не халтурь.
Мы так увлеклись, что не заметили, как пришла мама.
- Это что вы тут устроили! - почему-то разволновалась она. Даже пакеты с продуктами из рук выпали.
- Ужин готовим, - довольно заулыбались мы с Саней. - И макароны сварили, и кашу, пирог печь собираемся!
- Кулинары вы непутёвые! - закричала вдруг она. - Живо марш в свою комнату!
Ох, и влетело же нам! Весь вечер в углу стояли. А макароны, кашу и пирог мама с пола собрала и в мусорное ведро выбросила. Папа шкафы крепко-накрепко закрыл, замочки на них повесил, а ключи маме вручил. Больше готовить мы не можем. Не понравился родителям наш ужин.

У бабушки

Летом нас часто отправляют гостить к бабушке в деревню. У неё в доме много всего интересного: сундуки, комоды, тумбочки со всякой всячиной.
Больше всего нам нравится играть в её спальне, здесь такая пружинистая кровать! Как батут! Когда её нет дома, мы на ней постоянно прыгаем. А когда напрыгаемся, залезаем под кровать и рассказываем друг другу разные страшные истории. А ещё под кроватью мы с Любаней от бабушки прячемся, когда она нас заставляет манную кашу есть на завтрак.
- Куда опять подевались эти негодники? Саша, Люба, быстро есть! - зовёт нас бабушка.
Мы притаимся под кроватью и не выходим, пока она нас не отыщет. А как найдёт, приходится долго ковыряться в противной манной каше, пока всё не съедим. Без этого играть нас не отпустят, никуда не денешься.
Сегодня бабушка ушла рано утром в огород, наказала не озорничать и вести себя тихо. Мы целых пять минут сидели как шёлковые, а потом нам надоело быть послушными, и мы прибежали к ней в комнату. Забрались под кровать, а там - плетеная корзинка с куриными яйцами!
Знаете, как весело кидаться ими друг в друга? Если не знаете, то непременно попробуйте. Особенно, если у вас их много. Мы с Любаней кидались, пока все яйца в корзинке не закончились. Перепачкались с головы до пят.
- Немного измазались мы с тобою, Любаша. Бабушка придёт, ругаться будет. Пойдём в ванную отмываться.
- Да, чуть-чуть грязненькие стали… Идём! - согласилась сестра.
Вылезли из-под кровати, яйца с нас стекают прямо на зелёный бабушкин ковёр.
- Ха-ха-ха, ну какой же ты смешной, Саня, у тебя желток на носу повис, - держась за живот, смеялась Любаша.
- А у тебя скорлупа в волосах, - не выдержал я и тоже рассмеялся в ответ.
Мы минут пять похохотали, а потом медленно двинулись в ванную, заливаясь смехом. А в ванной только одна синька на полке стоит. Бабушка ею бельё стирает. Оно после синьки с приятным голубоватым оттенком становится.
- Давай, Любаша, одежду снимать не будем, так мы сразу и себя отмоем, и нашу одежду? - предложил я.
- Давай, Саня! И бабуля ни о чем не догадается.
Тёрли-тёрли мы друг друга синькой поверх одежды, но стали ещё чумазее. Были жёлтые, а стали тёмно-синие.
- Пойдём-ка, Санечка, лучше на кухню. Там у бабушки пена для мытья посуды стоит. Ею попробуем, - сказала Люба.
Пришли мы на кухню, а там бабушка с бидоном смородины стоит - только что из огорода вернулась.
- Батюшки светы! Это что вы опять натворили?! Ни на минуту вас оставить нельзя! Не дети, а мучители! Плохие ребятишки! - разразилась бабушка бурным негодованием.
- Хо-р-р-о-о-шие ребятишки! - хором ответили мы.
Целый вечер нас бабушка отмывала. В четырёх водах полоскала, как своё бельё после синьки. Мы такие чистые стали, как будто нас на год вперёд отмыли. Заблестели чистотой, словно хрусталь в серванте или люстра на потолке. Какую, оказывается, гигиену яйца и синька создают!

Сестра в каске

Есть у нас с Любашей старшая сестра Оля. Когда нас принесли домой из роддома, она посмотрела на маму с папой, фыркнула и, пожав плечами, сказала:
- И зачем они вам? Вам бы и меня хватило.
А папа у нас большой человек, начальник милиции. Его все знают в подъезде и уважают. Когда-то он ездил в гости к дальним родственникам и привёз оттуда в качестве сувенира шахтёрскую каску. Она пылилась у нас без дела на подоконнике, как и многие другие бесполезные вещи в квартире: статуэтки на тумбочке, искусственный букет белых роз в вазе, посуда для красоты в буфете, которой мы никогда не пользовались.
В один из дней Оля играла с маминой брошкой в куклы, а у мамы разрешения не спросила. Взяла без спросу. Играла, играла и сломала. А мама увидела, что её любимую брошку сестра сломала, и стала ругать её за это. Оля испугалась, думала, накажут.
Подошёл папа и говорит:
- Оль, скорее надевай каску! А то сейчас как получишь по шапке от мамы.
Та перепугалась, схватила каску и в ней полдня пробегала. Но мама не бранилась. И правда, защищает каска, а мы-то думали от неё никакого проку нет.

Пропавшая кружка (рассказывает Оля)

Когда Саня и Любаша были совсем маленькие, у мамы неожиданно пропала её любимая кружка, из которой она травяной чай обычно пила. Мы с папой перерыли все шкафы и ящики на кухне - кружки нигде не было. Каждый из нас подумал про другого, что это он кружку втихаря разбил, следы преступления скрыл и признаваться в этом не хочет, чтобы маму не расстраивать.
С той кружкой мы простились и отправились с папой в магазин за новой кружкой для мамы. Выбрали красивую, с ягодами малины.
Кроме кружки у нас пропали некоторые мелкие вещицы в доме - игровой кубик, Любашино зеркальце, большой папин шуруп, который лежал на полочке в прихожей и моя цветная ручка.
Мама у нас - знатный любитель чистоты. Из-за этого генеральную уборку дома приходиться проводить два раза в год: весной и осенью. И с наступлением осенних холодов, в нашей квартире задвигались тумбочки, свернулись ковры, снялись занавески с окон.
Субботним утром стали мы с папой в зале кресло отодвигать, чтобы пыль под ним вытереть. Смотрим, а за креслом у стены мамина кружка стоит! Тут же рядом лежал игральный кубик, зеркальце, шуруп, маленькая машинка, солдатик и моя цветная ручка.
- Вот это открытие! - только и вымолвил папа, почёсывая затылок в раздумии.
- Кажется, у нас сорока в доме завелась, Саньком зовут, - не удержалась и съехидничала я.
- Она самая, - согласился папа. - А ну-ка, Ольгуня, выгребай все эти сокровища, мы их на место возвращать будем.
С тех пор если что-то пропадало, то мы знали, где искать и кто виновник. И друг про друга плохо с папой больше не думали, а вещи быстро владельцам возвращали.

Осенняя история

Осень. Что мы с Любаней любим в это время года? Да мало чего! Холодно, темнеет рано, постоянно моросит противный нудный дождь - по улице не побегаешь. На одной руке по пальцам пересчитать можно, что мы любим.
Что нам с Любаней точно нравится - это ходить за грибами. У нас с сестрёнкой даже собственные ведёрки для грибов есть. Лес-то рядом с домом. Как наступает сентябрь, нас мама или папа с собой берут. Мы с ней уже все съедобные грибы знаем: маслята - скользкие ребята, подберезовики - под деревьями гномики, подосиновики - оранжевые огоньки, лисички - рыжие сестрички, боровики - сильные богатыри.
Одним сентябрьским теплым днём мы с мамой отправились за грибами. Любане хотелось меня перегнать и набрать больше всех грибков. Она очень старалась: заглядывала под каждый куст, даже опавшую листву палочкой расшвыривала. Вдруг притаился в пожухлой траве рыжик? Но ничего ей не попадалось, только мухоморы и бледные поганки.
А я и не старался особо-то, шёл себе по лесным тропинкам, песенки напевал. Настроение хорошее: красота какая кругом! Попадётся если гриб какой - возьму, не найдётся - не беда. Зашел я за дерево, смотрю - огромный гриб стоит. Я глаза вытаращил от удивления, обошел его вокруг. Шляпка у гриба - это не шляпка, нет, это целая ШЛЯПИЩЕ. Прямо как мой детский стульчик, хоть садись на него. Я и уселся. Сижу на шляпке грибной, правой ногой болтаю, удивляюсь.
- Саша! Саша, ты где? - раздался голос мамы неподалеку.
Встал я со своего «лесного трона», нагнулся и потянул хорошенько за его ножку. Гриб в руках тяжелый! Понёс добычу маме. Вышел из-за деревьев - мама глазам своим не поверила, ахнула. А Любаша увидела мой трофей и разревелась на весь лес, обидно ей стало, что мне, лентяю, такой гриб достался. От её плача все вороны с деревьев встрепенулись, закаркали, забеспокоились и с шумом в небо взлетели.
- Какой он гриб несё-ё-ё-т. А-а-а, - навзрыд причитала сестра. - Я иска-а-а-ла, иск-к-а-а-а-ла, ничего не нашла.
Положила мама гриб в корзинку, успокоила сестрёнку и отправились мы домой. Всю мамину корзину один мой гриб занял.
Папа нас на пороге встретил:
- Ай да гриб, Саня, - похвалил отец.- Ты, Любаша, не расстраивайся, в следующий раз найдёшь.
Приготовили мы из того гриба и суп, и жаркое, и даже засушили немного. Настоящий царский подарок нам лес преподнёс.

Первый снег

Подходила к концу пасмурная, унылая осень. Мы с Саней ждали зиму. «Слепим снеговика, поиграем в снежки, построим крепость», - в предвкушении думали с ним мы. Только снега всё не было и не было. Смотрели мы в окно и вздыхали. Уроки давно все выучили, делать было нечего. Скукотища.
-Саня, Саня, смотри, снег пошел, - закричала я, тыча пальцем в окно.
- И правда, Любаня! - радостно отозвался брат.
Крупные, пушистые снежинки плотным слоем ложились на землю. Через час уже не было видно ни грязи, ни пожухлой травы, ни тротуара. Во все стороны простиралось широкое светлое полотно, словно белый палас у соседей Лукьяновых с третьего этажа.
- Эх, Саня, наметёт сейчас!
- Наметёт, Любаня!
- Готовь лыжи, Саня. Ещё немного и по снегу можно будет прокатиться, - заметно оживилась я.
- А что, и прокатимся! Только лыжи-то у нас с тобой одни на двоих, - заметил Саня.
- А мы старые папины с тобой возьмём, деревянные. Ты на папиных, а я на новых поеду, - сказала я брату с медовой улыбкой на лице.
- Это почему я на старых ехать должен?! Я, может, тоже на новых хочу поехать, - возмутился он.
- Потому что я придумала про лыжи, - возразила я брату. - Мне и лыжи выбирать.
- Ну знаешь, так нечестно! Давай камень-ножницы-бумага, это справедливо, - запротивился Саня.
Кинули мы жребий. У меня выпала бумага, а у Саши - ножницы. Пришлось мне брать старые деревянные лыжи.
Оделись мы с Саней и пошли за дом в овраг на горку.
Вышли из подъезда гордые, важные, стоим, лыжи надеваем. Натянули их кое-как и поковыляли вперевалку, как пингвины.
- А снега-то маловато намело, - с трудом скользя по асфальту во дворе заметила я. Пыл мой как-то заметно угасал с каждым новым шагом.
- Ничего, Любаня, пока доедем до оврага, снега достаточно выпадет.
Идём мы с Саней, мокрые следы на дороге от лыж оставляем, друг друга подбадриваем.
- Эх, сейчас как рванём с горы, как птицы полетим, - размечтался Саня.
- Да, самые первые среди ребят во дворе будем, - поддакнула я.
Встретился нам дворник Тимофей Иванович:
- Али уже пора? - удивился он нашему лыжному забегу.
- Пора, пора! - с энтузиазмом ответили мы и бодро прошагали мимо него. Как-то воспряли духом сразу.
Доковыляли мы с Саней до горы.
- Ну что, Саня, поедем?
- Поедем, Любаня. Давай вместе?
- Давай!
Уперлись палками в землю, оттолкнулись и по свежему снежку поехали. Поначалу разгонялись хорошо. Под снегом травка была, мы по ней резво скользили. А потом травка закончилась, и сырая рыжая глина пошла, не подмерзшая. Со всего размаху мы с Саньком в эту глину влетели, лыжи резко затормозили, и шлепнулись мы ничком - все носы вымазали.
- Ой-ой-ой - только и успела я крикнуть, услышав предательский треск деревянных лыж под собой. Это сломалась правая папина лыжа. Я закрыла лицо варежками и заревела в голос:
- А-а-а, - выла я, - достанется мне от па-а-а-пы-ы.
- И от мамы, - печально вздохнул Саня, сидя неподалеку от меня.
Вся наша одежда была перепачкана, словно мы с ним неделю землекопами работали. Встали мы с трудом, сняли лыжи, сунули их под мышку и поплелись домой, сгорая от стыда и предчувствуя грандиозный скандал.
После этого случая нам из дома две недели выходить не разрешали. Смотрели мы с Санечкой, как ребята на горку кататься бегали кто на ледянках, а кто на лыжах… Мы-то кататься туда пришли самыми последними, как родители разрешили на улицу выходить. Разонравились нам лыжи. Из-за них ребята всем двором над нами смеялись. Мы коньки теперь полюбили. Будем ждать первого снега в следующем году. Как выпадет, мы тут же на каток примчимся, чтобы в этот раз уж точно всех обогнать.

Средство от школы

В последний день новогодних праздников пришли к нам гости. Мама наготовила вкусностей, будто шеф-повар в ресторане, мы ей на кухне помогали: и папа, и старшая сестра Оля, и я с Любашей. Весь стол с новой скатертью деликатесами заставили: дымилась ароматная пряная курица, приковывала взгляды форель, фаршированная шпинатом, радовал зеленью салат Цезарь, манили румяными бочками пышные пироги и источали сладкий пряный запах блины с грушей. В центре стола возвышалась любимая мамина ваза для фруктов, которую ей папа подарил, с душистыми мандаринами.
Дружно и шумно гости уселись за стол, похвалили маму (и нас немного тоже) за приготовленные блюда и с упоением стали делиться последними новостями. После сытного ужина гости разбрелись по квартире. Взрослые наслаждались музыкой и смотрели телевизор, а дети играли в прятки, настольные игры и собирали конструктор.
Любаня деловито ходила из комнаты в комнату - присматривала за гостями, чтобы никто не скучал. Утомленная хлопотами, она присела на своё место за накрытым столом. Основные блюда уже были съедены и убраны, остались фрукты и некоторые закуски. Любаша задумчиво посмотрела на вазу с мандаринами, придвинула её поближе к себе и принялась аппетитно поглощать сочные сладкие дольки цитрусовых. Один мандарин, второй, третий - незаметно исчезали в её рту.
- Что-то жарко мне стало, - сказала она, доедая четвёртый мандарин и причмокивая губами.
- Дочка, много мандаринов не ешь, - на бегу предупредила её мама, неся на подносе десерты для гостей в зал.
- Ага, - ответила Любаня, - протягивая руку за пятым мандарином. Лицо её подозрительно покраснело.
Осилив пятый мандарин, Любаня еле вылезла из-за стола и направилась к маме:
- Что-то нехорошо мне стало, мама.
Её внешний вид это явно подтверждал: лицо покрылось красными пятнами и мелкой сыпью.
Мама с тревогой потрогала лоб дочери:
- Ты объелась мандаринами, дочка, нельзя их много есть, у тебя началась аллергия. Заболеешь - в школу не пойдешь. Возьми градусник и измерь температуру.
- Заболею и в школу не пойду? - зачем-то тихо переспросила Любаша маму. Глаза у неё при этом стали хитрые-прехитрые.
Она вернулась в столовую, украдкой схватила ещё один мандарин, быстро очистила его и мгновенно проглотила. А потом со страданием на лице положила градусник подмышку.
- Ах, как мне пло-о-о-хо, - жалобно тянула она, посматривая в сторону мамы, - у меня такой сильный жар. Я вся горю.
И действительно, небольшая температура у Любаши всё-таки была.
- Мне идти завтра на занятия? - вкрадчиво спросила она маму, протягивая ей градусник и скромно потупив взгляд.
- Нет, ты останешься дома, дочка, полечишься, - ответила обеспокоенно мама, - идём, я уложу тебя в кровать.
Видели бы вы довольное лицо моей сестры! Широкая улыбка от уха до уха победно озарила её совсем не давно скорбящее лицо. Вот пройдоха!

Кому выключать свет?

С сестрой мы делили одну комнату на двоих. Её кровать стояла у стены с левой стороны от входа, а моя кровать - с правой стороны. Вечером, лёжа в кровати после школы, кружков, игр, никому из нас не хотелось вставать, чтобы выключить свет.
А вставать всё равно кому-то приходилось. Ведь надо же погасить свет. Обычно мы долго и бурно изо дня в день выясняли, кто сегодня будет это делать. Но недавний апрельский вечер стал последним в бесконечной череде наших споров.
- Твоя кровать ближе, ты и иди, - как обычно сердито пробубнила Любаша, уткнувшись носом в подушку.
- А почему сразу я? Я, между прочим, вчера свет выключал. И позавчера выключал. Это что же теперь, мне каждый раз свет выключать?
- Девочкам надо уступать, - возразила мне на это Люба, - тебя разве папа не учил этому?
- Знаешь, что? - взвинтился я. - У тебя в классе график дежурств по столовой есть?!
- Есть, - подтвердила Люба.
- Тогда мы с тобой тоже график дежурств выключения света составим! Сейчас и сделаем! - вконец разгорячился я, подскочил с кровати и зашлепал босыми ногами к письменному столу.
Любаня нехотя выползла из-под одеяла и направилась за мной следом.
Мы взяли с ней чистый листок бумаги, карандаши, линейку и начертили таблицу. Таблица состояла из двух столбиков: в одном столбике указывалось число месяца, а в соседнем столбике напротив - буква С или Л. Сегодня свет выключал С, завтра - Л, послезавтра снова - С и так до конца месяца. Приклеили этот график на скотч над выключателем.
Я погасил свет, и через несколько минут мы с Любаней дружно засопели. На следующий день без каких-либо разногласий свет выключала сестра.
Наступила в нашей комнате тишь-гладь, и никакой ругани перед сном.