Чудеса и другие обитатели зимы

Чудеса и другие обитатели зимы
Цикл снежных сказок

Снежинка

Кроха-снежинка скользила в лазури одна-одинёшенька. Её пёрышки подрагивали, пока она спускалась всё ниже и ниже. Ей не хотелось вплетаться в искрящийся хоровод таких же малюток. Потому что они её дразнили:

– Снежная крошка,
тоненькие ножки,
крылышки из шёлка
и роточек – щёлка.

Снежинка хотела было позвать дядьку Ветра, но он не любил, когда его племянницы не ладили меж собой. К тому же, она была уверена, что ужасно некрасива – и пряталась ото всех.
А земля приближалась.
Снежинка уже отчётливо видела завьюженные спины крыш, их ледяные плавники, под которыми жались друг к другу светлячки окон.
Она спланировала к одному из них и замерла в изумлении: с той стороны сверкала, переливаясь и торжествуя, надменная ёлка. Блестящие, разноцветные шары-планеты раскачивали её декоративные лапы. Золотистые шишки прятались под мишурой, пуская искристые росчерки вдоль стен. Праздничное великолепие ошеломило снежинку. Она отпрянула от окна, вновь полетела вниз-вниз-вниз – и очутилась на шапке с огромным помпоном.
Помпон энергично болтался из стороны в сторону, и были слышны хихикающие голоса:
" Жирный пончик, дай талончик!
Жирный, жирный, поезд пассажирный".
Снежинка свесилась одним уголком и увидела неуклюжего мальчика, которого дразнили другие дети. Мальчик пытался убежать от них, но они настигали и окружали его, не переставая петь злую песенку.
Крошечке стало так жаль паренька, что она принялась прыгать, размахивая бахромой, и кричать:
"Дядька Ветер, дядька Ветер! Помоги!"
Ветер подлетел так внезапно, что снежинка чуть не свалилась с шапки.
"Чего тебе, племяшка?" – бодро спросил он.
"Дядь, – пожаловалась она, – тут маленьких обижают. Да ещё все на одного!"
Этого Ветер стерпеть не мог. Он был воин, закалённый в буранах и вьюгах, со своим кодексом чести. Он метнулся в толпу детей, раздавая подзатыльники и морозя щёки. Пять минут – и ребята разбежались.
А паренёк оглядывался вокруг с восторгом и ужасом.
Ветер усмехнулся:
" Он, верно, думает, что к нему Супермен на помощь пришёл."
" Кто-кто?" – спросила снежинка.
"Да, так, – ответил дядька, – есть тут один."
Мальчик тем временем направился к дому, продолжая коситься по сторонам и лупить боксёрскими ударами невидимых врагов.
"Ну, что, племяшка, – подбросил снежинку на ладони Ветер, – ещё помощь нужна?"
Та попросила: "Поднеси меня, пожалуйста, вооон к тому окну, там такая красота!"
Ветер загудел, зашумел, подсадил снежинку – и был таков.
А любопытная кроха прильнула к стеклу и с удивлением увидела спасённого мальчика. Он заходил в комнату вместе со своей мамой, отчаянно жестикулировал и что-то возбуждённо рассказывал.
Мама подошла к окну, открыла форточку и воскликнула : "Коленька, иди-ка сюда! Смотри, какая здесь красивая снежинка примостилась!"
Снежинка оглянулась – рядом никого.
" Это я красивая?" – удивилась она.
"Неужели я красивая?!" – обрадовалась и ринулась вниз, вальсируя и напевая.



Игрушка

***
Анюта дотянулась до ветки, на которой ещё не висела ни одна игрушка – и осторожно посадила туда снегиря. Этого снегиря она смастерила вместе с мамой из фоамирана с фетром и пуговицами.
Анюта очень радовалась, во-первых, потому, что теперь она знала два новых слова.
Когда мама предложила ей сделать праздник своими руками и впервые произнесла непонятные заклинания, девочке представился блестящий ковёр-самолёт, играющий с ветром. Он летел высоко над городом с картинки, над тонко-завитыми дымками, над золотистыми шпилями, волнистыми крышами и бегущими прохожими. А розовощёкий ветер пригоршнями рассыпал пуговицы, которые на лету превращались в гигантские снежинки.
Во-вторых, Анюта была счастлива потому, что снегирь получился как настоящий: с шапочкой на голове, чёрным юрким хвостиком и красным брюшком. Казалось, он посвистывал и потренькивал, пока она устраивала его на ветку.
– Ты – самый красивый снегирь, – шептала девочка игрушке. – Когда придёт Дед Мороз, я попрошу, чтоб он тебя оживил.
Тут Анюта ненадолго задумалась и добавила:
– Только чур не улетать. Будешь жить у нас.
Она обошла ёлку, разулыбалась и крикнула:
– Мам, а я ещё могу попросить Деда Мороза о моём снегире?

Вместо мамы в комнату вошёл важный старший брат Вовка – и щёлкнул сестру по носу:
– Дедов Морозов не бывает!
Остановившись возле ёлки, хмыкнул:
– И Снегурочек тоже
– Бывают! – сжала кулачки Анюта. – Я точно помню, они в прошлый год приходили!
– В прошлом году, – по слогам произнёс Вовка, – приходили переодетые дядя Вася и тётя Зоя. А ты ещё малявка, потому и не поняла.
– Неправда! – крикнула девочка. – Сам ты малявка. А Дед Мороз есть! Мама! Мама! – она выбежала из комнаты в слезах.
Вовка взглянул на снегиря, усмехнулся, пробурчав: «Дед Мороз, тоже мне» – и вальяжно пошёл к двери.

***
Когда комната опустела, снегирь встрепенулся, огляделся и спросил висевшую рядом шишечку:
– А Дед Мороз, это кто?
Опытная шишечка, пережившая не один Новый год, прокряхтела:
– Не слышал разве, нет его, Деда этого. Так, сказочки для малышей, чтоб к празднику готовиться не мешали, а смирно подарков ждали.
– Не обращай на неё внимания, – раздалось слева.
Снегирь обернулся. Огромный жёлтый шар подмигивал ему, приговаривая:
– Есть, Дед Мороз, есть! Я сам его видел.
– Что ты видел? – кашлянула шишечка. – Сверкай дальше лысиной и не вводи новичков в заблуждение. Ведь этот краснопузый поверит, а потом рыдать будет, как Анютка.
Снегирь слушал их перепалку и ничегошеньки не понимал.
– Ффырхх, стоп! – моргнул он глазом-пуговкой. – Можно с самого начала?
– Можно, – согласился шар. – Живёт в снежном лесу волшебник, Дед Мороз.
– Не в лесу, а в воображении детей, – перебила шишечка.
– Раз в году он приходит в города…
– Ага, прям во все одновременно, он самоклонируется.
– И дарит подарки тем…
– Только не говори, кто хорошо себя ведёт. И не он дарит подарки, а люди друг другу.
– Вот и нет!
– Вот и да!
От негодования шар потемнел. И шишечка словно погасла.
– Что это? – испугался снегирь.
– Ничего особенного, ночь. Свет выключили.
– Скоро и Дед Мороз пожалует.
– Не начинай, – зевнула шишечка.
– Да я что, – дремотно ответил шар, – я ничего.
Дом заснул.
Один лишь снегирь сторожко вслушивался в тишину.
«Волшебник, – думал он, – превратит меня в настоящую птицу. Я смогу летать. Летать. Ле...оох».
Сон подкрался и к снегирю. Обнял его, уложил на ветку, погладил пёрышки.

***
В полночь дверь в гостиную бесшумно распахнулась, вошёл Дед Мороз.
– Никого, – пробасил уныло и, спохватившись, зажал ладонями рот.
– Тсс, – донеслось сзади.
Анюта подошла к Деду Морозу и прошептала:
– Дедушка Мороз, пожалуйста, сделай так, чтоб мой снегирь стал настоящим. Он самый красивый.
– Но, – так же шёпотом ответил Дед, – тогда он улетит в лес, ему нельзя жить в квартире.
Анюта прикусила губу:
– Пусть. Он же будет ко мне прилетать иногда, правда?
– Будет, – гость погладил девочку по голове. – Но знаешь ли ты, что сегодня я могу исполнить лишь одно твоё желание. Другое – только через год.
– Вот и хорошо, – кивнула Анюта, – через год я у тебя ковёр-самолёт попрошу. И мы будем летать вместе с моим снегирём.
Дед Мороз только крякнул. А девочка добавила:
– К тебе мы тоже прилетим. И даже с подарками!


Три брата

За дверью детской царила странная тишина. Мама деликатно постучалась. Раз, другой. Не получив ответа, вошла.
Три мальчугана сидели за круглым столом, покрытым кружевной белой скатертью и что-то рисовали.
Мама подошла, погладила по голове одного, приобняла другого, улыбнулась третьему:
– Что на этот раз?
– Мы рисуем Сыктывкар, – не отрывая взгляда от листа бумаги, на котором как по волшебству появлялись заснеженные тополя и берёзы, ответил старший.
– Что вы рисуете? – переспросила мама
– Это город. Я открыл наш атлас мира...
– А я, – подхватил второй, – ткнул карандашом в страницу.
– А я, – отозвался третий, – погуглил. Вот, – он протянул планшет, – такой симпатичный городок, леса вокруг.
Мама пролистала фотографии и кивнула:
– Действительно, симпатичный. Можно посмотреть?

Она склонилась над рисунком старшего сына.
– Это же...
– Позёмка, – утвердительно кивнул тот, – и ветер с реки. Сугробы ватрушками, кусты в инее, похожие на кораллы, и деревья, растущие в небо.
– Очень красиво! – похвалила мама. – А у тебя?
Средний сын подвинулся и начал объяснять:
– Тут люди спешат на работу. А дети играют в снежки. Две бабушки разговаривают у магазина. Мужчина ведёт таксу на поводке. Или она его ведёт.
– Как здорово! – воскликнула мама. И перешла к третьему. Перед ним лежал нотный лист.
– Я пишу музыку, этот город так чудесно звучит! Вот трубит звонкое соло солнца, потом вступают пронзительно-синие небесные октавы. А вот, слышишь, скрипучей чечёточкой бежит паренёк. Ухают сквозь сугробы снегоуборочные машины.
– Замечательные вы мои! – улыбнулась мама. – Талантливые!
Она пошла к двери. Остановилась. Обернулась:
– Художники ненаглядные, погулять-то пойдёте?
Декабрь, Январь, Февраль подняли головы, переглянулись и дружно сказали:
– Пойдём!

Новогодний колобок

Продавщица была огромной, даже устрашающей: фартук поверх полушубка, безразмерные рукавицы и суровый подбородок. Нахохлившись над россыпью мандаринов, она стерегла их, как наседка цыплят. Прохожие, устремлялись было к новогоднему яству, но пробегали мимо, как только встречались с ней взглядом.
Лишь одна маленькая девочка осмелилась не только подойти к прилавку, но и погладить оранжевые щёчки.
Девочку звали Сонечка, она возвращалась с мамой из детского сада.
– Мам, смотри, мандарин, как колобок из сказки! – засмеялась она. – Он от бабушки ушёл и от дедушки ушёл…
Вдруг продавщица хлопнула малышку по руке и грозно спросила:
– Брать будете?
Мама Сонечки была не робкого десятка. Но тут спасовала:
– Не будем, спасибо.
– А не будете, нечего товар портить. Ходят тут, – плюхала продавщица злыми словами маме в лицо.
Мама скукожилась. Зато Сонечка схватила мандарин, кинула его в снег и крикнула:
– Жадина-говядина, злая шоколадина!
Мама аж дышать перестала, сгребла девочку в охапку – и ринулась к дому.

Мандарин тем временем тоже дал дёру. Сначала он закатился за ствол берёзы и затаился там на несколько минут. Над ним сверкал серебристый водопад охваченных морозом и ликованием ветвей. Мандарин даже ахнул от этого великолепия. Но, испугавшись, что его услышат, попытался зарыться в снег. Не тут-то было. Откуда ни возьмись появился жизнерадостно-лохматый пёс и принялся обнюхивать яркую диковину.
–Ты кто? – ткнулся он носом в ароматную кожуру.
–Шшш! – шикнул мандарин. – Я…э… колобок. Я от бабушки ушёл, я от дедушки ушёл и от вредушки укатился.
Подумав минутку, мандарин, неожиданно для самого себя, продолжил:
– И от тебя, Полкан, тоже уйду!
Пёс Полкан от удивления сел в сугроб.
А мандарин покатился-покатился по мягкой тропке и наткнулся на кота. Кот, увидев небывалый клубок, попытался тронуть его лапой. Но мандарин увернулся:
– Ну нетушки! От тебя я тоже убегу!
И пустился наутёк со всех бочков.
Катился он так до темноты. Когда ночь сжала в своём кулаке задремавший город, мандарин остановился, прислушался – тишина. Тишина такая большая и страшная, что хоть назад на прилавок возвращайся. Да там тоже безрадостно: хочешь-не хочешь купят и съедят.
Вот если бы он был не настоящим мандарином, а игрушечным. Висел бы на ёлке в доме у этой девочки, которая не испугалась злую продавщицу. Ах, какая славная девочка, за маму вступилась!
– Мне ни за что её не найти, – огорчённо прошептал мандарин и вздрогнул, услышав тяжёлые шаги.
Он прижался к стылой земле всем пузиком, думая только о том, чтоб прохожий его не заметил.
Но прохожий заметил и взял мандарин в руку. Рука была большая, в тёплой рукавице, которая пахла лесом и немножко небом.
– Говоришь, игрушкой стать хочешь? – спросил густой уютный голос. – Отчего бы и нет? Видишь посох?
Мандарин повернулся и увидел в другой руке волшебный посох с набалдашником в виде сияющей звезды. А хозяин чудо-вещи между тем продолжал:
– Дотронусь до тебя – и ты превратишься в ёлочную игрушку, будешь жить в комнате Сонечки, радовать её.
– Не врёшь? – спросил мандарин.
– Слово Деда Мороза! – пообещал тот и…

Сонечка вбежала на кухню, дёрнула маму за рукав домашнего платья:
– Мам, ты когда уже начала ёлку украшать? Говорила, будем вместе!
Мама удивилась:
– Я ещё не начинала. Мы же только её поставили.
– Откуда тогда игрушка? – потребовала ответа дочь и потащила маму в свою комнату.
Там на ёлке действительно блестел весёлым бочком золотистый мандарин.
– Чудеса в решете! – ахнула мама. – Может, папа незаметно его повесил? Но раз дело уже начато, давай-ка наряжать нашу зелёную красавицу.
– Давай, давай! – ликующе крикнула Сонечка и потянулась к коробке с новогодними игрушками.

Дед Мороз и искусство вокала

Когда Дед Мороз был маленьким, он ходил в музыкальную школу. Как многим сверстникам, ему не нравилось сольфеджио. Зато хор он обожал. Правда, в пении его не поощряли: будущий Дед страшно фальшивил. Когда в очередной раз учитель велел ему помолчать и просто послушать, Мороз решил поехать учиться вокалу в Италию, к самому Энрико Карузо.
Великий певец принял его благосклонно, они даже подготовили для совместного концерта Неаполитанскую тарантеллу. Но как-то под Новый Год Энрико всё же посоветовал другу при вручении подарков не увлекаться песенками, а просто басить в бороду поздравления.
Дед Мороз не обиделся, он давно подозревал, что искусство вокала не для него.
С тех пор прошло немало зим.
Время от времени, читая в декабре детские письма, Дед Мороз вспоминает своих мудрых учителей. И, сам того не замечая, тихонько напевает тарантеллу.

Ложечка

Ниночкина алюминиевая ложка, вся в пятнах и накипи, не радовалась Новому году. Она знала, что к празднику стол накроют торжественно: будут там и серебряные приборы, и фарфоровая посуда. А её, как всегда, запрут в комоде, рядом с такими же неудачниками.
Ложка больше не любила себя и не сравнивала, как в детстве, с удивительным цветком. А ведь у неё до сих пор была изящная, правда, мутноватая, чашечка; был тонкий заострённый стебелёк, и даже шейка черенка осталась нежной! Только сейчас ложка саркастически называла их: хлебало, держало да перемычка.
Но утром 31-го декабря случилось неожиданное: Ниночка не нашла свою серебряную ложечку. Сначала малышка расстроилась, заплакала и сказала даже, что не будет читать стихотворение Деду Морозу. Тогда мама предложила ей совершить новогоднее чудо: превратить обычную алюминиевую ложку в волшебную. Девочка подумала – и согласилась.
Мама повязала ей фартучек, наколдовала сказочной пены, от которой все предметы становились красивыми. И Ниночка принялась за чудеса! Она отмыла свою, а затем и все ложки в доме, принялась за вилки. Вот только ножи мама ей пока не доверила. Но Ниночка не обиделась, потому что устала.
"Чудеса – это такая трудная работа," – поделилась она своим открытием с родителями.
Зато как блестела, как смеялась её алюминиевая подружка, пробуя праздничный пирог! Как радовалась она сама, впервые в жизни сотворив собственное чудо! И какой невероятный Дед Мороз к ней пришёл, в огромных белых валенках, с настоящей бородой и с загаданным подарком!
Так что чудеса случаются. Просто иногда им надо немножко помочь.