Даниэль

Ирина Голицына
Даниэль
Рассказ

1.
Привет, я - Алена Смирнова. Учусь в шестом классе. У меня есть старший брат, ему двадцать семь. Брата зовут Степан. Это имя мне не нравится. Ни одного великого человека не было с таким именем… Ладно, может, мой брат станет первым.
Степан работает провизором в аптеке. Он учился на эту профессию восемь лет. Не знаю, почему так много, не спрашивайте… Может, брат слегка привирает, но он всем при случае говорит про восемь.
Еще брат Степан - блогер. Всё свободное время он посвящает интернету, ведет блог о бражниках. Это такие толстые мотыльки, похожие на крошечных птичек колибри. Не спрашивайте, почему бражники. Ну, нравятся они брату, он о них может рассказывать с утра до ночи.
У Степана много подписчиков. Оказывается, любителей бражников в нашей стране тысячи. Брату интересно, кто ему пишет, он имена, фамилии и профессии фиксирует в планшете. Однажды показал мне эти записи. Кого только здесь не было! Рыбаки, учителя, студенты, курьеры по доставке пиццы. Много женщин, в основном, те, у кого есть дача. Все эти люди пишут брату разные послания, благодарят за посты, шлют фотографии, где бражники пикируют на распустившиеся цветы.
Одна девушка по имени Даниэль раз в неделю присылала брату рисунки этих насекомых. Степан сначала игнорировал их, потом вгляделся, признал, что они классные и стал помещать в своем блоге. Два года Даниэль и Степан общались на тему «Бражники», с ума сойти, и им было нескучно.
Однажды я решила посмотреть на эту Даниэль, зашла со своего компа к ней на страницу в Вейбуке. На аватарке увидела очень красивую девушку. У меня есть любимая книга – сказка Пушкина про мертвую царевну, там иллюстрации, которые мне очень нравятся. Так вот эта Даниэль похожа на мертвую царевну, когда та еще была живой…
Даниэль писала про себя, что ей двадцать лет, она учится на дизайнера, живет с родителями в славном городе Боровске, поет в рок-группе, мечтает увидеть семь чудес света, особенно сады Семирамиды. Бражников встретила во время летних вечерних купаний в речке Протве. Однажды Протва заговорила с Даниэль. Так и так, сказала речка, я боюсь, что ты заплывешь в омут, а омут тебя на дно утащит. Но Даниэль – смелая, ответила словами народной песни: «Не тревожьтесь, Протва! Я сама, как речная влага! Воды не боюсь, а плавать умею, словно рыба навага!» Бражники запали в душу девушки, потому что они умеют пищать и похожи на крошечные вертолеты…
Когда я всё это узнала о Даниэль, то сказала вслух:
- Вау!
И подумала о девушке: «Запросы крутые, полет нормальный!»
2.
…Мы с братом живем вместе с мамой. Правда, она бывает дома считанные недели в году, не спрашивайте, почему. Ладно, скажу, чтобы вы не подумали лишнего: наша мама работает проводником поездов дальнего следования.
Мама доверяет Степану как себе.
- Ты - старший брат, - внушает она ему во время коротких приездов. – Следи за Аленкой. Как бы чего не вышло.
Не знаю, каких неприятностей ждет мама, но со мной вряд ли случится плохое: я – очень дисциплинированная. У меня всё по режиму и по порядку. Например, мама не знает, что ровно в семнадцать ноль-ноль я подаю брату, если он не работает в аптеке, чай и бутерброды прямо к компьютеру. Сам он не может сделать шаг влево или вправо, сидит, как приклеенный, у монитора, рыщет по просторам интернета в поисках бражников.
Я очень люблю, когда брат дома, и вечер, и мы только что поужинали. Я помыла две кружки, две тарелки, две ложки, сижу за столом на кухне. Я хочу написать маме письмо, старомодное, на бумаге, а не нащелкать его в мобильном – две фразы и смайлик с зубастой улыбкой. Я думаю, что напишу маме про занятия в школе, про подруг, как мы все время смеемся над одноклассниками Кривцом и Подгорбунским, они же прикольные пацаны. Также напишу, что не могла прыгнуть через «козла» на физкультуре, физрук ругался, но что я могу поделать, если у меня мышцы слабые? Еще расскажу про брата Степана, он обещал сходить со мной в субботу в парк, чтобы вместе покататься на аттракционах.
Про девушку Даниэль, которая любит бражников, как брат, разговаривает с рекой Протвой и поет в рок-группе, решила рассказать маме в следующий раз…
Я представляла, как мама читает мое письмо у себя в купе проводников, улыбается. А за ее окном дышит темнота и изредка мелькают огоньки то ли домов, то ли фонарей. Мама, приезжай скорей!
3.
В конце учебного года ко мне в школе подошел одноклассник Кривец и ошарашил вопросом:
- Смирнова, ты – храбрая?
- А то! - не сразу ответила я. Потом переживала: эх, сказала неправильно, надо было говорить: «Я - трусиха, Кривец, ой-ёй-ёй, всего боюсь»!
Кривец сказал:
- Слушай сюда. Скачай игру «Грэнни» и поиграй.
- Очередная страшилка типа красные перчатки, зеленые глаза и черная рука? Ха-ха. Точно не боюсь.
- Поиграй, поиграй! – снова, уже зловеще посоветовал Кривец. – Только не перед сном.
И убежал вприпрыжку по коридору.
В тот же вечер я скачала игру «Грэнни». Конечно, начала играть в нее перед сном, лежа в постели, чтобы доказать себе и Кривцу, что мне все ни по чем. Лучше бы я этого не делала…
В этой компьютерной игре главным героем была бабка Грэнни. Играющий просыпался в ее доме и пытался вырваться наружу. А бабка все время преследовала своего гостя, загоняла в капканы и ловушки, а он бежал из комнаты в комнату, прятался в недоступных местах, скрывался в углах… Ужас, ужас, ужас!... В конце концов жуткая Грэнни настигала в подвале свою жертву и сжирала…
Вместо того, чтобы тихо и мирно уснуть после игры, я швырнула мобильный на стол, накрылась одеялом с головой и заплакала. Я не просто плакала, а с подываниями и сильными всхлипами.
В комнату вошел брат Степан. Я услышала его встревоженный голос:
- Аленка, что с тобой?
- Бо-оюсь! – взвыла я.
- Чего?
- Бабку Гренни! – выдавила я и зарыдала еще громче.
С тех пор я не могла быстро уснуть, мне было необходимо, чтобы брат со мной поговорил, а уходя из комнаты, оставлял дверь открытой. Не спрашивайте почему. Я уже все рассказала про бабку Грэнни…
Кривец, конечно, не отставал от меня на переменах, спрашивал:
- Ну, что, Смирнова, скачала игру «Грэнни»?
- Ага, - отвечала я, - вместе с братом перед сном играем.
- Хорош прикалываться, - не верил Кривец. – «Грэнни» не для старых.
- Кто старый? – говорила я.
- Твой Степан. Древний, как мамонт!
Тут я злилась на Кривца, хотела треснуть его что есть силы. Кривец с криком «Йо-хо!» уносился по коридору, я – за ним.
4.
А дальше вот что случилось.
Был ранний вечер. Начало лета. К Степану пришел его школьный друг по прозвищу IQ.
Очень давно, когда брат и IQ учились в одном классе, IQ все предсказывали блестящее будущее. Он был очень умный, знал ответ на любой вопрос по любому предмету и школу окончил с золотой медалью.
Все ждали, что IQ потрясет мир каким-нибудь супер-открытием, станет самым молодым академиком в нашей стране, ну, еще что-нибудь с ним произойдет невероятное. А он… окончил обычный университет, и даже без красного диплома, уже как три года женился, родил двоих детей, делает карьеру в банке.
IQ спросил брата:
- Как дела?
- Норм, - ответил Степан.
- Как там твоя Данька из Боровска?
- Норм, - ответил брат.
- Слушай, - сказал IQ, - есть разговор.
- О чем?
- О тебе.
- Не понял, - сказал брат. – У меня все норм.
- Ни фига не норм, - расстроил брата IQ. – Ты похож на пещерного человека: дикий взгляд, сидишь в берлоге, издаешь однообразные звуки.
- А ты чего хотел?
- Стань нормальным мужиком! Женись, Степа!
Тут мой брат встал и закрыл дверь в свою комнату. Я забыла сказать, что когда пришел IQ, я подметала коридор, потом чистила стекла книжных полок в прихожей и слышала разговор брата с его школьным другом. Ой, как интересно!
Через полчаса Степан вышел из своей комнаты и сказал:
- Аленка, я с IQ проедусь на пару часиков.
- А я?
- Телек посмотри, потом спать.
- Нет.
- Почему?
- Ты забыл про Грэнни?
Брат рассмеялся.
- Это ж компьютерная игра!
- Ты ничего знаешь. Когда тебя нет дома, Грэнни ходит по комнатам.
Брат серьезно посмотрел на меня и сказал:
- Собирайся.
5.
…Вечерний город был серебристого цвета. Светилась реклама, мерцали фонари. Мне нравилось ехать в машине IQ на заднем сиденье и слушать, как болтают старые школьные друзья.
Я узнала много нового.
Оказывается, мой брат давно говорит с Даниэль по телефону. Почему я ни разу не слышала эти разговоры? Ага, у Степана была тайна, личная жизнь. А я-то думала, что у него на уме одни бражники.
Оказывается, Даниэль ему несколько раз пела свои песни, спрашивала: «Ну, как?» Он отвечал: «Норм». Она была счастлива и чмокала моего брата в мобильную трубку.
И оказывается, мы едем в гости к Даниэль, в Боровск. Это такой милый городок на берегу тихой реки. (Я уже говорила и про Боровск, и про реку. И что имя ее - Протва, и она умеет разговаривать). На улицах Боровска пахнет жасмином. Даже зимой. Не спрашивайте почему. Такая особенность местности…
- Короче, старичок, по дороге купим букет, - учил IQ моего брата Степана. – Адрес Даниэль мы знаем…
- Откуда? – подпрыгнула я на заднем сидении.
- Аленка, тебя здесь нет! – весело сказал IQ. – Мои ребята из конторы разведали!
- IQ, ты – Штирлиц? – спросила я.
(Когда мама приезжала после своих путешествий домой, по вечерам она садилась к компьютеру, искала какой-нибудь сериал, грызла семечки и смотрела кино. Чаще всего мама пересматривала сериал про разведчика Штирлица. А когда показывали сцену встречи Штирлица с женой в кафе, там разведчик и его жена смотрят друг на друга без слов и не могут ни обнять друг друга, ни поцеловаться, - мама украдкой плакала).
- Почти! – обрадовался IQ. – Если у человека есть комп, и он включен, найти адрес человека, как два пальца… короче, можно определить мгновенно!
- IQ, ты хочешь, чтобы я, как дебил, позвонил ей в дверь? Прикинь, ночью, а? – сказал мой брат.
- Какая ночь? – возмутился IQ. – В Боровске будем в двадцать один ноль-ноль. Потом, если ты чем-то ошеломишь женщину, например, внезапным приездом, она навсегда твоя.
«Меня Кривец ошеломил бабкой Грэнни, - подумала я. – Но я за это ненавижу Кривца».
- Ладно, представили, звоню в дверь. Она такая открывает. А я такой с букетом. И что?
- Что-что? – возмутился IQ. – Мы с Аленкой будем ждать вас в местном ресторане, в vip-зоне. Приведешь Даниэль туда, поужинаем.
- Ты этот план заранее разработал? – возмутился Степан.
- Я же Штирлиц! - засмеялся IQ и, повернувшись, подмигнул мне.
Тут мы подкатили к магазину «Цветы». Мой брат Степан хотел идти туда один, но IQ не позволил. Они отправились вместе. А когда вернулись, я забилась в угол, потому что рядом со мной на заднее сиденье положили не букет, а срезанный куст бледно-розовых роз.
Боровск в сумерках меня впечатлил. Невысокие дома, много кустов и цветов, темно-лиловое небо. IQ остановил машину в тихом переулке, показал моему брату дом, сказал номер квартиры, достал розы с заднего сиденья и трагическим тоном произнес:
- Я тебя благословляю, Степа.
Мой брат нерешительно двинулся к дому Даниэль.
6.
В ресторане для нас уже был заказан столик. На нем стояла уютная лампа, сверкали хрустальные фужеры.
В глубине зала играл маленький оркестр – труба, гитара, ударные.
IQ долго беседовал с официантом о горячем блюде, просил посыпать мясо специальными пряностями и «довести до ума» на легком огне. Если бы официант разрешил, IQ бы точно отправился на кухню и занялся приготовлением этого мяса сам.
Затем к нам подошел сомелье, человек, который в ресторанах открывает бутылки с вином. С сомелье IQ также долго говорил. Не спрашивайте, о чем, я не слушала и не запоминала.
Наконец IQ успокоился, расслабился в кресле, спросил у меня:
- Ну, где наш Ромео?
- Кто-кто? – не поняла я.
- Читала про Ромео Монтекки и Джульетту Капулетти?
- Нет, - честно призналась я. – Кто они?
- Проехали, - сказал IQ, взглянув на часы. Ему не хотелось читать мне лекцию.
- Ты Степану точный адрес дал? – поинтересовалась я.
- Точнее не бывает. Эх, везет же Степке! Такая девушка в руки идет!
- Ты ее фотки в Вейбуке видел?
- Видел. Если б не жена и двое детей, я бы у лучшего друга эту девушку отбил.
Я страшно удивилась, даже сложила рот буквой «О». Мне стало неприятно, что IQ готов забрать у моего брата Даниэль. Это же предательство! А как же семья IQ - жена и двое детей?
IQ засмеялся:
- Шучу, Аленка, шучу! Ты ничего не слышала!
- Ладно, проехали, - буркнула я.
- Аленка, мы с твоим братом были в школе, как братья. Переживаю я за него, наши все женились-переженились, а он всё один и один.
- Поэтому ты взял инициативу в свои руки? – съехидничала я.
- Ну, да.
Тут открылась дверь, и в ресторан вошел мой брат с какой-то женщиной. Она была старше нашей со Степаном мамы.
Степан и женщина подошли к нам, IQ вскочил, расшаркался:
- Добрый вечер! Вы мама Даниэль? А где она?
- Я не мама, я и есть Даниэль, - ответила женщина. – Точнее Зоя Петровна Абрикосова. Даниэль – мой ник.
IQ уставился на женщину, словно она явилась с другой планеты.
- А как же двадцать лет, семь чудес света, сады Семирамиды? – пискнула я.
- Это моя легенда, - сказала Зоя Петровна. – Не буду же я писать, что работаю оператором на молочном заводе, вдова и, кстати, уже бабушка?
Мой брат молчал. IQ согласился:
- Да, такое, пожалуй, писать не стоит. Замуж никто не возьмет.
- А я и не стремлюсь, - улыбнулась Зоя Петровна.
- Позвольте, я в скобках еще замечу, - сказал IQ, - поместив девичьи фотографии с райской внешностью на своей странице, вы ввели группу граждан в заблуждение.
- Простите, - сказала женщина. – Я не думала, что мой невинный обман раскроется. Не стоило меня искать.
Мой брат не проронил ни слова, ни звука. Я вдруг поняла, что ситуация в ресторане будет покруче игры «Гренни».
IQ привстал со своего места и сказал:
- Всего вам доброго, Зоя Петровна. Были рады познакомиться.
Всем своим видом IQ показывал, что аудиенция окончена.
- А рисунки бражников и то, что вы поете – правда? – тихо спросила я.
Женщина погладила меня по голове:
- Чистая правда, деточка.
7.
Она прошла к сцене ресторана. Там только что собрались музыканты, отдыхавшие после перерыва. Женщина что-то сказала им, они согласились, она села на сцене на высокий стул, боком к залу, взяла микрофон. Заиграла медленная мелодия, а женщина запела.
Я никогда в жизни не слышала такого пения. Оно было похоже на счастье. У Зои Петровны Абрикосовой оказался вечерний голос. Такие голоса бывают у фей из сказок.
Этот голос околдовал меня. Он лился в самое сердце. И сердце замирало, сжималось, я боялась, что оно остановится. А слезы подступили так близко, что я боялась моргнуть. Моргнула бы, и они хлынули, как весенние ручьи – бурные, неудержимые.
Зоя Петровна Абрикосова спела и ушла. Посетители ресторана аплодировали ей вслед. Но она даже не оглянулась и не помахала нам рукой.
Нашей компании ничего не оставалось делать, как поужинать. Правда, есть не хотелось.
Я сидела и думала о том, что в жизни много несовпадений: хочешь иметь одно, получаешь другое. Вот я бы на самом деле подружилась с Кривцом, честное слово! Но он сам виноват, что дружбы не выходит, вечно меня дразнит и задирает. А вот брат и IQ думали, что Даниэль – любительница бражников, двадцатилетняя царевна, а она оказалась бабушкой Зоей Петровной Абрикосовой! Но её голос…
IQ пытался шутить, оправдываться. Мой брат Степан все время молчал.
Я только один раз посмотрела на него во время ужина: брат показался мне очень грустным и усталым.

8.
В Москву мы вернулись поздно ночью. Я легла спать и, странно, не стала просить брата поговорить со мной перед сном, чтобы отпугнуть бабку Грэнни. Я больше ее не боялась. Засыпая, я представляла не старую вампиршу, а поющую женщину с ником «Даниэль» из города Боровска.