Дорогой сыр

Дорогой сыр

— Дорогой сыр, — так начал своё первое официальное послание младший дипломат Димка.
— Да не сыыыр, не сыыыр! Сээээр! Сэр! Сэр! Сэр! И не дорогой, а уважаемый. ― Санька сердился.
Он чувствовал себя старше и мудрее. То расхаживал вдоль стола, заложив руки за спину. То вставал за Димкиным плечом и поднимался на носки, а потом резко опускался на пятки, раскачивая себя, как делал папа в задумчивости.
— А я бы не стал называть его уважаемым. ― Димка нервничал, прикусывал нижнюю губу.― Он же разбойно напал на нас и палатку забрал… папкину.
— А зачем ты его тогда называешь «дорогим»? Он что, родственник твой?
— Не, просто бабушка так называет всех ненавистных соседей. При встрече. А уж за глаза… — Димка младший дипломат закатил глаза.
Санька оправил свою парадную футболку, белую, с зелёными пальмовыми листьями.
— В знак перемирия надел, — Санька заметил ироничный взгляд друга.
Димка почесал укушенную комаром ногу и вернулся к письму:
— Уважаемый сэр… А «сэр» — с большой буквы или с маленькой писать?
— Пиши с большой. Вован же старше нас.
— «…Приходи сегодня на стройку. Дело есть».
— Какая стройка? Ты что, блинов объелся? Мы же мирно хотим договориться!
— Ну, так, я ж тоже… мирно. Я же не на пустырь зову.
— На какой пустырь?!! Вот придёт этот сыр на пустырь и скажет: «Чё надо?». Вот и весь разговор.
Санька завёлся не на шутку: «Нервное это дело, проблемы решать».
— А как тогда?
— Уважительно надо. Дипломатично. Тебе надо палатку вернуть папкину? Или нет?
Димка вздохнул. Это палатку отцу подарили товарищи на день рождения. Отец собирался поехать на рыбалку с ночёвкой. И обещал взять с собой Димку. А он не выдержал, побежал её друзьям показывать, пока отца дома не было. Ну и испытать на пустыре, вдруг плохо работает? Как они тогда на рыбалке с ней справятся? А тут этот «сыр» подвалил и так дипломатично говорит: «Давай уматывай, грю, а фигвам свой оставь».
— Не, тут надо аккуратно, дипломатично. Папа так говорит.
Санька очень скучал по отцу — тот уже второй год работает на Шпицбергене, а им с мамой и сестрой приходится здесь «куковать».
— Санька, — Димка вдруг вспомнил, что хотел сказать. — Санька, мне мама сказала, что папка твой скоро приедет. Может, он напишет для нас письмо?
— Ага, скоро. Через два месяца. Кирдык твоей палатке будет через два месяца. Да и тебе самому — отец не простит наши дипломатические заблуждения.
— Тогда давай дальше писать.
— Давай.
Два носа склонились над листом бумаги. Долго спорили над каждым словом. Наконец два друга согласились подписать текст послания:
«Уважаемый Сэр Вован Мы рады позвать тебя на встречу за нашим столом переговоров. Принеси палатку. Пароль: «Экватор». Отзыв: «Аляска» ПыСы. Стол стоит в третьем подъезде на первом этаже. Встреча сегодня в пять вечера».
Про «пысы» Санька вспомнил в последний момент. Так пишут, если что-то важно написать забыли, а переписывать лень.
Бумагу подпалили с четырёх углов, как делали пираты для устрашения. Письмо Димка скрутил трубочкой, припечатал пластилином. Для печати отковыряли кусочек с сестрёнкиной аппликации — бурый мишка остался без уха.
Друзья отправились в гаражи — там Вован обустроил себе «гнездо».
— Ты у Вована был? — Санька побаивался таких мест, но втайне страшно мечтал заглянуть туда.
— Неа, он «мелюзгу» терпеть не может.
— Так он всего на один класс старше нас!
— Ага, на один. Но он же второгодник.
Лето в городе ещё не вступило в свои права, дул холоный ветер, под ногами хлюпала грязь после затяжных дождей:погоде начихать на дату в календаре и мечты людей о жарком отдыхе. У Димки засвербело в носу. Вот так с ним всегда — чуть понервничает, как сразу в носу щекотка, в горле першит и под коленками покалывает. Не хочется идти в гаражи, а надо:
— Ты со мной? — Димка спросил нарочито строго.
— Ну… да, давай вместе.
— Давай вместе.
Они уже подходили к большому гаражному кооперативу, как услышали позади голос Вована:
— Эй, пацаны, чё потеряли? Давай дуй отсюда.
Санька вздрогнул от неожиданности. А Димка резко обернулся и, неожиданно для самого себя, ответил громко и уверенно:
— Вот, послание тебе. Прочитай. И дай ответ.
Он протянул руку со свитком. Вован ухмыльнулся, но послание взял, отковырял мишкино ухо и пробежал письмо глазами:
— В третьем, гришь? Ну, чё, приду, ни вопрос.
Вован скомкал письмо, бросил в грязь и вразвалочку прошёл дальше.
Санька и Димка быстро пошли обратно. Пора было готовиться к встрече.

По пути домой они завернули в супермаркет. Магазинчик стоял на оживлённой улице и был открыт круглосуточно. Продавщица тётя Маша знала всех постоянных покупателей.
— Привет, красавчики. Что брать будем? Колу?
— Не, теть Маш, сок возьмём. А у вас есть посуда одноразовая?
— Да, там, сразу за колбасой посмотрите. А что, дома вся побилась? — тётя Маша хихикнула.
Она пробила заезжему покупателю две бутылки воды по тридцать девять рублей каждая за сто двадцать рублей. Взгляд у неё был намётан — своего от чужака отличала за тысячную доли секунды. И снова уставилась в телефон.
Мальчики тем временем изучали полку с одноразовой посудой, надувными шариками и детскими гуделками-пищалками.
— Что мы тут найдём? — Димка заметно нервничал.
Перед его глазами снова и снова падал скомканный листок с подпалинами.
— Погоди. Обычно на переговорах нужна вода, печеньки там какие-нибудь, чай. Давай возьмём холодный чай, вот эти шоколадные круглые печеньки и воду. Не, вода как-то несерьезно. Давай возьмём колу или лимонад.
— Мы же сок хотели взять?
— А, точно. Апельсиновый. Там витамин Ц есть, он мозги пробуждает. — Санька ухватил руками бутылку с чаем, печенье и пачку сока. — Стаканчики возьми.
Димка посмотрел на разноцветную вышку из бумажных стаканчиков — кошечки, единороги и космические пираты. Обычный набор для праздника:
— Да тут всё для детского сада.
Димка приподнял вышку и хотел поставить её себе на голову. Покосился на тётю Машу и передумал.
— О, смотри! — воскликнул Санька.
Он что-то усмотрел на полке с бумажными украшениями.
— Берём!
— Что это?
Санька перехватил упаковку печенья зубами. Освободившейся рукой взял пакет с разноцветными флажками.
— Ты что, сбрендил? Мы ему детский праздник устроим? Может, ещё фейерверки возьмём? — Димка смотрел на друга с изумлением.
— Нэ, ты нэ панымаш. — упаковка печенья мешала донести мысль.
Санька выдернул пачку изо рта друга.
— На столе должны флаги стоять. Наш флаг, его флаг.
— Какой у него флаг? Нет у него флага.
— Как это нет? А ты видел на гараже граффити?
— Это тот отпечаток кроссовка с жирным словом внутри?
— Ну да.
— Не, такой флаг нам не нужен.
— А мож ему нужен?
— Ну ты представь, на столе флаг с отпечатком кросса! Обувь на столе.
— А что, ноги на стол нельзя? — Димка начал подкалывать друга.
— Нельзя. Мне отец рассказывал, что такое тоже бывало. Но вообще обувь на столе — это знак неуважения.
— Так это ж его знак! Мы наоборот — уважуху ему покажем.
— Даже если и так. У нас-то нет флага!
— А мы нарисуем.
— Какой?
— Палатку. Сосны. — Димка мечтательно задумался. — Речку. Флаг свободных рыбаков. Имеем право — всё лето впереди.
— Да уж, лето — без палатки.
— Вернём!
Димка, который пережил последние потрясения и уже пришёл в себя, начал мечтать о поездке с отцом:
— Вот выручим палатку, и я упрошу отца тебя с нами взять. Вместе поедем, рыбачить будем, купаться. Представляешь — вечерний костерок, картошечка в углях, сгущёнка с сухарями, чай. Красота!
— Да, а ночью — комары и завывания в лесу. В палатке, знаешь, какая слышимость?
— Ну да, можно подумать, что ты знаешь.
— Мама говорит, что наш дом тоньше палатки — всех соседей слышно.
Санька глянул в сторону кассы и заторопился с покупками к тёте Маше — продавщица уже подозрительно поглядывала на благополучных, но вполне подозрительных мальчишек: кричат, печеньем в зубах размахивают.
— Тётя Маша, а флагов у вас нет?
— Флагов? Каких флагов?
— Ну, разноцветных, но больших. Нам для школьного мероприятия надо.
— Лето уже, каникулы. Какие школы, Санёк?
Мальчики расплатились за будущий «пиргорой» из сэкономленных на школьных обедах. Шли домой молча, думали, как бы договориться с хулиганом и разгильдяем Вованом.
В подъезде тускло горела лампочка. Мальчишки поставили пакет на пол и спустились в подвал. Вечная темнота, ржавые трубы и горы мусора. Они пробирались наощупь к дальней стене, где стоял старый покосившийся стол. Здесь они иногда играли в штаб и рисовали карты неприятеля.
― Фонарик взял?
― Неа.
― Ой.
― Эй, поаккуратнее, это моя нога.
― Я тебя не трогал.
― Да не бей ты меня по ногам.
― Это не я, говорю тебе.
― А кто?
Мальчики остановились. Санька почувствовал, как что-то мокрое и хололдное уткнулось в его ладонь. Он отдёрнул руку.
― Ай, что это?
Рядом послышалось урчание. Димка подпрыгнул:
― Кто-то покусывает мне ногу. Бежим.
Мальчики бросились назад, к выходу, где на полу лежала пыльная полоска света.
В два прыжка преодолев восемь ступенек, Димка и Санька остановились у лифта. Тяжело дыша, они смотрели на спуск в подвал. Их проёма выбежал крепкий щенок на коротких лапах. Шерсть светло-серая, густая, приветливая мордочка с умными глазами, а над ними белые густые брови. Язык свшивается на бок, пасть открыта, хвост мечется из стороны в сторону.
― Откуда ж ты взялся. Иди к нам, не бойся.
Щенок весело подбежал и сунул морду в пакет.
― Печенье хочешь?
Мальчики трепали его по голове, по спине, густая жесткая шерсть приятно щекотала руки. Щенок хрумкал угощением и смотрел на друзей голубыми глазами.
― Давай назовём его Дружок.
― Ты что, таких «дружков» миллион в нашем городе. Надо придумать редкое и красивое имя.
― Зверь? Агат?
― Ага, будут его гадом дразнить.
― Тогда Мушкетёр, или Гром, или Буря ― не сдавался Димка.
Ребята вспомнили, что пора готовить стол переговоров. И принялись за дело.

Вован, конечно, опоздал. Прошло уже полчаса, а он не появлялся. Многочисленные соседи проходили мимо и доброжелательно подтрунивали над Димкой и Санькой, серьёзно восседавшими за столом, накрытой одноразовой скатертью с нарисованными воздушными шариками. В центре стола возвышался пакет с соком. Рядом стояли бумажные тарелки с печеньем и карамельками из домашних запасов. Печенье почти закончилось, щенок оказался большим любителем сладкого.
― Не придёт.
― Придёт, это он на нас страху нагнать хочет.
― А если палатку не возьмёт?
Димка после встречи со щенком забыл на время про палатку, но сейчас опять вспомнил. И перед глазами встал рассерженный отец.
― Вызволим твою палатку.
Входная дверь открылась и с грохотом захлопнулась. На лестнице послышались шаги.
― Ну что, пацаны, чё делать будем? Ой, Камамбер, иди ко мне.
Щенок тут же подбежал к Вовану, радостно виляя хвостом. Вован напрочь забыл, для чего он сюда пришёл. Он присел и начал ласкать щенка, обнимать его, трепать по спине и животу, как старого знакомого.
Димка и Санька переглянулись.
― Уважаемый Вован, ― Санька старался придерживаться официального тона переговоров. ― Это наш щенок, мы его нашли.
― Да я его целый день ищу, пацаны. Это я его нашёл неделю назад.
Вован встал и посмотрел на Димку и Саньку, осмотрел накрытый стол, опять потрепал щенка по голове.
― Ладно, давайте переговаривать. Или что-то там у вас задумано.
Он сел на кособокий стул из подвала, придвинул себе тарелку с печеньем и налил сок.
Димка сжал в кулаки руки. Казалось, что сердце выпрыгивает из груди.
― Мы позвали тебя… ― Димка закашлялся, во рту стало сухо, как после урока физкультуры, когда тренер гонял весь класс перед сдачей ГТО.
Санька подошёл к столу, опёрся двумя руками и слегка наклонился в сторону Вована. Так Санька чувствовал себя взрослее и опытнее. Стол покачнулся, апельсиновый сок выплеснулся из стакана и побежал по целлофановой скатерти на пол. Камамбер принялся слизывать сладкую жижу с пола. Вован ухмыльнулся и вылил весь стакан на пол.
― Два дня назад ты, Вован, взял у потерпевшего Димки палатку его отца. Так?
― Ну, взял.
― Ты ешь, ешь печенье. Соком запивай.
«Что я такое несу?», ― сам себе удивился Санька.
― Мы предлагаем тебе вернуть эту палатку.
― А взамен?
― Что взамен? ― Димка оторопел.
― Что я получу взамен?
― Но это же моя палатка, то есть, папкина.
― Была ваша ― стала наша. Вот пусть твой папка и приходит на переговоры.
«Чёй то я? Ещё правда приведут отца».
― Ладно, пацаны. Давай ближе к делу. Палатку я вернуть не могу.
― Почему? Как так? Это не твоя палатка! ― одновременно заговорили Димка и Санька.
― Она мне нужна больше, чем твоему отцу, ― ехидно ухмыльнулся Вован, достал жвачку и начал громко жевать.
― Батя твой мож разок и сходит на рыбалку. А потом? Потом палатка будет валяться на балконе. Гнить под дождём. И пылиться.
Вован надул пузырь и громко лопнул его.
Санька почувствовал, что теряет роль главного на переговорах.
― Можно подумать, что ты каждый день на рыбалку ходить будешь. ― с вызовом бросил Димка.
― Не буду. Палатка не для этого нужна.
― А для чего?
― Не для чего… ― Вован выразительно посмотрел на мелюзгу и сплюнул на пол. ― А для кого.
Он поднял указательный палец вверх, а потом резко повернул его в сторону щенка, который стоял возле стола и не сводил глаз с печенья.
Димка и Санька встали с двух сторон от щенка.
― Я его неделю назад нашёл. Под дождём. Грязного, тощего. Домой привёл, отмыл в ванне. Молоком напоил. А вечером мать пришла и прогнала его: «Собаки в моём доме не будет! За тобой грязь убирать замучилась. Тут ещё кобеля притащил». И ни в какую. Даже учиться лучше пообещал, а она смеётся: «Каникулы наступили, какая учёба! Давай, веди его туда, где взял».
― А ты? ― Димка представил, как если бы это ему такое говорили.
Санька гладил щенка и тоже мысленно переживал за его судьбу.
― А что я. Отвёл в гаражи. Но там ему не место. Наедет ещё кто, задавит. Вот, сегодня испугался и сбежал. Я его ищу-ищу. ― Вован подкинул найдёнышу печеньку.
― Он в подвале прятался, мы случайно его обнаружили. ― Саньке пришла в голову мысль. ― Ты что же, в палатке хочешь его поселить?
― Да не… ― Вован раздумывал, стоит ли делиться своими планами, ― Я решил с ним из дома уйти. В палатке будем жить. Летом пропитание всегда сможем добыть. Удочку я сам могу сделать. Грибы собирать меня ещё дед научил. Ягод много.
― А как же зимой? В палатке холодно будет.
― Да я за это время на север уйду, в Мирный городок. Работу найду. Попрошусь в экспедицию. Помогать там буду, потом работу найду.
― Ты же ничего делать не умеешь?
― Я не умею? Я руками много чего умею. Машину могу разобрать и собрать, если понадобится. Дома что угодно починить могу. Технику я люблю. Через год паспорт получу и выучусь на механика. Или крановщика.
Димка обалдело смотрел на Вована. Санька представил себе поход на север. С палаткой за плечами. И щенок бежит рядом.
― Слушай, а где палатка-то?
Вован задумчиво посмотрел на пацанов.
― Ладно, пойдем, покажу. Камамбер, ко мне.
Ребята побросали в пакет остатки еды со стола, и пошли за Вованом. Щенок бежал рядом. Санька зяб в своей футболке с пальмами. На небе собирались тучи.
Вован сорвал травинку и перекатывал её зубами из одного уголка губ в другой. На душе стало как-то легче. Целую неделю вынашивал он план побега. Собрал старый дедов рюкзак из брезента. Положил туда сухой паёк из овсянки, брикетов киселя, галет, сгущёнки и шоколада. Теплую одежду взял и шерстяное одеяло. Рыболовные крючки и леску, а подходящая палка для удочки в лесу всегда найдётся. Нож перочинный и плоский котелок, чтобы готовить на костре. Но всё откладывал побег, не мог решиться. Мать было жалко.
― А почему ты щенка так странно назвал? Козинаком? ― Димка наконец решился спросить.
― Камамбер. Это сыр такой, дорогой. А мне кажется, что это отличное пиратское имя. Карамба, барамба, камамбер.
― Хорошее имя, редкое. Мне нравится. Камамбер, ко мне!
Он нашёл палку и стал бросать собаке. Щенок весело бегал вперёд и назад, смешно подкидывая короткие лапы.
Они пришли на пустырь. Здесь вечерами собирались ребята постарше. Но сейчас никого не было. Вован подошёл к груде ломаных досок, раскидал их и достал палатку.
― Я её испробовал. Легко устанавливается. Вот только под дождём ещё не испытал.
В небе громыхнуло, поднялся ветер. Ребята увидели, как вдали потемнело. Стена дождя шла прямо на них.
― Ставьте скорее палатку! ― Закричал Димка. ― Сейчас как ливанёт.
Санька вытряхнул палатку из чехла.
― Чёрная сторона ― это дно, на землю раскладывай. ― Вован, считая себя опытным туристом, командовал младшими. ― Здесь вход будет, разворачивай, разворачивай в сторону дороги. Наблюдать удобнее будет.
Дно было единым целым с внутренней тканью палатки. Дуга состояла из множества коротких, сантиметров по тридцать, полых металлических трубочек, один конец которой был немного меньше другого, чтобы можно было без труда соединить трубочки в одну большую дугу. Внутри дуги проходил эластичный шнур, чтобы ячейки не рассыпались и не терялись.
― Теперь нужно соединить каждый трубочку с соседней.
Санька и Димка развернули складную дугу и начали вставлять трубки друг в друга. Дождь начал накрапывать, но настроение было отличное. Втроём ребята быстро справлялись с установкой. Две дуги были натянуты и закреплены липучками крест-накрест, от угла до угла палатки.
Щенок мгновенно забрался внутрь палатки:
― Не первый раз в походе, ― гордо сказал Вован.
Он вспомнил, как сложно было вчера устанавливать палатку в одиночку.
Он поднял с земли кирпич и начал вбивать колышки, чтобы закрепить палатку на земле.
На земле лежал непромокаемый навес для палатки, как раз от дождя. Ребята развернули его, взяли с трёх сторон и набросили поверх палатки. Угловые ленты завязали на дугах. Вован вбил последние колышки на входе.
― Вот и всё, салаги.
Первым в палатку забежал щенок. Мальчишки забрались следом. Здесь было сухо. По крыше застучали тяжёлые капли дождя. Потом дождь набрал силу и стук отдельных капель слился в единый гул. Ветер трепал навес, приподнимая створку не застёгнутой двери, врываясь в мирное тепло. Ребята сидели плечом к плечу и думали каждый о своём.
Димка сидел и грыз ногти. Не порвёт ли палатку дождь и ветер? Отдаст ли палатку Вован или придётся всё рассказать отцу? Пойдут ли они с отцом в поход, если Вован палатку не отдаст?
Санька думал о том, как здорово оказаться на природе и слушать шум дождя. Гладит теплую шкуру щенка. Санька посматривал краем глаза на Вована и ему показалось, что он не такой уж грозный. Сейчас даже скорее печальный. Интересно, о чём он думает?
А Вован думал о том, что в такой долгий путь нужно соорудить тележку для Камамбера и на нём везти запасы еды и тёплой одежды. Правильно пацаны говорят, он же ездовой пёс. Только придётся отложить побег, нужно, чтобы щенок подрос и окреп. Да и палатка выглядит хило для похода в городок Мирный.
Дождь начал заливать внутрь палатки. Ребята закрыли плотно входную шторку, но на полу уже проступили лужи. Стало зябко. Они сели теснее друг к другу, перед ними лежал пиратский пёс Камамбер, ребята гладили его, согревая таким образом руки.
Дождь бушевал уже который час. Спустилась ночь, а он вс ё не прекращался. Ребятам повезло, они установили палатку на вершине пустыря и дождевая вода стекала вниз, образуя непроходимые лужи.
Остатки печенье быстро закончились. Было голодно. Вован достал из кармана жвачку.
― Хотите?
Шумел дождь. В палатке лопались пузыри. Щенок часто-часто дышал высунув язык.
― Вовк, а ты не хочешь с нами пойти в поход? Я уговорю отца. Он добрый, обязательно тебя возьмёт? И Саньку обещал взять. И тебя возьмёт. Я скажу, что ты можешь удочки из чего угодно сам сделать. Может, твой рюкзак пригодится? И Камамбер с нами пойдет. А?
― Думаешь, возьмёт? Я же хулиган, все это знают. Никто не захочет брать меня в поход. Мне самому нужно устраиваться в жизни.
― Ну, так потом пойдешь. Давай, это будет репетиция?
Входная шторка палатки неожиданно расстегнулась и внутрь заглянула голова Димкиного отца.
― Вот вы где, обормоты! А матери вас обыскались! А ну марш домой. И вообще, кто разрешал тебе, Дмитрий, брать палатку без спросу? А?
― Дядь Коля, это не он. ― Вовка вылез из палатки и стоял под дождём. ― Дядь Коля, не ругайте его. Это я взял у него. Он просто показать хотел, а я проверку палатке устроил без спросу. Палатка хорошая, от дождя защищает. Не ругайте его. Они хотели её сейчас домой собрать и унести.
― Тааак, Вовка, твоя мать избегалась вся по гаражам да подъездам.
― Папка, папа, давай Вовку возьмём в поход, а? Пожалуйста! Ему не с кем в поход идти. А он щенка хорошего нашёл, Камамбер, вот он. А мать его не разрешает собаку дома держать. Давай в поход сходим все вместе? И собака с нами пойдёт.
Дядя Коля, Димким папа, смотрел на промокших насквозь детей. У Саньки зуб на зуб не попадал, но он сказал:
― Дядя Коля, Вовка не хулиган, он мастеровой просто. Он любую машину может починить. И удочку сам умеет делать. И собак любит. Мой папа говорит, что не надо людей по первому впечатлению оценивать. По делам судить надо. Давайте его на дело возьмём? В поход.
― Ох, пацаны, нет на вас управы. Всё, решено, через две недели идём в поход. Но сейчас марш домой. И бегом, чтобы всем согреться.
― Можно я здесь переночую, а завтра вам палатку занесу? ― Вовка присел рядом с Камамбером и гладил его мокрую шкуру.
― Это ещё почему?
― Мама не разрешит щенка домой взять, а куда я его дену, здесь вместе дождь переждём.
― Вот ещё выдумал. А ну, вставай, пошли к твоей маме. Я поговорю с ней. А палатку после дождя соберём, ничего с ней не случится.
Друзья зашагали домой. Каждый думал о том, что через две недели они пойдут в поход. И столько ещё нужно подготовить.
Ребята проводили Вовку с Камамбером домой. Папа Димки уговорил Вовкину маму принять щенка с испытательным сроком. Мама отругала Вовку за мокрый вид, но разрешила оставить щенка, при условии, что ей не придётся за ним убирать. Вовка клятвенно пообещал выгуливать и дрессировать щенка.
Вовка и Димка молча прошли мимо стола переговоров в третьем подъезде.
― Никогда бы не подумал, что мы с Вовкой вместе соберёмся идти в поход, ― сказал Димка.
― Да уж. Великая сила переговоров, ― вздохнул Санька и пошёл домой, вести переговоры с мамой.