Мистер Лири

Мистер Лири

Хорошо, когда ёлочные игрушки хранятся в коробке из-под детских сапожек – места много, можно даже заворачивать стеклянные игрушки в бумагу, чтобы они не бились, не царапались друг о друга. Какую осторожность и внимание отец ирландского семейства Дэвид О’Нейл проявлял, когда доставал коробки с игрушками из шкафа на чердаке! Ведь как потом объяснить маленькому Майклу и крошке Барбаре, что отбилось ушко у их любимого стеклянного медвежонка с барабаном на бархатном ремешке? Игрушки можно было бы хранить и дома, но раз уж сложилась такая традиция в семье О’Нейлов – складывать коробки с рождественскими игрушками на чердаке, то никто и не собирался, не хотел нарушать её ни в коем случае. Строгие бабушка и дедушка каждый год приезжали на рождественские каникулы к О’Нейлам в городок Лимерик из соседнего графства Корк. Первым делом они забирались на чердак, не ленились и проверяли, все ли игрушки целы и не нужно ли срочно, до наступления Рождества, заказывать новые. Или напротив, рассуждали, не пришла ли пора чинить старые игрушки в мастерской мистера Джонатана Лири. Мастерская этого небезызвестного в Лимерике человека находилась рядом, в старинном многовековом замке Короля Джона, всего-то в двух шагах от дома мистера Дэвида О’Нейла. Но открыта для посетителей она была почему-то исключительно в вечернее время, часов с восьми. Мастерская по изготовлению ёлочных игрушек располагалась в самой глубине замка, в старинном обеденном зале. На двери висела табличка с названием «Обеденная мастерская».
Много ли найдется желающих заглянуть в старинный замок вечером, пусть и по такому приятному вопросу, как заказ новых рождественских игрушек, поплутать по нему с риском столкнуться с привидением? А если учесть то, что улицы Лимерика по вечерам пустели рано, то не каждый взрослый отважился бы на прогулку в замок и обратно. Что уж говорить о детях! Вот и семейство О’Нейлов берегло свои игрушки, чтобы лишний раз не появляться в замке, нечего им там было делать. Ведь в жизни и так хватает разных опасностей и приключений! Чего стоит один случай в школе, когда старший сын О’Нейлов Майкл случайно поменялся школьным ранцем с одноклассницей, которая жила на другом конце Лимерика. Но это выяснилось потом, когда поздним вечером сонный Майкл О’Нейл, наконец-то, открыл ранец, чтобы взяться за уроки. А ранцы оказались одинаковыми, с изображением рыженьких хохочущих лепреконов.
Ангелочек, искусно вырезанный из дерева, был любимой рождественской игрушкой детей О’Нейлов, Майкла и Барбары. Тоненькие длинные ножки, закутанные в мягкий велюр, были видны из-под красной кофточки-колокольчика. Ножки крепились на проволочке-крючке, болтались туда и сюда. И это так нравилось всем – и взрослым, и детям. На кофточке тонкой кисточкой были нарисованы диковинные ёлки с длинными иголками, совсем как настоящими, плюшевый медвежонок и подарок, перевязанный широкой лентой. В руке Ангелочек сжимал корзину с яблоками. Ангелочка можно было повесить не только на ёлку, а куда угодно душе. К шее фигурки крепилась шершавая пеньковая верёвка-петелька. Эту милую игрушку родители подарили детям на прошлое Рождество. Деревянная игрушка всё ещё пахла краской. В преддверии Рождества брат и сестра решили повесить Ангелочка на ночник-божью коровку над кроватью.
Однажды, накануне Рождества, Майкл во сне замахал руками. Как оказалось, ему приснился престранный сон. Будто он стоит посреди города, один на один со снежной бурей, и отмахивается от тысячи снежинок. Снег уже заполонил весь город, накрыл скамейки, засыпал перила на мосту через реку Шеннон. И только Майкл может спасти этот город от снежного нашествия. Кто-то знакомый, пахнущий деревом, нашептал ему, что достаточно несколько раз взмахнуть руками и снежинки исчезнут, снег перестанет идти и беспокойный город, наконец-то, отдохнёт и заснет тихим предрождественским сном. Майкл замахал руками и проснулся. «Божья коровка» светилась, но Ангелочка не было.
– Наверное, он упал за кровать, – подумал Майкл. – Сейчас я всё исправлю!
Майкл потянулся, достал Ангелочка – и увидел, что его хрупкие деревянные ножки отломились. Майкл был готов разрыдаться сию же секунду. Но вспомнил, как родители постоянно говорили ему, когда он попадал в трудную ситуацию: «Мальчишки не плачут!» Когда он поменялся с Патрицией ранцами, это было забавно и весело. А что же сейчас? Майкл наклонился, пошарил рукой и нащупал ножки. Они плотно сидели в щели пола, достать их было невозможно. Но Майкл, упорный мальчишка, если что задумал – не отступится, долго не сдавался и даже поцарапал палец. Напрасно, достать ножки было трудно.
– Что же я теперь скажу маме и папе, как повешу на рождественскую ёлку Ангелочка без ножек? – Майкл попытался сдержать предательские слёзы. – Эх, как говорит наш дедушка, выход всегда есть, главное – решиться!
– Майкл? Уже наступило утро? Бабушка и дедушка приехали? Почему ты меня не разбудил сразу? – это проснулась шестилетняя сестрёнка Барбара.
– Тише, Барби, сейчас ещё ночь. Бабушка и дедушка приедут утром. Они, наверное, по традиции проверят все ли игрушки в порядке, не разбилась ли какая-нибудь из них. Они это делают не нарочно, конечно, а чтобы в доме был порядок. А если уж придётся идти в за́мок Лири, то это дело взрослых, не детей. Вот и ворчат каждый раз, когда им приходится лезть на чердак.
– Да уж, Майкл. Они такие, – Барбара вздохнула. – Точно полезут сами, без нашей помощи! На самом-то деле они переживают за нас, а не за игрушки.
– Похоже и лазить никуда не придется – наш Ангелочек упал, у него отломились ножки и так и остались в щели на полу, вытащить я их не смог. Во сне я размахался руками! Кажется, спасал наш город от снежного нашествия.
– Майкл, так это всё из-за тебя, теперь нам достанется!
– Сам сломал, и исправлять тоже буду сам. Я вот думаю, Барби, а что, если нам быстренько сгонять в мастерскую и починить игрушку? В мастерскую мистера Лири, – голос Майкла дрогнул, но отступать было некогда: «Помни, мальчишки никогда не плачут!»
– Ты не боишься проникнуть в логово к привидениям? – Барбара тихонько дрожала, и вовсе не потому что в комнате было прохладно.
– А чего бояться-то? За́мок как за́мок, кажется 12 века. За́мки есть в каждом ирландском городе, и в каждом из них живут привидения. Обычное дело!
Брат и сестра, в курточках, надетых прямо поверх пижамы, добежали до припорошенного снегом замка. Казалось, снегопад только усиливался.
Широкая деревянная дверь с массивной ручкой в виде головы орла была не заперта.
Ребята прошли по тёмному узкому коридору замка и очутились в «Обеденной мастерской». Мистер Лири, похожий на лохматого рыжего гнома, сидел за длинным обеденным столом на узкой длинной скамейке, обитой синим бархатом. Детям показалось, что его атласный плащ изумрудного цвета занимает добрую половину «Обеденной мастерской». Мистер Лири был занят работой и не замечал Барбару и Майкла. Недаром в городе говорили: «Когда мистер Лири работает, мир перестаёт существовать для него».
«А плащ-то, похоже, тяжёлый, как покрывало на диване у бабушки и дедушки. И как он только ходит в нём?» – Майкл на секунду задумался и тут же забыл о плаще. Пора отвлечь странного мистера Лири от работы, а то они с Барбарой так и простоят до утра и не успеют к чердачной проверке.
– Мистер Лири, извините, мы пришли в ночной час и нам неудобно отрывать вас от дела, – Майкл замолчал. Он-то надеялся, что мистер Лири всполошится, заохает, как бабушка с дедушкой, посадит их пить чай из высоких кружек, угостит пирогом с ревенем. Тогда-то они ему всё и расскажут. Надо только улучить удобный момент, чтобы не думать о привидениях.
– А, Майкл О’Нейл, Барбара О’Нейл! – мистер Лири отложил стеклодувную трубку. – Я ждал вас! Никакого беспокойства, я – сова, поздно ложусь и поздно встаю. Таков мой распорядок дня. Поэтому и мастерскую открываю поздно вечером. Так что ничего сказочного в этом нет, птенчики мои. А пирог с ревенем я вчера не успел купить на нашем рынке. Жена Джастина, торговца домашними пирогами, испекла всего три пирога с ревенем, и расхватали их ровно за три минуты. Да, и плащ вовсе не такой тяжёлый, каким показался тебе, Майкл. Раз в триста он тяжелее всего самого тяжелого! Ах, бедный я бедный! Постоянно теряю свои инструменты, вот решил разместить их на плаще, с внутренней стороны, чтобы не испортить такую изумрудную красоту. Ох, любопытные вы мои, смотрите, как тяжела жизнь мастера! – и мистер Лири аккуратно снял плащ и развернул его здесь же на скамейке.
К внутренней стороне плаща мастерски, незаметно были пришиты самые разные инструменты. Казалось, что они парят в воздухе и вот-вот упадут, скатятся вниз, рассыплются по всей Обеденной мастерской. Но нитки, вероятно, были крепкими. Разнообразные линейки, мерные ленты, цветные карандаши самых замысловатых оттенков, пара увесистых молотков, стамеска и даже пила, какие-то деревянные брусочки-заготовки для игрушек разместились под бескрайним плащом волшебника.
– А теперь, о главном – принесли ли вы Ангелочка, дорогие О’Нейлы?
– Откуда вы знаете, мистер Лири? – диву дались дети.
– Про свои игрушки я знаю всё. Для меня каждая игрушка, что дитя родное. Ещё мой дед и отец выдували игрушки из стекла и мастерили их из дерева. Я создал Ангелочка в точности перед прошлыми рождественскими праздниками. Ох, недаром я переживал за ножки, кусок дерева попался с сучком. Но больно уж рисунок от природы на нём был красивым, поэтому я и сделал ножки именно из этого куска дуба. Вы, верно, уронили бедняжку? А ведь это только второе Рождество в его жизни! Дайте-ка мне безножку!
Барбара протянула мистеру Лири яркую коробочку из-под клубничного йогурта, первое что попалось под руку, когда они с Майклом собирались. Ведь нужно было в сохранности донести Ангелочка до замка. А Майкл промолчал, ему было неловко признаться, что он как мельница размахивает ночью руками, пусть и ради спасения города от снежной бури.
– Вы спрашиваете, нет ли здесь в «Обеденной мастерской» привидения? – мистер Лири строго посмотрел на ребят.
– Нет, мы вовсе ни о чём таком не думаем! – хором ответили дети.
– А как же, было привидение, топало ночами, бушевало, колотило мои игрушки. И продолжалось так, пока я не починил доспехи железных рыцарей, тех, что стоят при входе в Обеденную мастерскую. Поутихло оно при рыцарях, а ведь я ему и имя успел дать – Патрик, – мистер Лири вздохнул так, словно скучал по Патрику. – Надеюсь, он не будет сегодня бушевать. Кстати, давно не видал его. Вот и ваш Ангелочек, ножки на месте. Теперь прочнее прочного, даром что из коры сидячего дуба. Любой мастер мог бы починить его, но так как починил я, больше никому не под силу, спросите у Патрика! Но пойдёмте-ка я провожу вас, гусята мои.
– Мистер Лири, вы разговариваете с привидением? – ребята решили никуда не идти, пока не получат ответ на этот, как им казалось, суперважный вопрос.
– Да пусть треснет моя стеклянная трубка, сорочата мои, я собственными глазами не видел его с прошлого Рождества. Что ж, спросите у рыцарей! – мистер Лири неожиданно заторопился.
Барбара и Майкл переглянулись. Что-то они не заметили никаких рыцарей при входе в мастерскую.
– Да, и если снегопад одолеет вас, Майкл знает что делать! – пробормотал на прощание мистер Лири.
– Хорошо, что до дома идти недалеко, да, Майкл? – Барбара старательно делала вид, что ей совсем не страшно, разве что она чуть-чуть ускорит шаг, когда пойдет по мрачным коридорам замка.
Входную дверь занесло снегом так, что дети с трудом открыли её. Казалось, что с наступлением ночи стало ещё холоднее. Снег всё падал и падал, снежинки толпами кружились в свете уличных фонарей. Похоже, все жители Лимерика предпочли остаться дома в этот необыкновенно снежный вечер. Идти было трудно, дороги не разглядеть. Кругом один только снег, словно пелена.
– Совсем как в моём сне, – подумал Майкл и замахал руками. Снегопад прекратился в одно мгновение, словно добрый волшебник пожелал этого и тут же сам исполнил своё желание.
Дети вернулись домой и проспали до утра, как медвежата зимой.
На следующее утро был канун Рождества, Сочельник. Из Корка, города, что стоит на реке Ли, приехали бабушка и дедушка. Все так радовались встрече, что чуть не забыли нарядить рождественское дерево. Родители ещё вчера привезли ёлку – красавицу с местного базара. Теперь можно подумать и об игрушках.
Мягкие игрушки обычно лежали на дне коробки, а стеклянные, хрупкие сверху. Но сегодня наверху оказалась Вязанка хвороста из папье-маше.
– Дети, неужели вы опять всё перепутали! – охнула бабушка, она не просто помнила все игрушки, она знала историю каждой из них. – А это что такое?
На дне коробки из-под детских сапожек лежали два металлических рыцаря, каждый – не больше спичечного коробка. Волшебный размер – рыцари совсем не страшные!

Ангелочек
– Так что снегопад я перехитрил! – Майкл с хохотом замахал руками. Да уж, это было расчудесное приключение, только про привидение они с Барбарой решили пока не вспоминать – подумаешь, какое чудо, привидения всегда живут в замках, что ж про них рассказывать-то, обычное дело! Разве кто-нибудь боится привидений?! Как бы не так!
– Славная рождественская история, тёплая, как горячий шоколад из любимой кофейни на Генри стрит! – домочадцы с волнением и восхищением смотрели на Барбару и Майкла. И дети, и взрослые всё ещё были там, на заснеженных улицах ночного Лимерика, в час, когда все горожане спят крепким зимним предрождественским сном.
– Дорогие наши дети, горячий шоколад вам сегодня точно пойдет на пользу – вы могли простудиться, заблудиться даже не на улицах Лимерика в снегопад, а в замке у нашего драгоценного мистера Лири! – папа сам приготовил для детей горячий шоколад и теперь в задумчивости теребил усы. Это означало, что он немного волнуется.
– А что же Ангелочек? Барбара, Майкл! Мы ведь не заметили ничего необычного, никаких изъянов и поломок! Мистер Лири - волшебник так починил Ангелочка, что и придраться не к чему! – бабушка рассматривала славную деревянную игрушку, нахваливая мистера Лири, а дедушка медленно кивал головою, как и всегда во всем соглашаясь с бабушкой, он ведь так любил её.
– Я думаю, в нашем доме в Корке в коробке из-под старой настольной лампы с абажуром тоже найдется деревянный Ангелочек. Я ведь когда-то купил его у местного Мастера для мамы наших малышей, в то время она была такой же крошкой, как Майкл и Барбара, – в задумчивости сказал дедушка.
– Дорогой мой, неужели у мистера Лири? Ведь тогда мы жили в Лимерике.
– Конечно у мистера Лири, он один такой в нашей округе. Кого бы я еще мог назвать Мастером? Ангелочек вашей мамы был необыкновенно хорош, почти как этот. Местные ребятишки просили родителей разыскать для них такого же ангелочка. А родители только разводили руками, ведь ничего подобного они не встречали в жизни, разве что давным-давно, в детстве. Но точно никто из них не помнил. Может быть, в детстве им читали сказку про потерянную, застрявшую в где-то в щели пола, старую игрушку. А может быть такая игрушка тоже была у них в детстве, а потом затерялась.
– Ах, как же всё быстро забывается, как быстро растут дети, – вздохнула бабушка. Если бы кто-нибудь мог остановить ход времени. Даже мистеру Лири это вряд ли по силам.
– Теперь маленький деревянный Ангелочек снова займёт своё место на ёлке, рядом с Медвежонком и Вязанкой хвороста, – бабушка улыбалась.
– Да, мои хорошие, есть еще одна предрождественская новость, - мама смотрела на Барбару и Майкла с улыбкой, как же она любила радовать своих малышей! – Внимание!
Ребята задержали дыхание, услышали тиканье часов на руке у папы, разглядели муху на плафоне светильника, подумали о подарках, о рождественских пряниках и гуляньях, каждый из них вмиг решил, что уж в этом году он точно первым повесит игрушку на ёлку…
– У нас на новогодних каникулах будет жить Патрик!
– Патрик?!
– Ни за что! Мистер Лири никогда не допустит этого! Патрик переколотит все игрушки! Дом вверх дном! – Майкл и Барбара взволнованно перебивали друг друга, им не терпелось рассказать родителям, бабушке и дедушке про вредное привидение, которое, пусть и нечасто, но всё-таки доставляло мистеру Лири немало хлопот.
– Неповоротливый толстенький Патрик однажды разгромил цветочную лавку мистера Касла, но разве можно так переживать из-за этого? Тем более мистер Касл, у которого восемь кошек, давным-давно простил «рыжего пирата».
– Патрик?!
– Патрик, милый добрый рыжий Патрик, кот соседки мисс Бискит. Придётся нам ненадолго приютить хвостатого разбойника. Дело в том, что мисс Бискит уезжает на новогодние каникулы к своей сестре в Дублин. Только представьте себе – мисс Бискит всю жизнь прожила здесь, в Лимерике, и никогда не была в Дублине, а она всегда хотела заглянуть в библиотеку Тринити Коллежа и покормить чаек с моста Полпенни, – мама мечтательно склонила голову на плечо папы.
– Мы давно не гуляли по Дублину, – папа всегда понимал маму с полувзгляда. – В новогоднюю ночь мы будем смотреть на огонь в камине и загадывать желания.
– А давайте пригласим мистера Лири к нам на Рождество? – Барбара и Майкл очень этого хотели, и семья не возражала. Весь Лимерик знает – в доме О’Нейлов всегда рады гостям.