Снежинковая фея Олли и Ветрогрыз
Снежинковая фея Олли и ВетрогрызНа снежинковой фабрике кипела работа. Хотя правильнее было бы сказать не кипела, а леденела, потому что делать снежинки — работа не горячая, а холодная.
Снежинковые феи спешили. Зима-хозяйка вот-вот должна была прийти и накрыть ледяной простынёй землю, чтобы та промерзла и застыла до неподвижности. Травинкам и букашкам под такой простынкой холодно и неуютно. Того и гляди до весны не доживут, окоченеют. То ли дело под снеговым одеялом — мягким, пушистым, сотканным из множества снежинок. Под таким тепло и уютно. Поэтому и спешили снежинковые феи: никто, кроме них, работу не сделает. А работы много!
Наверху, на облаке находится снежинковая фабрика. Там феи-рукодельницы из мельчайших кристалликов выращивают снежинки, из которых получается снежное одеяло для земли. Выращивать снежинки — занятие непростое. Каждая снежинка должна получиться красивой и неповторимой.
У снежинковых фей есть специальный инструмент — кусочек солнечного луча, похожий на небольшую указку золотого цвета. С помощью него фея притягивает друг к друг шесть парящих в воздухе ледяных кристаллов и скрепляет их посередине. Получается ровная шестиугольная заготовка. «Вот и готова снежинка», — подумает какой-нибудь простачок. Но это не так, тут только и начинается настоящая работа.
«Чик-чик-чик», — слышится повсюду. Это феи волшебными ножницами вырезают узоры на снежинках. Фея никогда заранее не знает, какой узор получится. От узора многое зависит: какой узор, такая и снежинка.
Бывают снежинки-смешинки, а бывают снежинки-грустинки. Снежинки-смешинки дарят смех и веселье, а снежинки-грустинки приносят светлую грусть. Редко, но получаются снежинки-перчинки. Такая упадёт на нос — будет прохожий чихать, как будто перец в нос попал. А это не перец, это такой узор получился у снежинковой феи.
Встречаются в природе снежинки-закружинки, снежинки-освежинки, снежинки-в-волосах-пружинки, снежинки-на-лице-весёлые-ужимки, снежинки-вкуснинки, снежинки-в-сугробах-полежимки. Да, много разных снежинок бывает, все и не перечислить. Без снежинок не бывает снега, а без снега — настоящей зимы.
— Лилу, куда это подевались мои волшебные ножницы? — фея Олли откинула с лица кудрявую прядь серебряных волос.
Малышка парила в воздухе, махала прозрачными крыльями из тончайшего льда, украшенными такими изящными узорами, какие бывают на окнах только во время сильного мороза, и смотрела на подругу. Над облаком стоял привычный для снежинковых фей запах первого зимнего утра.
— Какая же ты растяпа, Олли. Кажется, ты положила их в нижний карман рабочего передника, — ответила фея Лилу, не оборачиваясь, потому что в этот момент ловила лучом непослушный кристаллик, который никак не хотел становиться шестым в её снежинке.
Олли засунула руку в карман, приподняла передник и обнаружила там большую дыру.
— В моём переднике давно пряталась дырочка. Кажется, втайне от меня она росла, росла и превратилась в огромную дыру. Туда и провалились ножницы, — беззаботно засмеялась Олли.
Её высокий голос зазвенел, как колокольчик. Дуновением ветерка звук разнесло вдаль, так что несколько фей отвлеклись от работы и оглянулись на малышку.
— Как ты будешь вырезать узоры? — Лилу закончила работу над своей снежинкой и строго посмотрела на подругу.
— Все запасные волшебные инструменты хранятся у старшей мастерицы — Леди Льдинки. Придётся лететь к ней, — вздохнула Олли.
Она прицелилась и собрала из ближайших кристалликов последнюю заготовку для снежинки. Оставив её висеть в воздухе, фея отправилась в путь.
Снежинковая фабрика очень большая. В пушистых кудряшках огромного облака трудится множество фей. Столько, что и сосчитать трудно. Мастерская Леди Льдинки находится на краю облака в круглом завитке, похожем на домик улитки. От одного конца облака до другого маленькой фее лететь долго и утомительно, поэтому Олли решила пойти на хитрость.
«Если подняться выше над облаком, можно поймать стремительный поток Северного ветра. Он, как быстрая река, вынесет меня течением прямо к мастерской Леди Льдинки».
Все снежинковые феи знали, что ветра бывают разные. Есть среди них непослушные хулиганистые мальчишки, с которыми шутить опасно. Они кружат над землёй, сворачиваются широкими лентами в клубки, болтаются вниз головой. Такие ветра, заигравшись, могут сбросить пассажира, поэтому кататься на них не стоит.
Но встречаются и спокойные взрослые ветра. Они дуют уверенно и мягко, перенося облака от одного края неба до другого. Фея Олли надеялась, что Северный ветер, серьёзный и большой, не заметит такую крошку, как она, и не причинит ей вреда, а дует он как раз в направлении мастерской Леди Льдинки.
Фея стремительно поднималась всё выше и выше над родным облаком. Она почувствовала, что стало холоднее, а воздух стал двигаться быстрее. Взмахнув крыльями ещё раз, Олли попала в поток. Фея сложила крылья, её подхватило течением и понесло вперёд, как на ледяной горке.
— О-хо-хо! Ой, не могу! Как щекотно! — раздался неизвестно откуда громкий голос.
Олли притворилась, будто не слышит, и продолжила лететь в воздушном потоке.
— Щекотно, ой, как щекотно! Что за безбилетный пассажир катается внутри меня и щекочет острыми крылышками? — снова спросил голос, а фея Олли подпрыгнула на воздушной кочке, да так, что стало понятно: голос обращается именно к ней.
— Это я, Олли, снежинковая фея. Я живу на облаке, которое находится прямо под вами. На землю приходит Зима, на нашей фабрике много работы. Нужно вырезать снежинки для пушистого снежного одеяла. Я потеряла ножницы и лечу в мастерскую Леди Льдинки, чтобы взять новый волшебный инструмент, — едва слышно пролепетала Олли.
— Снежинковая фея?! Не слышал про таких. Но ты тут оказалась очень кстати, потому что мне как раз нужен кто-то маленький и юркий, чтобы сделать для меня одно дело, — немного помедлив, ответил голос.
— А ты кто? Даже не представился, а просишь у меня помощи. Это невежливо, — уже смелее возразила фея Олли.
— Я Северный ветер. Я не прошу у тебя помощи, а требую. Ты вообще-то катаешься на мне без разрешения, — вздохнул ветер, и Олли вновь неприятно подпрыгнула на воздушной кочке.
— Перестань, пожалуйста, подставлять кочки, — попросила Олли, — мне больно.
— Хорошо, — смягчился ветер, — но давай договоримся. Ты поможешь мне, а я доставлю тебя на край облака к мастерской Леди Льдинки.
— Как же я могу тебе помочь, Северный ветер? — изумилась Олли. — Ты такой сильный и значительный, а я всего лишь маленькая фея ростом чуть выше десяти снежинок, составленных одна на другую.
В этот момент поток ветра сделал воздушную петлю, отчего Олли на мгновение оказалась вниз головой. Её хрустальные сапожки чуть не слетели с ног, фея едва успела удержать их руками.
— О-о-ох! — только и успела выдохнуть Олли, так она испугалась.
Северный ветер, растревоженный разговором, разгонялся. Он дул по небу сразу во все стороны, набираясь скорость. Сделав очередной вираж, Северный ветер обратился к Олли:
— Скажу тебе по секрету, я заболел. На моих ветряных прядях появились дыры. Туда залетает разный мусор с земли, и мне приходится таскать его с собой по небу. От этого я становлюсь тяжёлым и неповоротливым. Раз ты мастерица, ты могла бы зашить дыры, а я стал бы лёгким и быстрым, как прежде.
— Ох, уж эти дырочки. Как я не люблю с ними возиться! Но если их не зашивать, происходят неприятности, — вздохнула Олли, поправляя взъерошенные серебряные волосы. — Хорошо, Северный ветер, я постараюсь тебе помочь.
В ту же секунду одна из прозрачных прядей Северного ветра подхватила маленькую фею и, как на санках, помчала в другую сторону.
— Держись, Олли, — прозвучало у неё над головой.
Спустя немного времени Олли оказалась в месте, где начинался Северный ветер. Никто никогда не видел, где начинается ветер, поэтому все думают, что у него нет ни начала, ни конца. Но это не так. Ветер рождается из воронки на небе. Ветряные пряди появляются из неё и разбегаются вдаль, растягиваясь по воздуху широкими невидимыми лентами. Чем ближе Олли оказывалась к горлышку воронки, тем сильнее становилось притяжение.
— Северный ветер, — крикнула Олли, едва преодолевая напор ветра, — меня утягивает в воронку. Боюсь, меня засосёт внутрь, я исчезну и не смогу тебе помочь.
— Не бойся, малышка, именно это нам и нужно. Пройдя воронку насквозь, ты окажешься у меня на изнанке. Там тихо и спокойно. Надеюсь, ты не забыла, как зашивать дырочки, — пророкотал Северный ветер, и Олли услышала радостные нотки в его шуме.
Фея покрепче схватилась за ветряную прядь и приготовилась. Сильным течением её потянуло на глубину. Олли зажмурилась. Ей на мгновение показалось, что всё вокруг уменьшилось. Северный ветер стал таким крошечным, что Олли сравнила бы его с тонкой нитью, проходящей через игольное ушко, а сама Олли была неразличима на нём. Держась за ветряную прядь, фея влетела воронку и вынырнула с противоположной стороны.
Изнанка Северного ветра была тиха и спокойна. Ни колыхания, ни движения воздуха там не чувствовалось. Вокруг было светло и ясно. Фея расправила крылья и полетела вперёд. Преодолев небольшое расстояние, она увидела в нескольких местах дыры. Из них, как из порванного воздушного шарика, выдувался воздух. Рядом валялся мусор: ракушки и камушки небольших размеров, обломанные куски палок, бумажки, остов сломанного воздушного змея, мишура и прочий непонятный хлам.
— Ой-ой-ой, — покачала головой Олли, рассматривая находки. — Для начала неплохо было бы здесь убраться.
Фея достала из нагрудного кармана передника кусочек солнечного луча и прицелилась. Перелетая от ракушек к палкам, Олли направляла указку прямо на разбросанный мусор. От волшебного света солнечного луча всё исчезало бесследно, но фее пришлось достаточно повозиться, чтобы полностью очистить пространство.
Вскоре она подлетела к первой дыре. Пропустив солнечный луч, как иголку с золотой нитью, от одного конца ветряного полотна до другого, Олли стянула дыру в одну точку. Зашив таким образом первую дыру, малышка подлетела к следующей. Скоро под умелыми руками феи исчезли почти все дыры. Издалека, как через ватную стену, послышалось довольное урчание Северного ветра:
— О-хо-хо, как хорошо! Моя сила возвращается ко мне!
Осталась последняя крупная дыра. Только Олли прикоснулась солнечным лучом к её краю, как вдруг из дыры показалась голова.
— Стой! Не делай этого! — прогудел незнакомец. — Если ты зашьёшь последнюю дыру, я не смогу переползать с одной стороны ветра на другую и прятаться здесь.
— Значит, это ты дыры в прядях Северного ветра прогрызаешь? — возмущенно спросила Олли. Фея хотела было испугаться пришельца, но ей стало так жаль проделанной работы, что она продолжила стягивать солнечным лучом стороны дыры. — Нечего ползать туда-сюда и делать никому не нужные дыры! Северный ветер недоволен, из-за тебя он теряет силу.
— Северный ветер недоволен, видите ли?! Знаешь, и Южный ветер был мне не особенно рад. Восточный ветер однажды так закрутил меня в вихре, что я выпрыгнул из него на середине неба, а Западный ветер вообще оставил на вершине самой высокой горы. Там мне пришлось долго мёрзнуть, прежде чем удалось забраться в пряди к Северному ветру, когда он, свернувшись клубком, отдыхал на вершине. Никто и никогда не жалел несчастного бездомного Ветрогрыза, — заныл незнакомец.
— Ты Ветрогрыз? Никогда раньше про тебя не слышала.
Олли перестала стягивать края дыры и внимательно посмотрела на незваного гостя. Незашитую дыру заполняла часть его длинного тела, похожего на тело огромного червяка, собранного из множества круглых пушистых шариков серого цвета. Ворсинки на концах красиво колыхались от лёгкого дуновения ветра. У Ветрогрыза не было ни рук, ни ног, а голова плавно перетекала в хвост.
— Конечно, не слышала. Обо мне мало кто знает. Я редкий. В природе нас почти не осталось, потому что никто нас не любит. Ветра, видите ли, силу из-за нас теряют, становятся тяжёлыми и неповоротливыми. Говорят, что сила в дыры уходит, а нам, ветрогрызам, как, по-твоему, быть? Ты вот, к примеру, кто? На ветер ты не похожа, может, ты тоже Ветрогрыз, только другой масти? — уставился на Олли пришелец.
Он подтянул конец длинного тела к голове, выгнулся дугой и окончательно выскользнул из дыры. Олли встретилась с ним глазами и увидела, что они у Ветрогрыза большие и грустные. Только рот с четырьмя рядами острых зубов выглядел устрашающе.
— Я снежинковая фея Олли, живу на облаке и выращиваю снежинки для пушистого зимнего одеяла, — ответила Олли.
— Живёшь на облаке, и облако не против? Оно не вытряхивает тебя вниз, чтобы ты не прогрызала в нём дыры? — Ветрогрыз парил напротив Олли, качая червякообразным телом, как на волнах.
— Конечно, нет. Я не грызу облака. Наоборот, мы, снежинковые феи, ухаживаем за нашим домом. Летом, поздней весной и осенью, когда не надо вырезать снежинки, мы причёсываем облачные кудряшки, взбиваем облако, чтобы оно было пышнее и мягче. Если за облаком не ухаживать, оно может загрустить и превратиться в дождевую тучу. Тогда нам, снежинковым феям, придётся искать новый дом, — рассказывала Олли. На её лице от тёплых мыслей появилась улыбка.
— Вы, снежинковые феи, наверное, очень дружные? — тихо спросил Ветрогрыз и скрутился в клубок, отвернув голову от Олли.
— Да. Там, на снежинковой фабрике, моя семья. Им нужна помощь. Мы должны сделать множество снежинок, — последнюю фразу Олли протараторила, вдруг подумав, что фея Лилу наверняка начала волноваться из-за её долгого отсутствия.
Издалека послышалось завывание Северного ветра:
— Олли, что ты так долго возишься с последней дырой? Тебе давно пора возвращаться. Я, как и обещал, мигом домчу тебе до края облака прямо к мастерской Леди Льдинки.
— Видишь, мне пора! — прозвенела фея. — Давай выбирайся наружу, лети куда-нибудь по своим делам. Нечего расстраивать ветер, прогрызая никому не нужные дыры. Так и быть, я не расскажу про тебя, а то, боюсь, Северный ветер разозлится.
— Мне некуда идти. У меня нет дома и нет родных. Ветра считают меня вредителем, поэтому я прячусь ото всех у них на изнанке, — печально буркнул Ветрогрыз. Пушистые ворсинки на его теле потемнели и стали мрачно-серого цвета. — Знаешь, Олли, грустно жить, когда про тебя никто не знает. Ты как будто невидимка. Дыры — есть, а тебя — нет. Расскажи про меня Северному ветру, пусть делает со мной что хочет.
Фея задумалась. Никогда раньше она не встречала ветрогрызов и даже не слышала о них в снежинковой школе на уроках по небоустройству. Олли не знала, опасен ли Ветрогрыз и можно ли его пригласить на родное облако, но что-то внутри подсказывало, что бросить его одного здесь нельзя. Тем более фея не хотела, чтобы Северный ветер, такой суровый и сильный, рассердился на пушистого Ветрогрыза.
— Давай сделаем так. Сейчас я зашью последнюю дыру у Северного ветра, и мы вместе вернёмся с изнанки наружу. Ты расскажешь Северному ветру, почему грыз дыры, и пообещаешь больше так не делать. А я попрошу его отпустить тебя со мной на облако. У тебя отличные зубы. Мне кажется, мы могли бы научить тебя вырезать затейливые узоры на снежинках. На нашем облаке просторно и уютно, и мы всегда рады добрым гостям.
Фея Олли быстро замахала крыльями, радуясь, что придумала замечательный выход из ситуации.
— Неужели ты правда так сделаешь, и меня не прогонят? — Ветрогрыз закрутил длинное тело в колесо и от радости завертелся волчком. При этом цвет его пушистых ворсинок из тёмно-серого стал нежно-розовым.
— Конечно, — уверенно ответила Олли. — Только обещай, что ты не будешь делать дыры в облаке. Вместо дыр мы научим тебя вырезать узоры!
Выбравшись из воронки, Олли познакомила Северный ветер с Ветрогрызом. Суровый ветер хотел наказать незваного гостя, но фея рассказала его историю и за свою помощь попросила отпустить Ветрогрыза с ней на облако.
Северный ветер, как и обещал, быстро домчал Олли до мастерской Леди Льдинки. Ветрогрыз, свернувшись клубочком, лежал у её ног, пока они неслись в стремительном потоке ветра.
Оказавшись на снежинковой фабрике, Олли познакомила Ветрогрыза с малышками феями и показала ему родное облако. Они облетели его вдоль и поперёк, ныряя в пуховое море и выпрыгивая над облаком, как дельфины. Ворсинки Ветрогрыза стали переливаться всеми цветами радуги и заблестели на солнце.
Леди Льдинка сначала была не рада гостю, но увидев, какие изящные узоры на снежинках получаются у Ветрогрыза, разрешила навсегда поселиться на облаке, чтобы помогать снежинковым феям готовиться к зиме.
