Приключения гнома Трюфеля. Английский для детей

Оживший буфет

Много ли ты знаешь о лесе, мой маленький читатель? А можешь ли ты себе представить, что его населяют поистине невероятные существа? Крохотные, милые, но в то же время решительные и отважные. Да-да, речь о гномах. Самых настоящих! И если ты, читатель, никогда о них не слышал и успел испугаться, не бойся: лесные гномы – народ мирный и дружелюбный (не то, что какие-нибудь садовые гномы, которые частенько пакостят на грядках садоводов и даже, не поверишь, в их домах!). К тому же, как и большинство лесных жителей, они стараются не попадаться на глаза человеку. Так, в гномьих учебниках указано, что за всю историю своего существования гномы были замечены всего несколько раз (конечно же, эти неосторожные гномы-растяпы были строжайшим образом наказаны).
В этой книге тебя ждут истории, приключившиеся с гномом, по имени Трюфель. Жил он на окраине дубовой рощи, что известна в лесу, как Дубрава, в уютном домике, надёжно скрытом в корнях старого дуба, со своим огородиком и домашним питомцем – улиткой Little (что в переводе значит «Маленькая»). Как и все гномы, наш герой носил длинную бороду, колпачок и малюю-ю-юсенькие полосатые носочки. Говорил Трюфель исключительно на английском языке. И всё бы ничего, да вот только был наш гном очень уж угрюм и ворчлив. Вечно был он всем недоволен. В его буфете была всего одна ложка, одна вилка и всего одна тарелка. Никогда Трюфель не звал никого в гости. Однако судьба-хозяйка распорядилась иначе, и один гость всё же наведался к нашему герою, о приглашении просто напросто… позабыв.
Стояло чудесное майское утро. Трюфель по обыкновению проснулся вместе с восходом солнышка. Умываться наш гном отправился с мыслью о том, что недалеко от его домика выросла молодая крапива и было бы неплохо сварить из неё суп... Всё-таки весной многим лесным обитателям (как и людям, между прочим) не хватает витаминов, а это была прекрасная возможность восполнить их запас после долгой зимы. День начинался как обычно. Наш герой быстренько принял душ и пошёл на кухню, чтобы, как всегда, приготовить себе кофе с тостами, как вдруг его глазам предстало невиданное действо: его буфет – да-да, тот самый буфет, где хранились одна ложка, одна вилка и одна тарелка – переминался с ноги на ногу!
Гном не поверил своим глазам. «Что такое?» - тут же раздался у него в голове его собственный удивлённый голос. Он, должно быть, не до конца проснулся или вовсе не выспался. Трюфель вышел из кухни и снова зашёл в надежде, что это сумасшедшее явление исчезнет. Но когтистые лапы, покрытые небольшим пушком, которые почему-то выросли у его ещё вчера ничем непримечательного буфета, никуда не делись. Буфет то замирал на месте, то начинал как будто пританцовывать. Временами из него вылетали совсем маленькие пёрышки, которые красиво кружились в воздухе и покрывали собой дощатый пол вокруг.
«My beard!» - Моя борода! – воскликнул в смятении наш гном (этим выражением гномы обычно показывают крайнюю степень своего изумления, что-то вроде «Боже мой!»). Домашняя улитка гнома уже отправилась на прогулку, так что едва ли могла разделить удивление хозяина… Трюфель был в растерянности. Ему ещё не приходилось иметь дело с ожившими кухонными шкафами, поэтому он не знал, что в таком случае должен делать гном! В любом случае, решил про себя он, следует проявить уважение и быть вежливым. Но обратиться к буфету наш герой не успел, так как его стеклянные дверцы внезапно распахнулись, и на него уставилась пара по-настоящему огромных любопытных глаз. А потом буфет и вовсе как-то тоскливо запищал…
Трюфеля осенило: что если кто-то достаточно большой (точно больше него самого) просто спрятался в его кухонном шкафу? Он сбегал в прихожую, чтобы подкрепить свою догадку, и точно: входная дверь была открыта нараспашку. По детскому писку, доносившемуся изнутри, очевидно было, что этот кто-то - чей-то потерявшийся малыш, а значит вызволять его надо немедленно! Наш гном подпрыгнул, ухватился за верхний край буфета и, опрокинув его, засунул между двух ножек крепкого дубового стола. Как он и рассчитывал, шкаф намертво застрял там! Тогда наш герой осторожно схватил за лапки непутёвого детёныша и, что есть сил, потянул на себя. Как пробка из бутылки оттуда вылетел пушистый комочек пуха с большими восторженными глазами.
Да это совёнок пробрался в его дом и залез в кухонный шкаф! Секрет ожившего буфета был раскрыт! Конечно, шкаф Трюфеля после этого происшествия сильно пострадал, как и одна ложка, одна вилка и одна тарелка, лежавшие в нём, но гном решил подумать об этом позже… Потому что прямо сейчас его больше заботило то, что он ничего не знает о совах. Да, читатель, и такое случается в жизни гномов. Видишь ли, сова - птица очень скрытная, ведущая в основном ночной, уединённый образ жизни, поэтому даже гномы знают о ней крайне мало. В сущности – почти ничего.
Нашему гному пришло в голову, что возможно непрошенный гость забрался в буфет в поисках чего-нибудь вкусненького для себя. «Но что же едят маленькие совы?» - задал себе вопрос гном. «Sit down» - Присаживайся – произнёс наш герой, подвигая таинственному незнакомцу стульчик и накрывая салфетки на стол. Однако о своей учтивости Трюфель тут же пожалел, потому что стоило птице взгромоздиться на стул, как тот предательски треснул и развалился под её весом.
Гном решил спасать положение. Пока малыш смешно крутил головой, разглядывая его небольшую кухоньку, Трюфель быстренько достал из закромов банку мёда: «Honey?» - Мёду? – предложил он совёнку. Тот с воодушевлением засунул голову в банку со сладким угощением, но только перемазался с ног до головы, расстроенно щёлкая клювом. «Berry?» - Ягодку? – не сдавался наш герой. Он протянул малютке ягоду сушеной калины. Птица попыталась было клевать её, но лишь испачкала свои нежные перья и клювик… «Мда, -- со вздохом подумал гном, - это никуда не годится…».

Бабушка-Жабушка

Наш герой был недоволен. Трюфель понял, что не справляется (а он не любил такие ситуации, скажем прямо) и ему срочно нужна помощь кого-то очень мудрого и подкованного в том, что касается детей… Так почему бы не спросить, чем кормить птенца совы, у самих птиц? «Уж они-то должны знать…» - думал гном. Он высунулся из окна и начал негромко насвистывать, чтобы привлечь внимание пернатых. К его дому мигом слетелись дрозд, синица и сойка, которые как раз были заняты обсуждением последних сплетен леса неподалёку. «Что за дело?», «Что случилось?», «Доброго утречка!» - наперебой щебетали птички. «Good morning!» - Доброе утро! - поздоровался наш гном.
Он коротко спросил, не знают ли они, чем питаются совята… и тут началось такое! Птицы залились диким смехом. Громче всех хохотала, естественно, сойка. «Он не знает… Ох… Он не знает, что едят совы! Держите меня – я падаю!..», «Нет, вы слышали? Слышали?», «Он не в курсе…» - галдели птицы. Они стали по очереди передразнивать Трюфеля, и уже совсем не обращали внимания на него и его попытки узнать, как разыскать маму найдёныша. «Birds!» - Птицы! - презрительно фыркнул гном, закрывая окно.
«Что ж, - продолжал свои размышления Трюфель. – Остаётся последняя надежда – Бабушка-Жабушка!». Не то, что бы наш герой был знаком с этой особой лично, но он был наслышан о её подвигах: не один ребёнок был найден благодаря её таланту маскировки (за что в роще ей даже дали кличку «Бабушка под прикрытием»). Ночью жаба охотилась на насекомых, а днём спала себе, никому не мешая, в ямке под высоким дубом. От обыкновенного камня её отличали разве что бородавки на спине. Когда бы непослушные сорванцы не сбегали от своих родителей или чей-то малыш не терялся, они обязательно пробегали мимо Бабушки-Жабушки и, конечно, её не замечали. А Бабушка потом всё выкладывала как на духу родителям непосед: кто куда пошёл и как безобразничал – вот же им доставалось дома!
Первым делом наш герой залез на крышу, где, как он и ожидал, обнаружил уже высохшую муху, лежащую кверху лапками. Её он положил в карман – это был подарок жабе: запомни, читатель, в мире гномов немыслимо заявиться к кому-то в гости без гостинца! Во второй же карман Трюфель положил бутылочку с наспех сваренным кофе и тосты – всё это наш гном скушал по дороге к Жабушке. А дорога была из приятных: вокруг порхали капустницы, пересаживаясь с ландыша на ландыш, цвёл полным цветом лютик, наравне с одуванчиком окрашивая землю в ярко-жёлтый… Всё дышало новой жизнью в лесу!
И только наш гном был погружён в свои мысли… Что же ему теперь делать с птенчиком, который скакал впереди него? Чем его накормить? Где его мама? И самое главное, как она отреагирует на то, что её сыночек нашёл себе друга в лице нашего героя?.. Пип, как его успел прозвать Трюфель, был, между тем, полон оптимизма, что было видно невооружённым глазом. Он гонялся на радостях за бабочками и, то и дело разбегаясь, тоже пытался взлететь, довольно попискивая. Всё это доставляло ему невероятное удовольствие!
Но вот они пришли. Большая толстая жаба дрыхла под своим деревом. Рот её был чуть приоткрыт - громкий храп доносился оттуда! Пока Пип с интересом изучал диковинное существо, которое ему ещё не встречалось, Трюфель кашлянул, чтобы сообщить о своём присутствии. «Да, да, так и поступите…» - пробормотала спросонья Бабушка. Она приоткрыла один глаз, затем второй, и увидев гнома и его спутника, спросила: «Кто это тут пожаловал ко мне?»
Наш герой, не мешкаясь, угостил жабу заготовленной мухой и во всех подробностях описал ей своё сегодняшнее утро и свою находку в виде потерявшегося совёнка. Бабушка-Жабушка молча смаковала муху и весь рассказ не сводила глаз с птенца, изредка выдавая долгое: «Хммммм». Но понять, что значило это «Хммммм» и к чему оно относилось, не было никакой возможности, так как лицо жабы оставалось непроницаемым. Наконец она произнесла:
«Чудовищно – потеряться в таком юном возрасте! Ещё чудовищнее найти такое – она многозначительно окинула взглядом Пипа, - в своём шкафу… Кошмар! Просто кошмарно, да…» Внезапно глаза Бабушки плавно закатились и она снова захрапела. «Во дела!» - подумал про себя Трюфель, а вслух заорал во всё горло: «Wake up!», то есть «Проснись!». «Да-да-да, - продолжила как ни в чём не бывало Бабушка-Жабушка, приоткрывая глаза, - просто кошмарно». «С другой стороны, - она выдержала паузу, - некоторые мамаши… вроде нашей кукушки, сами подбрасывают свои яйца в чужие гнёзда». «За что ей неоднократно делали выговор! Всё без толку!» – жаба не на шутку распалилась. «Так что он, может, и не потерялся вовсе, - она указала на птенца своей морщинистой лапкой, - а от него просто-напросто очень ловко избавились. Вот!»

В гостях у летучих мышей

На этих словах (как и следовало ожидать) Пип разрыдался. «Oh, don’t cry!» - О, не плачь! - тут же принялся его успокаивать наш герой. Он вытер своим колпаком – так как платка у него с собой, к сожалению, не оказалось – заплаканную мордочку совёнка, которая всё ещё пахла мёдом, и укоризненно посмотрел на Жабушку. «Ну-ну, не реви, дитя» - Бабушка, в конце концов, проглотила подаренную ей муху. «Вам нужен совет? Идите к Кларе. Летучая мышь - моя давняя знакомая. Клара подскажет, где найти родителей этого несмышлёныша…». После чего жаба закопалась поглубже в свою яму и захрапела громче прежнего.
Трюфель знал, что местные летучие мыши уже давно обосновались в гигантском дубе, что выгорел изнутри, после того как в него попала молния, став убежищем этих полуночных зверьков. Нашему герою и птенчику, что забрался в его дом, предстояла ещё одна долгая дорога мимо деревни гномов, в самую глубь леса… Но не волнуйся, читатель, гномам не привыкать к таким большим расстояниям: они уже давно приспособились к долгим походам куда бы то ни было. Пип тоже был рад прогуляться. Он вообще радовался всему, что видел вокруг: каждая букашка, каждый жучок, пролетающий мимо, приводили его в неописуемый восторг!
«Да вы посмотрите: это же сам Трюфель!», «Глазам своим не верю! Сто лет его не видел!», «А с кем это он, с кем?..» - приветствовали его в гномьей деревне. Трюфель всем жал руку и объяснял, куда идёт и по какому поводу. Гномы желали ему удачи и поскорее вернуть птенца маме, но никто из них не смог подсказать нашему гному, где живёт сова… Они распрощались, и наши герои двинулись дальше. А гнома, между тем, одолевали неприятные мысли. О летучих мышах он знал чуть больше, чем о совах, но всё же недостаточно, чтобы быть уверенным в том, что его визит не помешает. Как отнесутся те, кто бодрствуют ночью, а днём спят, к тому, что их вдруг разбудят? Пожалуй, что не очень хорошо, догадывался он. И это то его и беспокоило.
Ты, читатель, конечно, скажешь, что и жаба дремлет весь день в своей яме – это же не помешало гному её потревожить. Но ведь у Бабушки-Жабушки, согласись, нет таких когтистых лапок, острых зубок и коготков на крылышках, как у той же Клары, к которой она послала наших друзей… То-то и оно. К тому же у Трюфеля уже не было времени искать подарки для летучих мышей, так что в гости он шёл на свой страх и риск: если хозяевам он будет не мил, хорошо, если ему удастся унести ноги…
Наконец, они были на месте. Выгоревший дуб выглядел зловеще даже при свете дня. Пип сразу же спрятался за спину нашего героя. «Don’t be afraid!» - Не бойся! – ободряюще погладил его по пёрышкам гном, хотя у самого на сердце было неспокойно… Они обошли дерево вокруг и заползли внутрь через узкую трещину в коре. Оно, как и предполагал Трюфель, кишмя кишело летучими мышами, которые тихонечко посапывали, накрывшись своими кожаными крыльями. Наш гном не знал, как именно следует повести себя, чтобы не показаться совсем уж невоспитанным, поэтому просто сказал: «Good afternoon!» - то есть «Добрый день!» – так как был уже стоял день к тому моменту, как они добрались туда.
Его слова эхом раздались внутри: good afternoon, good afternoon… «О чём вы думаете?!» - вдруг произнёс кто-то прямо над их головой. Пип и Трюфель подняли глаза и встретились лицом к лицу с недовольной летучей мышью, которая так и разглядывала их, свесившись вниз головой. «Вы в своём уме? Сейчас полдень!» - продолжала злиться мышь. Гном тут же начал объяснять цель своего визита и что ему нужна некая Клара. «Клара?» – перебила его мышка. Она слетала куда-то наверх и вернулась уже с другой летучей мышью.
«Клара, дорогая, эти ненормальные уверяют, что у них к тебе какое-то дело. Разберись с ними, пожалуйста» - первая летучая мышь оскорблено хмыкнула. Вторая же, которая была Кларой, в это время взирала на наших путников с явным неудовольствием. Трюфель вкратце изложил свою проблему и стал ждать, что ему скажут. «Клава, милочка, представляешь, этот негодяй вздумал разбудить меня из-за сбежавшего совёнка!» - обратилась к той первой мыши Клара. «Совёнка? - переспросила та, что была Клавой, - а это точно сова?» Клара и Клава, всё ещё вися вниз головой, переползли поближе к птенчику.
«Что-то я не разгляжу… А какого он цвета?» - спросила Клара, щурясь. «Brown» - Коричневый – поспешил ответить ей гном. Когда летучие мыши подобрались к Пипу совсем близко, тот испуганно пискнул и упал навзничь. «Действительно сова» - разочарованно отметила Клара. «Ну, что касается мамы этого бедняги… то её потомство не моя забота» - Клара равнодушно пожала плечами. Трюфель чувствовал, что обстановка накаляется - им здесь явно не рады, а уж помогать ему и подавно никто не собирается. Он аккуратно сказал летучим мышкам, что они с малышом, пожалуй, пойдут, но не тут-то было!
«Уходите? Нет-нет-нет, куда это вы собрались? Мы вас никуда не отпустим!» - злобно зашептала та, что была Клавой. «Да, куда это вы? – подхватила Клара, - за то, что вы нарушили наш покой, мы вам… мы вам… выцарапаем глаза!» Обе мыши противно зашипели на наших друзей и одним звуком разом разбудили всех мышей, спавших внутри дерева. Десяток блестящих чёрных глазок обратились к гному и совёнку. «Нужно было приходить с подарком…» - мелькнуло в голове нашего героя. Трюфель даже испугаться не успел: птенчик метнулся к нему, схватил за кофточку и выпорхнул из расщелины дуба. Неуклюже пролетев пару метров, он так же неловко приземлился, отпустив нашего гнома из лапок, но тот был благодарен даже за такую посадку: всё лучше, чем быть среди летучих мышей, которые жаждут тебя наказать…
Гном не переживал, что мышки кинутся в погоню и настигнут их: летучие мыши боятся солнечного света и никогда не покидают своего убежища днём. А это значило, что они спасены! И всё благодаря Пипу! Но что же нашему герою было делать теперь? Птенец был всё ещё не накормлен. И мама его так и не нашлась. «Я же не могу воспитывать чужого ребёнка, когда у него и свои родители есть! - в отчаянии думал Трюфель, - Ерунда какая-то. Нет, совы не кукушки… Я надеюсь…». «В любом случае, - продолжал мысленно рассуждать наш гном, - поискать что-нибудь вкусное для совёнка можно на лесной ярмарке – всё равно идти обратно через деревню гномов… Да, так и сделаем!»

На лесном базаре

Как читатель уже понял, лесной базар расположен в гномьей деревне, а проходит по вторникам и пятницам с 12 до 3 часов. Торгуют там в основном гномы, но любой лесной житель может придти и продать то, что ему не нужно, а вернее обменять на что-то другое. Так что одни устраивают прилавки со своим товаром, а другие берут из дома то, с чем не жалко расстаться, чтобы приобрести на рынке что-то новое. Продают как съестное, так и сделанное своими руками (или лапками). Торговля продолжается с апреля по ноябрь. На холодное же время года ярмарка закрывается, поэтому, пока есть возможность, все в роще активно запасаются продуктами и всем необходимым, чтобы пережить суровую русскую зиму.
Несмотря на большой выбор, питаются в холода лесные обитатели не слишком разнообразно – всё-то не припрячешь в норку или подпол. Так что сегодня было какое-то особенное столпотворение, как бывает каждую весну: после затяжной зимы всем хочется перепробовать всё то, чего они были лишены в метель и стужу. Вот гномы торгуют сморчками под вывеской «Всегда свежие грибы» (этот весенний гриб имеет тонкий, ни с чем не сравнимый вкус и аромат). Их соседи разливают оставшееся с осени масло плодов липы с вывеской «Домашнее масло» (на таком хорошо жарить блины и выпекать пироги). А вот белка продаёт лукошки, сплетённые из бересты, всех форм и размеров (эти отлично подойдут для хранения сушёных грибов и ягод). Вывеска над её прилавком гласит «Моими скромными лапками».
Трюфель немного смущённо протискивался вместе с Пипом сквозь толпу. Все на лесном рынке разглядывали их с неподдельным удивлением: всё-таки не каждый день там можно было встретить сову, пускай и такую маленькую. Да ещё и в компании гнома! В одном из карманов наш герой нащупал помятый фантик, который он вполне мог обменять на то, что понравится на базаре птенчику. Всё на ярмарке совёнку было дико интересно, всюду он совал свой любопытный клювик и на всё смотрел широко раскрытыми от изумления глазами. Пожалуй, никогда ещё не видел он столько нового вокруг. Но пока ничего из того, что они прошли, ему не приглянулось…
«Сижу я себе, значит, на ветке молодого дуба, - рассказывала, между тем, сороконожка бельчихе с бельчатами у одной из лавок, - и тут мимо проходит это двуногое страшилище, с дли-и-инной такой шерстью, не с короткой. Так вот, значит, сижу, никого не трогаю, как вдруг меня буквально засасывает в складки штанов этой дылды! Я, конечно, такого не ожидала и сначала даже не поняла, что, собственно, происходит. А когда сообразила, что надо бы делать ноги, тут эта страхолюдина меня как увидит да как заорёт... Ну честное слово, точно наш косолапый! А я, что, виновата, что она такая здоровая вымахала?..»
Обитатели леса издавна недолюбливают азартных грибников: те своим увлечением попросту лишают их пропитания! А больше всего страдают, конечно же, пауки, чью паутину люди обязательно задевают своими руками, оставляя этих крох без завтрака и даже обеда! Не такое уж это лёгкое занятие – сплести паутину, скажу я тебе, читатель! Наш гном, тем временем, отвлёкся на эту случайно подслушанную историю и совсем не заметил, как Пип куда-то запропастился…
Вдруг базар огласил истошный, полный неподдельного ужаса писк: «Меня пытаются съесть!!!». «Mice!..» - Мыши!.. – прошептал Трюфель. Он знал, что чуть дальше стоит лавка под названием «Мышиные богатства»: маленькие грызуны как раз продавали кленовый и берёзовый сироп (ранней весной по ночам мышки забираются невысоко на берёзы и клёны, прогрызают в них дырочки, собирают в бутылочки сок, вытекающий оттуда, и варят из него такой сладкий и полезный сироп).
Жуткая догадка озарила нашего героя, как гром среди ясного неба: «Вот, чем питаются совы! То-то птицы надо мной потешались!..». «Run!» - Бегите! – закричал гном, пробираясь сквозь толпу. Поднялась шумиха. Гномы и животные, не разобравшись, что к чему, кто и кого там пытается съесть, в страхе разбегались в разные стороны. Добравшись до места переполоха, Трюфель наблюдал, как счастливый совёнок гоняет перепуганную до смерти мышь. Каждую секунду казалось, что Пип вот-вот ухватит её за тонкий хвостик, но мышка в самый последний момент поджимала его и делала резкий поворот, уворачиваясь от клюва птицы…
«Моя борода! Что же делать?!» - пронеслось в голове гнома. Птенец сшибал и переворачивал всё, что попадалось ему на пути в погоне за желанной добычей, превратив ярмарку в настоящий балаган!.. Трюфель был не на шутку напуган. Бедные мыши! И ведь это он привёл, как оказалось, хищную птицу к этим несчастным маленьким существам, одно из которых Пип сейчас был серьёзно намерен съесть… Неожиданно наш герой заприметил палатку с тканями, чей хозяин благополучно сбежал, и в голове у нашего гнома родилась идея…
Трюфель схватил какое-то большое покрывало, расправил его и, когда совёнок в очередной раз пробегал мимо, накинул на голову увлечённой охотой птице. Как он и предполагал, птенец резко остановился и замер на месте. «Hide!» - -Прячетесь! –тут же скомандовал гном пищащим суетящимся мышкам. Им не нужно было повторять дважды: грызуны быстро прокопали себе норки в земле и юркнули внутрь. Как раз когда Пип освободился от мешавшей ему широченной ткани…
Внезапно огромная тень опустилась на базар, окончательно распугав всех продавцов и покупателей… Наш же герой успел спрятаться в одном из больших глиняных горшков, которыми торговали на краю рынка, так что только колпак его торчал снаружи. Тихо шурша крыльями, огромная сова приземлилась рядом со своим горе-ребёнком. «Нет, вы посмотрите на него! Вот негодник! Я его ищу полдня, а он тут вздумал развлекаться!..» - отчитывала мать-сова своего птенца. Но Пипу было всё равно. Он был так рад видеть маму, что тут же подскочил к ней и начал, довольный, тереться об её пёрышки.
Вскоре они покинули ярмарку: птица летела низко над землёй, указывая совёнку дорогу, а тот послушно прыгал вслед за родительницей. «Фух, - наконец выдохнул гном в своём укрытии, - Как там говорят? Всё хорошо, что хорошо кончается? Это да!..» Трюфель выполз из своего убежища и поспешил скрыться из виду, пока на рынке не начали разбираться, кто виноват во всём этом кавардаке… Вернувшись же домой, со своего костюмчика он снял несколько пёрышек Пипа. Их он решил повесить в рамке на кухне, подвесив за ниточки. Прямо рядом с поломанным буфетом! Кстати его наш гном починил, так что одна ложка, одна вилка и всего одна тарелка снова заняли своё место внутри старенького кухонного шкафа.