Ветер с характером. Зимняя сказка о таланте, чудесах и одной забывчивой Фее

Где рождаются ветра

А вы знали, что у каждого ветра есть своё имя, сила и даже... судьба?!
Ветра́ просто так не дуют – у них всё по списку. И составляет его Фея Заве́я. Она живёт далеко-далеко на Севере, среди заснеженных полей, льдин и звенящих сосулек. Под Новый год, как по расписанию, волшебница устраивает большое распределение ветров: каждому – работа, каждому – путь.
Ветродуи выстраиваются в очередь: одни пыхтят от нетерпения, другие дерутся за место в списке.
Вот и сейчас – дерзкий, заносчивый ветерок фыркнул в ухо соседу. Разве так можно?!
– Без шалостей, а то определю в команду дующих в окна на рассвете, – строго сказала Фея и заглянула в список. – Так, посмотрим… Ты будешь подгонять уток во время перелёта в тёплые края.
– Йо-хо-хо! – ветер взмыл в небо.
– Ты – собирать листья в парках.
– Ура! Я буду шуршать.
– Ты, – Фея подмигнула новорождённому ветерку. Малыш разволновался – зажмурился, притих как мышка. – Будешь гудеть в печных трубах. Только не перестарайся, пожалуйста.
– Можно мне в паруса? – заскакал следующий по списку. – Я красиво ду́ю.
– А я хочу стать штормом в Атлантике. Я умею греметь.
Очередь двигалась быстро. Один за другим ветра получали задания: крутить вертушки на палочках, развевать флаги, щекотать волны на морях, гонять тучи, трясти снег, колотить бельё на верёвках...
Последнему ветерку – маленькому, вихрастому и очень любопытному не сиделось на месте. В дупло забрался – ухает, как сова, других пугает. По сосулькам постучал – проверил, есть ли у них музыкальный слух. Потом и вовсе запрыгнул в сугроб – поднял вихрь из снежинок.
– Апчхи-и-и! – не удержалась Фея. Из рук выпал листок со списком и улетел. – Ох... Кажется, всё. Задания раздала, никого не забыла.
Она огляделась. Очередь закончилась – ветра унеслись в разные стороны света.
– Эй, а я? Я ещё тут. Мне что-нибудь назначьте! – закричал ветерок, но под снежной шапкой его никто не слышал.
Пока он пытался выбраться из ловушки, в которую сам и угодил, Фея причесалась перед ледяным зеркалом, прицепила к волосам снежинку и умчалась по делам.
Так появился Вуфф – ветер без судьбы. Ни звания, ни работы, ни даже собственного порыва.
– Слоняться без дела – скучно. Буду шалить, – решил ветерок.
И пошло-поехало… Он носился по округе, катался на ледышках, закидывал снег в лисьи норы, бросался шишками, ветками трещал. А чем ещё заниматься?
– Эй, рыжая шубка!
– Чего тебе? – выглянула белка.
Негодник в дупло дунул – пух – и получил ставнями по носу. Разозлился – намёл сугробы выше кустов и за новыми приключениями к полярной сове отправился.
– Бу! – крикнул ей в перья. – Я подхожу на роль урагана?
– Скорее на лёгкий сквозняк в чулане, – буркнула сова и улетела подальше от вредного ветерка.
В лесу не осталось зверей, кому бы нравился Вуфф. Ведь у него не было цели, а скучающий ветер – это как варежка без пары: только под ногами путается.
– Без вас обойдусь, – крикнул Вуфф. – Я к эльфам пойду.
И рванул на Фабрику игрушек, которая в предновогодние дни работала без остановки. Шутка ли – столько в мире детей, столько заказов! Подарки собирались, коробки закрывались, списки составлялись. Всё строго по графику. На завтра запланирована большая доставка. Дед Мороз заедет за первой партией подарков. Эльфам нужно всё успеть, а Вуффу – сорвать их планы. О-хо-хо!

Переполох на фабрике
Сказочный домик стоял на перекрёстке ледяных дорог. С трёх сторон к нему вели заснеженные тропы – от Лапландии, Звёздного мыса и Хрустальных пещер. По четвёртой дороге везли какао и мандарины. Это было строго секретно, но пахло подозрительно вкусно.
Эльфы в полосатых носках, зелёных пижамах и с колокольчиками на шапках таскали коробки.
– Осторожно, хрупкие машинки!
– А-а-а, убери плюшевого слона с флейты! Это музыкальный инструмент, а не подставка.
– Кто жуёт конфеты? Отставить чавканье.
– Они шоколадные. Вкусные.
– Это детям, не тебе. Лучше переставь на подоконник оленей из тонкой проволоки. Их упакуем в последнюю очередь.
– Кто видел красный бант? Мне срочно нужен красный бант или атласная ленточка.
Куклы, роботы, неваляшки, пластмассовые грузовики, конструкторы… Игрушки попадали в аккуратно подписанные коробки. Сверху накрывались блестящей фольгой. Хрупкие вещи – новогодние шары, фигурки ангелов, миниатюрные домики с подсветкой прятались в бумажную стружку. Но самая драгоценная партия стояла особняком: снеговики-музыканты.
– Этих обматывать только воздушной плёнкой! И в несколько слоёв, – скомандовал старший эльф. – У снеговиков кнопка есть, они играть умеют.
Игрушечные музыканты стояли в ряд – белые плюшевые тела, вязаные шарфы и шапки, носы-морковки, чёрные бусины-глаза. В руках-веточках – инструменты: барабан, скрипка, труба, баян, флейта и даже балалайка. Хоть концерт устраивай!
– Не выйдет! – донёсся голос из камина.
На Фабрику игрушек ворвался Вуфф. Да с такой скоростью, что не успел затормозить и врезался в кипу коробок. Крышки взлетели. Банты закрутились. Подписанные бумажки перемешались – кукла для Маши теперь поедет к Пете, а заяц в коротких штанишках останется без хозяина. Записка с именем Саша улетела в трубу. А за ней и список с заявками.
– Ой, верните мои галочки! – закричал эльф. – Я не закончил их проставлять.
Началась паника. Она росла как булочки на дрожжах.
– Где труба? У снеговика – скрипка, а должна быть труба.
– У моего два шарфа. И на животе четыре пуговицы. Но я помню: их было три.
– А у твоего нос на затылке. Теперь он будет нюхать воспоминания.
– У меня страшнее: под морковкой появились усы из шоколадной глазури, а под шапкой – фантик от конфеты.
Старший эльф дунул в свисток.
– Слушайте и запоминайте! Заклеиваем щели: скотчем, ленточками, бумагой. Утепляем окна ватой. И заприте печную заслонку – нечего к нам захаживать через трубу.
– А я чайник поставлю. Пусть свистит. Может, ветер испугается и сбежит в лес.
– Вот, значит, как! Я для вас лишний, – обиделся Вуфф.
Он пролез в дверную щель и растворился в темноте.

Серьёзная пропажа
Ветерок забрался в пустое дупло – бурчал, шуршал, булькал и дулся на весь мир.
– Ну и пусть! Никто меня не слушает! Никому я не нужен! – он фыркнул на старый жёлудь. – Всем я мешаю, всех путаю… Никто не думает, каково это – быть ветром без судьбы!
В это время по лесу разгуливала ночная фея. Она рассы́пала на небе мешок со звёздами. Одни горели ровно, другие моргали, как сонные совы, а третьи еле-еле светили, словно экономили энергию. Помощница-луна включила северное сияние – чем не рождественская гирлянда. Намела снежинок – лёгкие и прозрачные, как слёзы Вуффа.
Но ветерок не замечал ночной красоты. Он крутился у входа в дупло и продолжал обижаться.
– Разве я виноват? Это Фея не заметила меня. Это у неё список улетел. Я тоже способный! Наверное, – вздохнул Вуфф.
И вдруг...
Дзынь. Дзынь. Дзынь.
– Что это? – ветерок выглянул наружу.
По снежной дороге к Фабрике игрушек неслись огромные сани, запряжённые девятью северными оленями. На их рогах покачивались шарики-фонарики – зелёные, красные, синие – словно у каждого оленя был свой любимый цвет. Сбрую украшали серебряные колокольчики. В санях сидел Дед Мороз. Настоящий. С посохом в руках, белой бородой до колен, в красном расписном халате и шапке-ушанке.
– За подарками приехал, – запыхтел Вуфф. – Сейчас я ему покажу, кто в лесу главный! Потому что… пф-ф-ф... я так хочу!
Во дворе началось движение. Суетились эльфы. Они то бегали с коробками к саням, то за коробками в дом.
– Эти шарики с блёстками. Не кладите рядом с машинками. А то игрушки для мальчиков превратятся в девчачьи.
– Не грузите шоколадные игрушки без перчаток.
– Снеговики – только инструментами вверх! Осторожнее! У них на спине кнопка. Может случайно включиться.
Эльфы быстро и с любовью укладывали коробки: большие и маленькие, тяжёлые и лёгкие, пахнущие деревом, ванилью и мандаринами. Всё было подписано, заклеено, перевязано бантиками.
– Погрузка закончена! – крикнул старший эльф и отошёл в сторону.
Дед Мороз дёрнул поводья.
– Пора разносить чудеса. Поехали!
Олени встрепенулись, подняли головы – и вместе с повозкой взмыли в небо. Ветер нырнул под сиденье и вцепился в полозья. Замелькали звёзды. Под копытами оленей захрустел снег. Запели колокольчики – динь-дилинь. Вуфф приподнялся и заглянул в кузов.
– Сейчас мы немного поработаем.
Он свистнул – коробка с машинками зашаталась. Свистнул ещё – та перевернулась на бок. Ветер потянул ящик с плюшевыми зайцами – слишком тяжёлый. Ничего не двигалось.
– А если… э-э-э... попробую эту!
Он сосредоточился, надулся, как воздушный шар, и пых. Коробка с музыкальными снеговиками вылетела за борт. Она грохнулась в сугроб – бэмс. Ленточка развязалась. Крышка отлетела. Игрушки рассыпались. Один снеговик уткнулся в сугроб носом-морковкой, другой потерял барабан, третий застрял в снегу шапкой вверх.
– Уф! Доставка удалась!
Вуфф огляделся. Сани исчезли за лесом. Снеговиков запорошил снег, а коробка – пустая, грязная, помятая – валялась на обочине.
Ветер кувыркнулся в воздухе. Улыбнулся. Начертил сердечко из снежинок.
– Сам Дед Мороз ахнет! Я важный. И со мной весело, – и исчез за ледяным холмом.
Зайцы выглянули из-за кустов.
– Что это было?
– Пропажа. И очень серьёзная.
Где-то под сугробом в ответ брякнул барабан.

Спасательная операция
Эльфы поднялись по тревоге.
– Снеговики не доехали! Собираем поисковый отряд!
Дом ожил. Заскучавшие чулки на сушилке подскочили – в одном из них застрял эльф-толстячок. Другой напялил на голову варежку вместо шапки. Эльф-коротышка запрыгнул в валенки и выронил связку колокольчиков. Звоночки с шумом покатились за печку. Старший эльф подрисовал углём тонкие усики и объявил себя главным следопытом. Его заместитель решил, что важнее – маскировка. Он облепился ватой и стал похож на огромный пушистый комок. Эльф-каланча натянул на себя сразу три пары штанов для тепла и кувыркнулся через мешок с мандаринами. Его друг повязал гирлянду вместо шарфа, искрил и трещал, как новогодняя ёлка.
Рыжий эльф хлопнул в ладоши.
– Выходим! Я запряг в сани ездовых белок. Они жуть какие нетерпеливые!
Эльфы вывалились на улицу: кто с фонариками, кто с имбирными пряниками, кто с дуршлагом вместо компаса.
– Звёзды лучше видно через дырки, – уверил всех эльф-изобретатель и посмотрел на небо через дуршлаг.
Лесные помощники загоготали. Они давно толпились на улице – пара бодрых зайцев, барсук-волонтёр, три оленя и полярная сова. Позже к ним примкнули мышка и сорока.
– Мы видели коробку. – Замахали крыльями птицы. – Клёсты пристроили её на дереве. Теперь это гнездо – тёплое и удобное.
– Показывайте дорогу! – пискнул эльф-каланча.
И поиск пропавших вещей начался.
Белки прыгали по веткам – высматривали подозрительные носы. Зайцы обнюхивали сугробы. Один нашёл парочку снеговиков. Второй заметил под корягой скрипку.
– Какая странная шишка! Яркая, пушистая и с помпоном.
Сорока вытащила из снега вязаную шапку. А следом и снеговика с трубой. Мышка застряла с барабаном на треть пути, но эльфы помогли докатить инструмент до повозки.
– Мне тоже попался кто-то с носом! – загудел олень и снял с кустов снеговика.
У брата улов побольше: балалайка, баян и флейта. Он нацепил их на рога, головой трясёт, звенит на весь лес – хвастается.
Барсук не отстаёт – найденных снеговиков в лапках крутит – остальным показывает.
Из дупла выглянул дятел.
– Я думал червяк, а это чей-то шарф ко мне залетел. Ваш?
– Наш!
Звери суетились, бегали, складывали находки в коробку. Кто-то поставил снеговику нос, кто-то прикрутил на животе пуговицы или вставил руки-веточки. Вскоре под деревом стояло шесть снеговиков – потрёпанные, перепачканные, кривобокие… Но каждый со своим инструментом.
– Вот вам и оркестр, – хмыкнули эльфы.

Композитор Вуфф
Вуфф притаился за сосной – подглядывает за эльфами.
– Раскраснелись, шапки поснимали – жарко им, видите ли, – проворчал он. – Хохочут, со снеговиками возятся. Словно они какие-то важные птицы. А я? Я в лесу главный. Не они! Я заставлю вас разбежаться по домам. Никого видеть не хочу!
Он надул щёки и… п-ф-у-у!
Сначала получилось тихо, будто чайник закипает. Хрустнул сугроб. Взметнулась снежная пыльца, закружилась, заиграла в воздухе. С еловых лапок, как мука из дырявого мешка, посыпался снег.
Потом громче – п-ф-у-у-у-у! Это уже самовар бурлит. Не меньше! Затрещали ветки. Тыщ-тыдыщ – полетели шишки. Хлоп – под ноги эльфам шмякнулся снежок.
– Так-то лучше! – довольный Вуфф заколошматил деревья. – Сейчас здесь никого не останется!
И только он дунул сильнее – п-ф-у-у-у-у-у-у-у-у, как вдруг…
Бум – ударил барабан. Ти-ли-линь – ответила балалайка. Фьююю – запела флейта.
Инструменты снеговиков, как по волшебству, ожили под напором ветра. Скрипка звенела. Труба гудела. Баян растягивался и шуршал.
– Музыка!
Лесные жители не остались в стороне. Кто во что горазд – как могли, так и подыгрывали. Белка трясла сосулькой-колокольчиком. Чётко. В темп. Дятел теребил пустую шишку. Сороки притащили орехи, покрытые ледяной корочкой. Они стучали по ним клювами – чем не ксилофон. Сова хлопала крыльями – держала ритм. Зайцы – ушами. Мыши-полёвки – хвостами.
Эльфы тоже не отставали. Один в валенках отплясывал. Другой в дуршлаг дул – губную гармошку изображал. Третий без зазрения совести шуршал фантиками от конфет. А четвёртый искрился и мигал – не зря гирлянду вместо шарфа повязал.
Веселились все. Или почти все?
Вуфф сидел за сосной, пыхтел и дул… дул… дул. От обиды, от злости, от того, что его, такого важного, никто не замечает.
– Ну хорошо. Сейчас я вам покажу настоящую силу!
Он набрал воздуха. Ещё… ещё… Воздух уже не лез. Казалось, Вуфф сейчас лопнет. В голове гудит. В глазах – снежит. В щеках – морозный жар.
А вокруг тишина.
– Куда исчезла музыка? – возмутился барсук. – Не звучит ни флейта, ни труба.
– Даже фантики не шуршат, – вздохнул эльф-сладкоежка.
Лесные жители переглянулись.
– Без ветра нет веселья. Вернись к нам, Вуфф!
Ветер понял. Это всё он. Он заставлял звенеть, гудеть, дрожать и петь инструменты. Он не мешал. Он создавал. Он будил музыку.
– Я… я… я нужен!
Вуфф не просто подул – он взвился к верхушкам сосен, закружился, засеребрился. И понеслась музыка!
Взмах – гул. Поворот – свист. Там силушку добавит, тут под правильным углом направит. Если нужно – притормозит. Звучало всё: и оркестр, и снежинки, и даже дуршлаг.
Вуфф – не просто ветер. Он – композитор! Настоящий, весёлый, зимний.

Снеговики, диплом и немного мандаринов
Всю ночь булькала кастрюлька с приключениями. Она выплёскивала через край самые невероятные истории. Сперва – срочная погрузка подарков, потом – поиски пропавших снеговиков, а под утро – концерт с баяном, сосульками и ледяными орехами.
Казалось, пришло время хорошенько выспаться. Но не тут-то было.
В мастерской на Фабрике игрушек снова горел свет. Эльфы совещались у камина. Вопрос серьёзный: что делать с ветром по имени Вуфф? У него талант – играть… нет, оживлять музыку.
Вуфф устроился на крыше между трубами. Из одной приятно пахло какао, из другой доносились обрывки фраз. Вуфф подслушивал. Он волновался. До скрипа в снежинках.
– Очевидно! – рыжий эльф хлопнул себя по лбу. – С таким ветром веселее складывать подарки.
– Согласен, – кивнул эльф в шоколадной помадке. – Особенно если он не дует мне в спину, когда я пишу адреса.
– А почему ты такой грязный? Признавайся, сколько конфет вытащил из коробки?!
– Поздно спрашивать, но я могу всех угостить.
Эльфы выставили руки. На ладошки посыпались конфеты: тягучие «Коровки», шоколадные «Мишки на Севере», вафельные батончики, карамельки, мармелад и разноцветные драже.
Комната зашелестела фантиками. Наполнилась ароматом детства и волшебства.
– Эй, подкиньте мне мятную сосульку, – попросил эльф-коротышка у входной двери.
Все повернулись к нему.
– Чего сам не возьмёшь?
– Не могу. Я в чужих валенках застрял. Ночью заскочил в них по ошибке – теперь не знаю, как вылезти.
– Так вот куда они делись! – возмутился долговязый эльф. – Я из-за тебя в тапках по снегу бегал. Твоя обувка мне даже на нос не налезет.
Он подошёл к валенкам и вытряхнул из них коротышку, как последнюю картофелину из мешка.
По комнате прокатился хохот.
– Тишина! – крикнул старший эльф. – Мы собрались не обувь сортировать и не конфеты есть. Мы судьбу ветра решаем.
Эльфы замерли.
– Я за то, чтобы признать: у Вуффа открылся музыкальный талант.
– Талант?! Та-лан-тище!
– Нам такой ветер нужен, – закивали эльфы.
– Предлагаю взять его в нашу команду. На должность... мм... композитора.
Одна за другой поднялись руки. Решение принято.
– А как же бумажки? Нужно официально, – заволновался сладкоежка.
– Отправим к Фее Заве́е полярную сову с письмом. Пусть запишет в Книгу Воздушных Дарований: «Композитор Вуфф».
Дальше ветер ничего не слышал. Он парил над вершинами деревьев и пел:
– Я компози-и-и-и-и-и-тор!
Он чувствовал себя странно. По-взрослому, что ли. Он в команде. При деле. Он не один.
– Я срочно должен исправить то, что натворил.
Ветер схватил коробку со снеговиками. Вдохнул воздух. Поймал слабый, но знакомый запах мандарин и рванул по следу.
Ароматы привели Вуффа на волшебную стоянку среди заснеженных холмов. Олени жевали мох. Дед Мороз мирно дремал в санях – копил силы к ночной смене. Работа у него сложная. Это не папки в кабинете перекладывать. То в окно пролезь, то в трубу. А возраст уже солидный, да и за лето жирок накопился – вон как шуба на животе трещит. А сколько домов, квартир, балконов за ночь обойти нужно! И главное, не шуметь, не испугать и всё успеть. Ведь дети ждут не просто подарок, а настоящее волшебство. Сюрприз.
Ветер скользнул под сани. Он осторожно положил коробку со снеговиками рядом с остальными подарками. Сверху надул снежинок – для красоты. А на крышке оставил автограф –свой фирменный завиток и слова: «С любовью, Композитор Вуфф».

Северные новости через год:
Фея Заве́я получила от эльфов открытку:
«Всё хорошо. Не забудьте выдать Вуффу диплом»
И, конечно, выдали. С отличием. По классу музыкальных завываний.