Сигуля


― Завтрак! ― голос мамы долетел из кухни в детскую.
Маруська сидела в комнате, уткнувшись в книжку.

Каждое утро у девочки начиналось в шесть ноль-ноль. Можно сказать, с петухами. Самое любимое время Маруськи – время чтения, когда все спят. В квартире тихо, соседей не слышно, а за окошком просыпается солнышко.

Мамин голос вернул Маруську к реальности. Девочка захлопнула книгу и вприпрыжку понеслась в ванную мыть руки, ведь в животе уже во всю бурлило от голода. В комнату проник аромат жареных блинов, которые каждую субботу по утрам пекла мама. Около двери Маруська случайно задела рукой будильник. Его подарила бабушка Аня. А ей подарила её бабушка, а ей её… Короче, это был раритет.

Маруська любила свой будильник. У него такой смешной кружок со шляпкой радужного цвета. Циферблат украшен двенадцатью животными, каждое означает год по восточному календарю. Фигурки животных вырезаны из дерева. Звонил будильник резко и громко. Услышав его во сне, Маруська сразу же открывала глаза и просыпалась. И что удивительно, спать больше не хотела совсем. Даже если она улеглась после двенадцати, то в шесть утра вместе с будильником, легко открывала глаза и вставала.

Будильник упал, разбился и рассыпался на несколько частей. На шляпку, шар, фигурки животных и пустой циферблат со стрелками. Петух отлетел за спинку кровати; тигр, кролик и змея забились за дверь; свинья, собака и бык закатились под стол; дракон разломался на две части; обезьяна и коза убежали в коридор; крыса и лошадь подпрыгнули и упали обратно на столик.

― Ой, ёй! ― Маруська всплеснула руками и наклонилась. Она собрала все детали будильника, которые нашла, и положила на столик. ― После завтрака разберусь. – Решила она и крикнула: - Пап! Помоги мне починить будильник! ― крикнула она и пошла в ванную. - Только после завтрака, а то есть хочется.

Маруська думала о сломанных часах, поэтому не заметила, как уткнулась в спину папы.

― Ну, пап! Быстрей, очень хочется блинчиков с клубникой.

Но папа почему-то не двигался с места. И вообще, Маруська поняла, что вокруг пугающая тишина. Ничего вокруг неслышно. Она повертела головой, потрогала свои уши. Тишина. Закрыла уши – тишина. Открыла – снова тишина. Маруська слышала своё громкое дыхание, воздух свистел от движения рук и ног. И больше ничего. Девочка произнесла вслух:

― Пап, ты меня слышишь? Мама! МАМА! ПАПА! ― закричала она. Себя она слышала, но в ответ безмолвие.

Маруська обошла папу бочком и увидела, что вода из крана не льётся. Из крана торчала странная прозрачная полоска, похожая на пластик. Рядом с раковиной стояли её братья близнецы и маленькая сестрёнка. И тоже, как и папа, они были неподвижны, словно статуи. И, конечно же, не издавали ни звука.

Она подошла к каждому и потыкала в них пальцем, постучала по голове, потрогала лоб губами, поднесла под нос каждому послюнявленный палец, послушала сердце. Даже пощекотала сестрёнку, ведь та от щекотки пищала так, что слышно было всему дому.

― Они тёплые, - размышляла Маруська - а на пальце чувствуется совсем слабый ветерок, сердца стучат. Но очень медленно. Боже, а я разговариваю сама с собой. ― Хмыкнув, Маруська добавила: ― Я сошла с ума! Какая досада!

Маруська, движимая любопытством, подошла и потрогала прозрачную ленту из крана. Она оказалась мокрой и тёплой, как обычная вода, только неподвижная. Не как лёд, а как вода в покое, только без движения. Маруська ее даже лизнула.

- Вода, как вода. - Маруська махнула рукой и посмотрела в зеркало.

Там она увидела испуганную десятилетнюю русоволосую девочку. На неё смотрели зелёные глаза, в которых начали появляться капельки прозрачных блестящих слёзок. Нос начал подрагивать и хлюпать, превращаясь в красный помидор. А красивый рот скривился в огорчении. Но тут, в голове у Маруськи появилась мысль. Девочка утёрла слёзы и побежала на кухню.

Её снова встретила тишина. Мама оказалась такой же застывшей фигурой, как папа с братьями и сестрой. Мама остановилась в очень интересной позиции. Она как раз подбрасывала вверх блинчик в одной сковороде, а второй сковородой, ловила блин номер два. Причём, даже её юбка внизу трепетала неподвижно. На лице замерла красивая и лучезарная улыбка. В маминых широко открытых серо-зелёных глазах застыл озорной огонёк.

― Мамочка! ― крикнула Маруська.

Конечно же ей никто не ответил, даже шороха никого не было слышно. Девочка взяла застывший наверху блин, укусила его, вздохнула и горько заплакала. Она не понимала, что произошло. Маруська кусала блин и всхлипывала. Никаких мыслей и предположений у неё не было, что же случилось.

― Ммм... угу… нее. ― Капли слёз катились по носу. Когда капелька попадала на середину носа и приближалась к кончику, девочка смахивала её рукой и тяжело вздыхала. И снова плакала.

Маруська проглотила последний кусочек блина и услышала:

— Это ты ревёшь или я реву?

Маруська подняла голову, но никого не увидела. «Показалось», - подумала она и добавила вслух:

― Чур меня!

― И меня чур! Ага, ― раздалось в ответ со смехом.
Маруська встала и осмотрелась на кухне, но никого не увидела.

― Ты кто? Покажись, пожалуйста, а то страшно слышать голос, но не видеть никого, ― попросила Маруська.

― А ты не будешь кричать?

― Нет, с чего вдруг? ― Маруська даже ногой пристукнула. – Если ты не будешь меня обижать.

― Не буду. Ну, ладно… Смотри. Ага!

Из открытого шкафчика с мукой выкатилось маленькое ОНО: серое, пушистое. Необычной формы: такой помятый вытянутый овал размером с монетку. На девочку смотрело три глаза, и моргали они по очереди, так что Маруська улыбнулась.

― Привет! ― в такт голоса из пушистости вытянулись четыре щупальца: приветственно помахали. ― Я Сигуля, ага. Живу тут у вас.

Маруська стояла и таращилась на пушистика. Она потёрла глаза и ущипнула себя за руку:

― Нет, ну точно сплю. Начиталась книжек.

― Не-а, не спишь, ― захохотала Сигуля и, пролетев половину кухни, приземлилась девочке на плечо. Небольшими прыжками добралась до её ладони. ― Не бойся меня, Маруся. Удивительно, что ты меня видишь, ага.

― Удивительно, что ты меня знаешь, а я тебя нет. Сигуля, что случилось у меня дома? Почему все застыли?

― Ага, я знаю, что случилось. Всё очень просто. Произошёл Тыдышь! Они не застыли. Это ты попала в водоворот времени.

― В водоворот времени? Это что такое?

― Ну-у, сложно тебе объяснить, ага. Здесь живём мы: сигули, мигули, мгновения, доли, части и часы, леты и месяца. По-простому: мы управляем временем. Обычно, ага, к нам не попадают люди. А как ты сделала Тыдыщь?
Маруська шмыгнула носом и снова села на пол:

― Не знаю. Я читала книгу, побежала завтракать, разбила будильник. Зашла в ванну, а там… Все замерли. И что теперь делать?

― Что ты разбила? Случайно не разноцветный круглый будильник сверху со шляпкой? Ага?

― Ага, именно такой, ― повторила Маруська. ― Мой любимый. Бабушкин Анин.

― О, ага! Это особые часы. Они были изготовлены пятьсот лет назад в награду великой женщине, которая спасла Неделькиных. Правда не всех, ага. Но семь из десяти. Великий Лето заложил в будильник особое волшебство ― на удачу. Единственный минус ― когда они разбиваются, то люди, привязанные к ним, и попадают в наш водоворот времени. Ага, знаешь, что я вспомнила! Тебе нельзя оставаться здесь дольше одного часа, иначе навсегда останешься за временем. И будешь жить с нами.

― Ой! Я не хочу! Я хочу обратно к маме и папе. Что делать?

― Что делать? Ага, что делать… Клеить! Во что! Бежим скорее чинить!

Маруська осторожно поднялась, зажала в ладошке Сигулю, и побежала в свою комнату. Все части будильника так и лежали на столе.

―И как его собрать? Я не знаю…

― Не переживай. Я помогу. Давай листок и карандаш, и я нарисую как должно быть, а ты поищи суперклей.

Маруська положила перед Сигулей листок с маленьким карандашиком и убежала к родителям в спальню. Там она стала перебирать в коробке под столом папины инструменты, ведь именно в спальне он любил мастерить. Папа всегда закрывался, включал музыку и творил свои шедевры: деревянные шкатулки. В коробке лежало несколько недоделанных изделий. На одной шкатулке руки Маруськи застыли: круглая с лисой на крышке. Именно такую она просила на день рождения. Девочка прижала её к себе, а потом отложила. Клея в коробке не оказалось.

― Где же он может быть? – Маруська окрутила головой, переводя взгляд с одного предмета на другой и остановилась на шкафу родителей.

Маруська открыла дверки и начала вытаскивать коробки, одежду, обувь. Доставала всё не глядя, пока руки не погрузились в хрустящую розовую ткань. Платье, которое мама надевала на новогоднюю вечеринку. Мама тогда превратилась в принцессу, а Маруська так хотела ей быть. Девочка не удержалась и примерила на себя волшебное платье, которое совсем не держалось на ней. Но Маруська держала его руками. Объемный пышный низ платья, словно облако, окутал девочку, ведь роста у мамы повыше Марусиного. Девочка почувствовала себя принцессой и стала кружиться по комнате, совсем забыв о времени. Маруська аккуратно передвигала огами, чтобы не запутаться, не упасть. Она представляла, что находиться на балу, как Золушка и кружится в танце с принцем.

- Ла-ла, ла-ла, ла-ла, - пела Маруська, совсем забыв. Зачем пришла в комнату.

― Маруся, ага, клей нашла? - В комнату влетела Сигуля и удивлённо посмотрела на Маруську. ― Ты что делаешь? Танцуешь? Я тоже люблю, но осталось мало времени. Ага, ищи клей. Пятнадцать минут.

Маруська скорее сняла платье, затолкала его обратно в шкаф. Вдвоём с Сигулей они стали искать клей. Повезло им в саком конце: на дне шкафа стояла целая коробка клея-момента, которым папа чинит все и мастерит свои шкатулки.

― Отвёртку ещё поищи, ага. Нужно будет несколько деталек привинтить.

― Легко! А какую? Ладо, я знаю у папы есть целая коробочка насадок к отвёртке.

Маруська знала, где папа держит инструменты. В ящике на балконе было всё папино богатство, так что отвёртка с насадками нашлись быстро. Вернувшись в комнату, Маруся увидела листок, который оставляла Сигуле. Часы нарисованы были так, как будто они настоящие. А рядом нарисована схема сборки будильника.

― Во это да! Ничего себе рисунок! Как ты смогла это нарисовать? Обалдеть!

― Ой, да ладно, ага. Мы все, кто управляет временем, рисуем. Нам это для работы нужно. Не отвлекайся, ага. Сначала приклей всех животных, потом будешь прикручивать. Я не могу, видишь какая я маленькая. – Сигуля развела свои щупальца в разные стороны.

Маруська тщательно смазывала клеем каждое животное и прижимала к циферблату. Самое сложное оказалось приклеить дракона, ведь он развалился на две половинки. Маруська высунула язык и медленно приклеила одну половинку, а следом другую. Чпок! Вторая половинка дракона отклеилась. Маруська снова смазала половинку клеем и сильно прижала. Чпок! Теперь отклеилась первая половинка, потому что Маруська её случайно задела.

― Осталось пять минут, ага, ― Сигуля шепнула на ушко девочке.

― Угу, ― Маруська взяла первую часть дракона, смазала клеем и осторожно прижала, чтобы не дотронуться до второй части. Девочка сильно прижала большим пальцем обе поломанные детали дракона и замерла на несколько секунд. Она даже дышать перестала. – Вроде бы все, - тихонько сказала Маруська и медленно подняла палец. Дракон остался на месте. Он улыбался, и Маруське даже показалось, что он подмигнул ей с благодарностью.

― Ура! Теперь скорей прикручивай, ага! Вот это и это. – Сигуля перелетала со столика на плечо Маруське и обратно. Мохнатая шёрстка Сигули щекотала Маруську, и она засмеялась.

Девочка осторожно подобрала нужную насадку для отвёртки и стала прикручивать все детали на место, осталось только шляпку поставить на верх, где ей было самое место. Маруська радовалась, что она умеет обращаться с отвёрткой, не зря постоянно крутилась около папы, просила показать, как он всё делает.

― Одна минута, ага ― беспокоилась Сигуля и перескочила на стол. – Давай, крепи шляпку на штырик!

- Есть! – крикнула Маруська и пальцем легонько стукнула по шляпке, а та звонко засмеялась в ответ. – Я успела! Ура! – закричала девочка.

- Ура! – Сигуля радовалась вместе с ней и подпрыгивала у нее на плече.

― Мы больше с тобой не увидимся, да? – Маруська резко замолчала и мгновенно загрустила.

― Я тебя увижу, а ты нет. Если только снова не попадёшь в водоворот времени, сделав Тыдыщь, ага.

― Мне придётся снова разбить часы? – догадалась Маруська и задумалась.

― Нет, - засмеялась Сигуля. ― Есть секрет один, если догадаешься, то… ― Она взяла шляпку от будильника, помахала ей и поставила обратно на штырик: - До свидания. Маруська! Было приятно с тобой поговорить. Больше не делай Тыдыщь, а то так можно и пропасть в водовороте времени навсегда.

Сигуля положила шляпку часов на место, и звуки резко вернулись. За окном пробикала машина, часы затиктакали, из ванны послышался шум воды и смех близнецов. Маленькая сестричка визжала в ванной. Маруська даже уши прижала руками, так необычно было снова слышать все вокруг. Она медленно разжала пальцы, медленно впуская миллион звуков в голову, а потом и вовсе убрала руки от головы.

Девочка уже не видела Сигулю, хотя она только что сидела около будильника. А потом пропала вместе со звуками. Время побежало, унося с собой и Сигулю. Маруська дотронулась до шляпки.

― Маруська, ты где? – папин голос приближался к двери. ― Ты застряла с часами? Пошли завтракать.

- Я поняла, как снова увидеть Сигулю, - прошептала Маруська.

Папа зашёл в комнату и посмотрел на дочку:

― Маруська, а зачем тебе моя отвёртка и клей? Это совсем не игрушки.

― Папочка! ― Маруська обняла папу и прижалась к нему. ― Я тебя так люблю.

― Я тебя тоже люблю. Но всё-таки, нельзя без разрешения брать мои вещи.

― Ага, ― Маруська отпустила папу и побежала мыть руки.

Папа забрал отвертку, насадки и клей. Сделал вдох, покачал головой и открыл окно. Папа посмотрел на будильник, который как-то изменился. Словно стал лучше: более ровный, чистый и шляпка заблестела, как новая.

Братья и сестра уже сидели на кухне и ели блины. Маруська зашла в ванную, побрызгала водой на раковину и засмеялась: вода тёплая и жидкая. Она двигается, а не висит пластмассиной.

― Ничего не понимаю, ― говорила мама на кухне. – Куда мог пропасть блин. Подбросила вверх и пропал!

- Не выдумывай. Дети все поймали и съели. – Радостный папа присоединился к семейству. Блины он тоже очень любил.

- Наверное, - мама пожала плечами.

Маруська села за стол и улыбнулась, ведь она знала, куда делся блин. А ещё Маруська решила, что обязательно раскроет секрет будильника, чтобы снова встретиться с Сигулей. У Маруськи появилась идея, как без Тыдыща можно остановить время и пообщаться с Сигулей. Не зря Сигуля показала на шляпку.

― Мам, а когда мы поедем к бабушке Ане? ― Маруське показалось, что её пощекотали за шею, словно одобряя идею.

― На каникулах, ― улыбнулась мама и вышла из кухни, ведь блины она уже допекла.

Маруська жевала блины с клубничным вареньем и думала, как снова встретиться с Сигулей. Ведь тогда можно будет читать в любое время и не тратить на это ни минуты. Классная штука – этот водоворот времени, главное знать, как вернуться.

- Дети! Кто это сделал?! – Крикнула мама из своей спальни. – Кто разворотил весь шкаф? И моё розовое платье! – Мама прибежала на кухню и сделала грозное лицо, но даже папа прыснул от смеха. Не умела мама быть грозной.

- Не мы! – хором ответили близнецы и засмеялись.

- Не мы, - повторила малышка-сестрёнка.

- Не я, - попыталась уверенно сказать Маруська, но покраснела. Ей вдруг стало жарко, а уши почему-то пылали больше всего.

- Так, - засмеялась мама. – Доедай блины и марш убирать за собой!

«Эх! Нужно скорее разобраться, как останавливать время», - пронеслось у Маруськи в голове.