Летняя книга Маринки

Провести лето в деревне я не хотела, но мама убеждала – отдых на свежем воздухе полезен будущим школьникам. Мне только исполнилось 7 лет, я окончила детский сад, попрощалась с друзьями и планировала встречаться с ними летом во дворе. А мне сказали, что я поеду к бабушке. На две недели. Да, не все лето, но в семь лет даже две недели кажутся целой жизнью.
К бабушке мы ездили раз в месяц. Мне нравились эти поездки: папа крутил руль, шутил, а мама угощала бутербродами.
У бабушки Любы мы проводили выходные. Я успевала надышаться свежим воздухом, налопаться блинчиков с сахаром, понадкусывать гору пирожков. Тайком накормить кашей кота Сёмку, который и не подозревал, что мы всем можем умереть от голода, если вовремя не сядем за стол.
Дедушка у бабушки Любы тоже был, но виделась я с ним редко. Он весь день проводил в гараже, окруженный пылью и инструментами. Заходить к нему без спроса мне было запрещено.
И вот сейчас мне надо было ехать к ним на целых две недели!
– Ну мам! – пыталась я спастись. – Что мне там делать? Вика, моя лучшая подруга. Она в другую школу идет, я с ней больше никогда не увижусь!
– Вика через дорогу живет, увидитесь, – отвечала мама и продолжала собирать мой чемодан.
Чемодан мне купили специально. Я просила его весь год, а мне говорили, что купят его, когда мы поедем на море. И вот, на море мы не едем, но мы с чемоданом едем к бабушке. В деревню. Где не будет Вики.
Надежда, что я останусь дома, растаяла, когда вдалеке показалась деревня бабушки, и мы все подпрыгнули на знакомой кочке.
– Опять про нее забыл, – пробурчал папа, но продолжил вести машину к месту моей ссылки.
У калитки нас уже ждала бабушка в цветастом платке, темном платье до пят, переднике, испачканном мукой, и широкой улыбке.
Как только я вышла из машины, она обняла меня и прижала к себе такой теплой и мягкой. На секунду я даже обрадовалась, что проведу рядом с ней две недели.
Но тут бабушка мне подмигнула и сказала:
– Ты не единственная гостья у нас, Маринка, – и пошла обнимать маму и папу.
Я сбросила сандалии, встала босыми ногами на теплые доски тротуара. Он змейкой бежал по огороду, зазывая сначала в курятник, потом к качелям между двумя высокими черемухами и только потом приводил к дому. Пробежав знакомой дорожкой, я остановилась у дома. Дверь отворилась, и я увидела бабушкину гостью.
Это была маленькая старушка в ярком платье чуть ниже колена, короткими волосами и, к моему удивлению, тоже босоногая.
– Помнишь, тетю Марусю? – спросила мама. Она подошла сзади с папой и бабушкой.
А старушка вдруг подскочила ко мне и защекотала.
– Ну откуда ей помнить, ей было-то года два всего, когда я последний раз приезжала.
– Маринка, это сестра моя – твоя тетя Маруся, – объяснила бабушка и, спохватившись, позвала всех в дом, чтобы срочно пообедать.

МАРИНКА, ТЫ ТРАВНИКОВ ДЕЛАЛА?

Родители уехали через день. Долго меня обнимали, потом оставили мне телефон «на всякий случай» и укатили. Мне казалось, что всю дорогу домой они ужасно радовались своему коварству.
Я осталась в деревне.
Сначала я повисела вниз головой на черемухе, покачалась на качелях, потом пошла к себе в комнату, где достала из-под подушки телефон, чтобы набрать маму. Я хотела, громко рыдая, просить о возвращении из ссылки.
Но тут в комнату проникла тетя Маруся, присела рядом и погладила меня по голове. Ее маленькая ручка была такой легкой, что мне почему-то расхотелось плакать.
– А давай мы с тобой погулять сходим, – предложила она. – Я в родных местах пять лет не была, хочу посмотреть, все ли здесь как раньше.
– Только поешьте сначала и с собой возьмите, – отозвалась с кухни бабушка. Слышимость в доме была потрясающая! – А то знаю я тебя, Маруська, уйдешь и до вечера не вернешься. А Маринка – растущий организм, ей питаться надо.
Тетя Маруся подмигнула мне и хихикнула. Тут я поняла, что в ссылке у меня появился сообщник.

Бабушка Люба снарядила нас по-полной. Для меня достала из запасов белоснежный платок, чтобы я не потерялась в траве. Сестре вручила огромную корзину с припасами: капустными пирожками, рулончиками блинов с сахаром, чаем в термосе и банкой ягодного компота.

Тетя Маруся осмотрела этого плетеного зверя, сходила к себе в комнату и вернулась с небольшим рюкзачком ярко-красного цвета.
— Чтобы Маринка меня издалека видела! — ответила она на бабушкины протесты и переложила все припасы в рюкзак. Потом легко закинула его за плечи и протянула мне свою крохотную ладонь в мелких морщинах. — Пойдем. Тут недалеко, к вечеру вернемся.
Я впервые вышла за пределы бабулиного огорода. На меня обрушился стрекот кузнечиков. Я стояла в траве, жмурилась от яркого солнца и крепко держалась за руку тети.
— Тут всегда так? — спросила я.
— Как так? — отозвалась она.
— Громко, — уточнила я.

Тетя Маруся улыбнулась, легко сжала мою руку и пошагала вперед, раздвигая траву, чтобы мне было легче идти. Трава, нагрелась на солнце и пахла так же громко, как стрекотали кузнечики. Ее аромат сочился со всех сторон. Казалось, он поднимается над травой и окутывает меня. Я закрыла глаза и вдохнула. Рука тети вела меня вперед.
— Здравствуй, дружище! — вскрикнула тетя, и я открыла глаза.
— Кто здесь, тетушка? — спросила я, потом исправилась. — Ой, тетя Маруся.
— А мне нравится. Бабушка, тетушка, — сказала тетя Маруся, потом показала рукой. — Да вот же, друг мой, зверобой.

Тетушка опустилась в цветущую мелкими желтыми цветами траву и пригласила меня сесть рядом.
— Давай познакомлю.

Я посмотрела на тетушку, уж не сошла ли она с ума, с травой знакомиться. Но послушно села рядом и осмотрелась по сторонам, пытаясь вспомнить, какой дорогой мы сюда пришли. Вдруг тетя все-таки с ума сошла и обратно мне придется самой выбираться.

А она ласково гладила травинки, вдыхала горький аромат травы, растирала между пальцами листики.

— Ты когда-нибудь травников делала? — подмигнула мне тетушка Маруся.
— Нет, — отозвалась я.
— А снежных ангелов?
Про них я знала. Каждую зиму, едва снег покрывал землю, я находила нехоженый кусочек, падала на спину, раскинув, руки и ноги. Размахивала ими из стороны в сторону, потом вставала и любовалась на отпечаток — снежного ангела.

— Травники, это снежные ангелы, только в траве. Попробуй, — сказала тетушка и легла на траву, раскинула руки, ноги и давай ими махать. Пыльца с цветов летела вокруг, садилась на одежду и нос.
— Апхчи, — чихнула я.
— Будь здорова и давай, в траву падай, — скомандовала тетушка.
Я осторожно легла на траву. Она кололась сквозь футболку и царапала уши через платок.
— Это зверобой, друг мой, — начала рассказывать тетя. — Обещала я его навещать. Да вот на пять лет пропала.
Потом тетушка сорвала один стебель, размяла в руке цветы.
— Смотри, какой сок красный. Этот цветок на землю принесла раненая птица, она несла людям небесный огонь — молнию. Там, где упала птица, стал расти зверобой. Издалека он похож на огонек. А чай из зверобоя очень полезный, он простуду лечит и другие недуги.
Тетушка помолчала, вдохнула аромат растертых цветов и добавила:
— Вот и меня вылечил когда-то, лет пятьдесят с тех пор прошло. Наберу букетик Любушке, пусть себе засушит, да с собой увезу немного, зимой чай пить буду.

Я помогала тетушке срывать крепкие стебли, а когда устала, присела и просто наблюдала. В какой-то момент мне показалось, что она колдунья, которая выбрала меня, чтобы передать свои знания. Мысль мне понравилась, я решила, что не пропущу ни одного слова.

— А манжетка росу утреннюю копит, можно напиться с нескольких травинок.
Я замечталась и не заметила, как тетушка начала рассказывать про другую траву.
— Смотри, вон там с краю поляны блестит.

Мы подошли ближе, и я поняла, о чем она говорила. Под ногами ковром раскинулась трава в складочку, будто кто-то рюши раскидал. А в середине ее листочков лежало по большой капле воды.

— Надо наклониться и выпить, — сказала тетушка, и ловко изогнувшись, втянула каплю с крупного листа. — Попробуй.

Я выбрала каплю поменьше, на всякий случай, вдруг это не вода вовсе. Мама говорит, что пить в незнакомых местах опасно.
Манжетка наклонилась от моего движения, и капля соскользнула на землю. Я расстроилась — тетушка может, а я нет. Выбрала другую каплю и уже аккуратнее склонилась над травой и выпила из ее чашечки. На удивление она оказалась прохладной и вкусной.

Тетушка распаковала рюкзак, постелила платок на землю и выложила на него блинчики, пирожки и разлила по походным кружкам компот. Я с удовольствием выпила и его и привалилась к дереву спиной. И только в этот момент поняла, как устала.

После привала идти стало сложно. Солнце светило ярко, обжигало щеки и лоб, жарило кожу на руках. Мне казалось, что мы ушли так далеко, что никогда больше не сможем вернуться. Но тут тетушка остановилась и прошептала:
— Вот она голубушка.
Я выглянула из-за ее спины и увидела веселую розовую полянку.
— Это что? — спросила я.
— Душица, — ответила тетушка и вошла в это розовое облако. Она обнимала высокую траву руками, прижимала к себе и вдыхала ее аромат. Я тоже попробовала обнять душицу, но встретилась нос к носу с пчелой. Она нажужала на меня и улетела по своим делам.
— Наберем ее красавицу домой, — сказала тетушка, срывая стебли и засовывая их подмышку.
— Зачем? — спросила я.
— Заваривать будем, — ответила тетушка, остановилась, вытерла со лба капли пота и продолжила набирать букет. — Чай из душицы вкуснейший. А засушенные стебли память стерегут.
— Как это? — удивилась я.
— Считают, что если кустик душицы дома висит, то ее аромат помогает голову светлой сохранить до глубокой старости, — ответила тетушка, продолжая руками выкашивать розовое облако.
— Это как, светлой? Из брюнетки в блондинку превращаешься? — снова спросила я.
Тетушка громко рассмеялась.
— Да нет же, светлая голова — значит ничего не забываешь, — тетушка постучала себя пальцем по лбу и добавила. — Все накопленные знания при тебе остаются.
Вечером, дома, я сидела на кровати и зарисовала найденные травы. Потом попросила помочь подписать их. Приклеила к картинками настоящие стебельки, чтобы ничего не перепутать, когда буду рассказывать родителям.
Позвонить им сегодня я не успела – заснула.
Мне приснилось, что я колдунья и бросаю в огромный кипящий котел разные травы, мешаю их длинной деревянной ложкой, а огонь обжигает мне руки.
Это были последствия солнечного ожога, что я получила. Тетушка Маруся была за это наказана, и следующие несколько дней мы никуда не ходили, а смирно помогали бабушке по хозяйству.

Травяные букеты висели ароматной гирляндой на кухне и напоминали о моей первой вылазке в поле. Следующая случилась через дня три, когда летнюю жару прогнал ливень.

МАРИНКА, ПОШЛИ ЛИСИЧЕК ИСКАТЬ.

— Пора, Люба, — за завтраком сказала тетушка. — Лисички точно появились, самое время.
— Я хочу лисичек посмотреть! — не успев прожевать пышный, как в садике, омлет вскрикнула я.
— Когда я ем, я глух и нем, — сказала бабушка, погладила меня по голове и спросила. — Добавки будешь?

Я помотала головой, быстро выпила чай и убежала собираться в лес — никогда не видела живых лисиц.

В этот раз меня снарядили в поход серьезнее. Несмотря на яркое солнце меня засунули в майку и кусачую кофту с длинными рукавами, а на голову напялили огромную бабушкину панаму.
— Сегодня солнце не покусает, — сказала бабушка.
— Зато кофта покусает, — буркнула я и показательно почесалась.
— Бегите, к ужину вернитесь только, — сказала бабушка сестре и долго наблюдала, как мы уходим.

— Тетушка Маруся, а можно я кофту сниму, — спросила я. — Сил нет, все тело чешется.
— Давай, — подмигнула мне тетушка и достала из рюкзака мою футболку с единорогом.
— Ура! — закричала я и переоделась.

В лесу было прохладнее. Деревья шептались высоко над головой, шумели птицы, где-то стучал дятел.
— А лисички нас не испугаются? — спросила я, оглядываясь по сторонам. В лесу я была впервые. Я смотрела вверх и видела, как лучи солнца пробиваются сквозь листву и хвою, превращаясь в кружево.

— Не испугаются, — успокоила меня тетушка и зашептала. — Вон, смотри, там целая семейка сидит.
Я остановилась, всмотрелась, но ни одной лисы не увидела.
— Где они?
— Да вот же, между березкой и сосной сидят рядком, — сказала тетушка, пошла вперед, склонилась над землей и поднялась с рыжим грибом в руке. — Вот, одна лисичка есть.
— Это что ли лисичка? — расстроилась я. — Я думала настоящих лис искать идем.
— Это самая настоящая лисичка. Королева леса, — тетушка срезала остальные грибы и сложила их в складную корзинку, которую тоже выудила из рюкзака. — Вечером нажарим в сметане, ум отъешь.
— Я не хочу ум есть, мне в школу осенью, — испугалась я.
Тетушка засмеялась и объяснила:
— Ум отъешь, значит, так вкусно, что остановиться не сможешь.
Я недоверчиво посмотрела на нее, но тетушка уже тянула меня дальше.

Вскоре я уже сама начала замечать семейки лисичек и показывала их тетушке. Она их срезала и складывала в корзинку. Когда грибы перестали в нее помещаться, тетушка сказала:
— Ну, пора и честь знать. Лес нас сегодня порадовал.

Мы вышли на опушку и присели перекусить у куста шиповника. Тетушка Маруся достала один гриб из корзины, повертела его в руках и сказала:
— А ведь их еще петушками зовут, посмотри, — она наклонила лисичку боком. — Если вот так смотреть, то как будто гребешок у петуха, видишь?
Я увидела и кивнула. Потом подвинула корзинку к себе поближе и рассмотрела наш улов. Пахли лисички удивительно — лесом, мхом, травами.
— А какие еще грибы бывают, тетушка? — спросила я, не отрываясь от лисичек.
— Их много, — тетушка начала загибать пальцы. — Сыроежки, грузди, опята, боровики, подберезовики, маслята…
— И все сейчас найти можно, — обрадовалась я.
— Нет, каждому грибу свое время и место. Вот лисичкам хорошо в июле рядом с сосенками да березками, а боровики только в августе пойдут, — уточнила тетушка.
— Куда пойдут? — удивилась я. — Они ходить могут?
— Расти начнут в августе, значит, — улыбнулась тетушка. — Это их время будет. Лисички им место уступят.

Корзину с лисичками домой мы несли по очереди. Тетушка рассказывала, как маленькая бегала по местным лугам, лучше всех искала в лесу грибы. Всегда с полной корзиной возвращалась даже оттуда, где бывалые грибники ничего не нашли.

Рассказывала она так интересно, что переодеться в кусачую кофту я забыла. О чем нам сразу напомнила бабушка, как только мы показались в зоне ее видимости. Она кричала, показывала на руки, а когда мы зашли в огород, сразу ощупала меня и покачала головой.
— Не переживай, сегодня солнце ласковое, да и Маринка уже поджарилась, больше некуда, — засмеялась тетушка. — Пошли лисички жарить, у тебя сметана есть?

Лисички в сметане оказались очень вкусными, на их запах даже дедушка из гаража вышел. Все вместе мы сидели за столом. Бабушка и дедушка рассказывали, как тетушка Маруся в детстве в лес сбегала, чтобы грибов набрать. А тетушка уплетала грибы и с удовольствием смеялась над их рассказами.

Перед сном я добавила в свои заметки один рисунок с грибами и второй, где мы все вместе ужинали. Настоящие грибы приклеить на страницы мне не дали, поэтому пришлось тайком смазать бумагу грибным соусом, чтобы хотя бы так сохранить их аромат.

МАРИНКА, ПОЕХАЛИ ЗА МАЛИНОЙ.

На следующий день я проснулась поздно. В доме было непривычно тихо. Никто не брякал посудой на кухне. Я испугалась, что осталась одна. Я натянула одеяло по самые глаза и для надежности закрыла их.
— Ты замерзла? — я вздрогнула, бабушка села на мою кровать так тихо, что я не заметила.
— Нет, — ответила я, — а где все? Почему так тихо?
— Так ты испугалась? — бабушка положила свою теплую руку мне на голову, погладила меня.
— Да, — призналась я. Мама говорила, что бояться нормально, поэтому я легко в этом призналась.
— Глупышка, — улыбнулась бабушка. — Ты же дома, чего дома бояться. Вот я однажды в лесу такого страху натерпелась…
— Расскажи, — я скинула одеяло и села на кровати, кажется у меня даже уши на макушку поднялись.
Бабушка рассмеялась.
— Давай позавтракаем сначала. А то сегодня никак всех за стол не соберу, — бабушка встала. — Дед «муравья» починил наконец, сидит на него любуется, а Маруся в курятнике с утра прибирается. Вот, ходила позвать их.
— У дедушки есть муравей?! — удивилась я.
— Конечно, он на нем в лес ездит, по ягоды, — пожала плечами бабушка.
— Как? Муравьи же крошечные.
Бабушка громко засмеялась, я не поняла, почему, обиделась и заплакала.
Она забеспокоилась, вытерла мои слезы седым от муки передником и сказала мне в самое ухо:
— Муравей — это мотоцикл такой или мотороллер, с прицепом. Не видала никогда?
Я замотала головой:
— Никогда.
— Вот сегодня и посмотришь, дед его скоро из гаража выведет, — бабушка глянула на часы. — Обед скоро, а мы еще не завтракали, пойду еще раз за ними схожу. А ты одевайся, умывайся и за стол.

Поздний завтрак мне понравился. Дедушка шумно втягивал чай, кусал за румяные бока еще горячие пирожки. Тетушка Маруся хрустела салатом, принесенным с огорода, а я уплетала оладьи с медом. Бабушка чутко следила за нашими тарелками, и скоро мы уже не могли пошевелиться.
— А давайте в лес на «муравье» съездим? — предложил дедушка и погладил себя по животу. — Давненько я в лес не выбирался. Что думаете?
— Я не поеду, — сказала бабушка, встала из-за стола и начала прибираться, а тетушка Маруся засмеялась.
— Ты забыл, что Люба в лес не ходит?
— Помню. Так не одна же. Мы все вместе пойдем, — уточнил дедушка.
— А почему бабушка в лес не ходит, — спросила я.
— Ты что, Маринке не рассказывала? — удивилась тетушка.
— Зачем ребенка пугать? — бабушка до скрипа натирала тарелки полотенцем.
— Я не испугаюсь, — сказала я. — Расскажите!
— Утром в доме одна испугалась, — напомнила бабушка.
— Не испугаюсь! — повторила я, и тетушка Маруся начала рассказ.

— Это случилось, когда мне лет десять было, а Любе на пару лет побольше. Мы часто в лес бегали. И в тот день тоже с утра пораньше собрались, за малиной. Лесная малина, знаешь, какая вкусная! Так вот, идем мы по лесу. Я приметила кусты малины. Вот такие высокие, — тетушка встала и подняла руку вверх. — Люба первая к ним рванула и мне крикнула, что больше меня насобирает. Когда я дошла, она стояла у малины и смотрела вперед, между ветками, вот так.

Тетушка раскрыла глаза, открыла рот и замерла на секунду, потом хихикнула и продолжила рассказ:
— Я у нее спрашиваю, что случилось, а она молчит. Тогда я присмотрелась и увидела перед собой большой влажный нос, маленькие глаза и поняла, что это медвежья морда.

Тут замерла я, бабушка заткнула за пояс передника полотенце и сердито фыркнула, а тетушка говорила дальше:
— Я Любу за пояс схватила и потащила за собой. А сама по шажочку назад от малины отступаю. Когда отошли подальше, рванули со всех пяток домой, не оглядываясь. Еле дух потом перевели, так испугались. Вот с тех пор Люба в лес и не ходит, — закончила рассказ тетушка.

Дедушка покатывался со смеху, бабушка ушла с кухни, потом вернулась, а я спросила тетушку:
— А ты не боишься?
— А чего мне бояться, такая встреча раз в жизни бывает, — ответила она и спросила дедушку. — Ну что, когда едем?

Если вдвоем с тетушкой мы ходили в походы с одним рюкзаком, то в лес нас троих бабушка снарядила корзиной такого размера, что как тетушка ни старалась, не смогла переместить весь провиант в рюкзак.
— Вас трое едет, по лесу походите, аппетит нагуляете, все пригодится, — объяснила бабушка.
Вскоре я уже наблюдала, как дедушка выезжает из гаража на своем «муравье». Тот громко тарахтел, чихал и кашлял.
Бабушка обошла его, посмотрела на дедушку и сказала:
— Далеко не уезжайте, вдруг обратно пешком пойдете.

Дедушка хотел обидеться, но тетушка Маруся запрыгнула в прицеп, помогла забраться мне и крепко схватилась за корзину.
— Поедем уже!

Ехать на «муравье» было хорошо — из невысокого прицепа-кузова все было видно. Трава стукала в металлические бока, в гости заскакивали кузнечики. Курточка дедушки колыхалась от ветра, а мне казалось, что я не по дороге еду, а плыву на корабле. Ветер наполняет его парус, волны бьются в борта.

— Маринка, просыпайся, — потрепала меня по щеке тетушка, — умаялась что ли, заснула.
Дедушка уже бродил вдоль леса, почесывал голову, смотрел на солнце из-под ладони.
— Пойдемте скорее, посмотрим, что лес нам приготовил.

Я соскочила на землю, взяла ведерко и пошагала за тетушкой и дедушкой в лес. Он не казался мне страшным, мы уже познакомились, когда я охотилась на грибы. Но сегодняшняя встреча была особенной — меня обещали накормить настоящей лесной малиной.

Дедушка шел далеко впереди, тетушка рядом со мной.
— Девчонки, — крикнул нам дедушка. — Я малину нашел!
Тетушка взяла меня за руку и потянула за собой, но я встала как вкопанная.
— А если там медведь? — прошептала я.
— Нет там медведя. Он уже нашу компанию испугался и убежал, — рассмеялась тетушка, но я продолжала стоять.
Тогда она присела и шепотом сказала:
— Медведи боятся встречи с людьми, поэтому как только наш запах чуют, сразу уходят.
— А тогда почему не ушел? — спросила я.
— Наверное молодой медведь еще был, неопытный, — сказала тетушка и добавила. — Или так малины хотел, что ничего вокруг не слышал.

Я тронулась с места, но медленно, чтобы медведь успел меня почуять и убежать. Дедушка в это время уже вовсю уплетал малину с куста.
— На, поешь, — он протянул мне несколько ярко-красных удивительно крупных ягод. Я взяла одну и осторожно положила в рот. Прикусила. На язык полилась сладость. От удовольствия я закрыла глаза.
— Понравилась? — спросил дедушка.
— Очень! — сказала я и начала собирать ягоды с куста. Несколько штук клала в ведерко, несколько в рот. Наелась я быстрее, чем оно наполнилось.
Дедушка и тетушка стояли у кустов перепачканные малиновым соком. В воздухе стоял аромат ягод.
— Давай помогу ведерко донабрать, — тетушка начала скоро собирать и бросать ягоды в мою тару. Когда она наполнилась, мы вышли из леса, сели у «муравья» отдыхать.
— А какие ягоды еще в лесу растут? — спросила я.
— Черника, брусника, клюква, костяника, морошка. Много их, — ответил дедушка, запивая чаем третий бутерброд с колбасой. — Люба варенье из них варит, ты же пробовала.

Да, варенье я пробовала, а вот настоящие лесные ягоды видела только замороженными. Поэтому сейчас с удовольствием перебирала их в ведерке — мой личный улов.
— А за другими ягодами поедем? — спросила я.
— Можно съездить, они чуть подальше растут, — ответил дедушка. — Только не сегодня. Сегодня уже вечереет, пора домой возвращаться.

На следующий день мы поехали за черникой, и я собрала целое ведро темных бусин ягод. Собирались съездить за костяникой, но дедушкин «муравей» «устал», и его снова загнали в гараж.
Зато мои заметки пополнились зарисовками ягод. Морошку и клюкву мне помогла нарисовать тетушка. Она же придумала накапать сока малины и черники рядом с их картинками.
Родителям я обещала, что книгу летних воспоминаний покажу всем в классе, но сначала, ее увидит Вика.

МАРИНКА, ДОМОЙ!

Я проснулась от шепота мамы. Оказывается, родители выехали ранним утром, чтобы успеть разбудить меня — так соскучились.
Я бросилась на маму и повалила ее на кровать. Она был такая теплая и моя, что я не сдержалась и заплакала.
— Соскучилась? — спросила мама.
— Соскучилась, — шепнула я. — А где папа?
— Его бабушка в кухонный плен взяла, — улыбнулась мама. — Он там вчерашние пирожки спасает и блины с сахаром для тебя пробует.

Я прямо в пижаме поскакала на кухню и бросилась на шею папе.
За столом уже сидели тетушка Маруся и дедушка. Бабушка хлопотала у плиты.

— Может завтра поедете? — спросила с надеждой бабушка, переворачивая очередной блин на сковороде.
— Нет, мам, не получится, — ответила мама. — У нас самолет на море послезавтра.
— Самолет?! — закричала я. — На море!?
Я смотрела на папу и маму и подпрыгивала на стуле.
— Мы едем на море!?
— Да, — сказал папа. — Хотели сюрприз тебе устроить, поэтому не говорили. Перед школой надо хорошенько отдохнуть.
— Она и тут неплохо отдыхала, — бабушка смахнула слезинку, а тетушка встала и обняла ее.
— У меня и чемодан уже есть, ура! — закричала я громко, выбежала из-за стола и унеслась в комнату, чтобы скорее его собрать. Книгу летних воспоминаний я взяла с собой – пополню ее рисунками ракушек и крабов.

Ближе к вечеру мы с мамой и папой уже сидели в машине, а бабушка, тетушка Маруся и дедушка стояли у калитки рядком, как семейка грибов-лисичек в лесу. Мне почему-то стало очень грустно, я попросилась выйти из машины и снова крепко обняла сначала бабушку, потом дедушку и тетушку Марусю.
Когда машина запылила дальше от дома, где я провела лучшие две недели своей семилетней жизни, книга моих воспоминаний лежала у меня на коленях. Я листала ее страницы и вспоминала аромат трав, жгучее солнце, мягкость мха и страх от возможной встречи с медведем.

— Мама, — сказала я, — а можно я следующим летом снова поеду к бабушке. И можно… на все лето?
— Конечно, — ответила она.
— А можно, я книгу сначала вам покажу?
— Конечно! — хором ответили родители.
Я прижала к себе книгу, улыбнулась, закрыла глаза и заснула.
Проснулась я уже дома у себя в кровати.
Сразу позвонила бабушке, поговорила с тетушкой, спросила у дедушки, как его «муравей». И пообещала им всем рассказать, как отдохну на море.