ОБЫКНОВЕННЫЙ ВОЛШЕБНИК

Обыкновенный волшебник
(новогодняя сказка-бродилка)

Вступление
В доме номер 7 по улице Снежной было восемь квартир. Но если считать ещё и чердак, то целых девять. Считать его, пожалуй, стоило, ведь там жил старый дедушка с длинной белой бородой. Круглый год он сидел у себя на чердаке, почти не выходя на улицу. Только иногда его можно было увидеть в продуктовом магазине, на почте или в парикмахерской. Но каждый год в декабре дедушка вдруг начинал общаться с соседями, болтал на скамеечке с Кларой Петровной из пятой квартиры и ходил в гости к Егору Борисычу из первой.
Все жильцы об этом знали и уже давно не удивлялись такой внезапной общительности дедушки. Не удивляло их и то, что о себе он совсем ничего не рассказывал, даже имени своего не говорил. Все называли его просто Чердачным дедушкой. В этом году в декабре Чердачный дедушка почему-то не стал разговорчивым: на улице не появлялся, в гости не ходил, на скамеечке не сидел. Люди не обратили на это внимание, потому что в декабре у всех и так много забот: купить подарки и украсить квартиру, закончить рабочие дела и получить пятёрки в школе, придумать, как отмечать новый год и что надеть на праздник. Ну, разве тут до одинокого бородатого старичка?

Чердак
Чердачный дедушка лежал в постели и тяжело дышал. Он заболел. Именно поэтому его никто не видел в этом году во дворе. Температура не падала, кашель не утихал, а нос был таким большим и красным,… будто он – дед Мороз, а не Чердачный дедушка.
Волнистый попугай Бом сидел на подоконнике и качал головой.
– Старррый дурррень, – говорил он, – гулять пошёл в самый моррроз, в самый моррроз.
Дедушка шмыгал носом и шёпотом отвечал:
– Не ругайся. Что уж теперь? Лучше завари мне чаю с сахаром, а?
Бом поднялся в воздух, продолжая ворчать:
– Две ложки сахаррру и четыррре дольки лимона. Бом знает, Бом всё знает.
Дедушка улыбнулся, Бом всегда его выручал, вот и чай заваривать научился, ловко орудуя лапами и клювом. Когда-то попугай жил в клетке в одной квартире, а потом добрые дети выпустили его на улицу в открытое окно. Стояла зима, и птица бы обязательно погибла на морозе, но на её пути встретился дом номер 7 по улице Снежной. Совсем обессилев, попугай ударился грудью в чердачное окно. Бом. И снова, бом-бом. Дедушка потом долго отогревал его, кутая в тёплый пуховый платок, поил водой и кормил зёрнышками. И попугай осмелел, заговорил, принялся летать под потолком. А кличка Бом так и прилипла к нему навсегда. Уже много лет дедушка с попугаем жили на чердаке вдвоём.
Бом принёс хозяину чашку чая, сел на спинку кровати и стал поправлять подушку.
– Не могу я болеть спокойно, – жаловался Чердачный дедушка, – ты же знаешь, мне соседей обойти надо, каждого выслушать, каждому подарок придумать. Иначе какой же я… – и он закашлялся, облил одеяло чаем. Хорошо ещё, не ошпарился.
– Ладно, попррравляйся, – сказал Бом и полетел к окну, – мне по делам, а ты спи. Прррямо сейчас ложись, – попугай поддел клювом краешек оконной рамы и вылетел на улицу, дедушка даже ответить ему ничего не успел.
Подул ветер, окно захлопнулось, Чердачный дедушка хитро улыбнулся и принялся с удовольствием пить горячий сладкий чай с жёлтыми солнышками лимонных долек.

Квартира 1
Егор Борисыч полной грудью вдохнул морозный воздух. Несмотря на свои семьдесят девять лет, он так и не бросил привычку распахивать окна. Правда, теперь он предварительно облачался в тёплый свитер в полоску и шерстяную шапку с ушами.
На улице светило солнце. Егор Борисыч считал, что зимнее солнце радует в миллион раз больше, чем летнее. Ведь это, как пятилистник в кусте сирени – редкая удача. Во дворе высокая ёлка была украшена золотыми шарами, она напоминала всем вокруг, что совсем скоро праздник. Опять Клара Петровна из пятой квартиры постаралась, такая умница.
На железном водостоке за окном в снегу лежал небольшой зелёный ёлочный шарик, идеально круглый, но весь будто бы волнистый. И как он туда попал? Егор Борисыч взял шарик в руки, покрутил и убрал в карман брюк. Решил во время прогулки повесить его на ёлку во дворе. Джек гавкнул.
Три месяца назад Егор Борисыч принёс грязного белого щенка с улицы. А уже потом стал думать, как станет выгуливать его со своими больными ногами. Вот и сегодня щенок заливисто лаял, просясь на улицу, а хозяин всё никак не мог набраться сил. Медлил, присаживался отдохнуть. То у стола, то вот, возле открытого окна.
Через полчаса они всё-таки вышли. Егор Борисыч ковылял, Джек пытался сорваться с поводка и умчаться в неведомые дали.
– Пойдём-ка вон туда, к ёлке, у нас с тобой дело, – вспомнил хозяин, нащупав предмет в кармане, достал и остолбенел. На руке его лежал… каучуковый мячик. Яркий, разноцветный, как попугай.
– Как же это? – удивился Егор Борисыч, – был ёлочный шар, я же видел.
К подъезду подошли Максимка с мамой из седьмой квартиры. Мальчик громко поздоровался с пожилым соседом и погладил Джека по голове, его мама улыбнулась.
– Это не твой случайно? Я сегодня нашёл! – Егор Борисыч протянул мальчику раскрытую ладонь.
– Не знаю, наверно, – Максим, не глядя, сунул мяч в карман, в последний раз нежно посмотрел на щенка и нырнул в подъезд. Егор Борисыч помчался за вороной вслед за Джеком.

Квартира 7
Дома Максим разделся и пошёл в свою комнату, из окна оттуда было лучше всего видно двор. Ворона улетела, но Джек бегал по сугробам, таская за собой бедного старенького Егора Борисыча.
«А я бы его с поводка спустил и глаз с него не сводил. Мы бы играли в догонялки. И в «принеси мячик». А еще можно было бы его научить прыгать через скамеечку».
Мама зашла в комнату и вздохнула:
– Ну не трави душу, Макс. Я бы давно взяла тебе пса, если б не папина аллергия.
Сын кивнул. Они обсуждали это сотню раз. Но он всё равно ужасно завидовал всем, у кого были животные. И Чердачному дедушке, у которого жил попугай, и мужчине из четвёртой квартиры с котом. Но больше всего, конечно, Егору Борисычу.
– Хотя бы гулять, – сказал он, – с Джеком.
Мама пожала плечами:
– У Джека есть хозяин.
– Ему тяжело, видишь, – Макс указал на Егора Борисыча, который рухнул на скамеечку.
Мама помолчала, а потом погладила сына по тёмной кудрявой голове:
– Ну, давай спросим.
Она ушла варить суп, а Макс улыбнулся. В душе, как солнышко, вспыхнула надежда. А что если сосед ему разрешит? Ведь всем будет хорошо. Он достал из кармана мячик, и охнул… на руке у него лежал… пушистый шарик на резинке. Заколка, розовая и будто в каких-то перьях. Макс покрутил её в руках и побежал показывать маме.
– Странно, – сказала она, – может, это Маши из третьей квартиры. Ну, которая дочка бывшей балерины Екатерины.
И мама вздохнула. Она всю жизнь мечтала танцевать, но когда-то давно родители отдали её учиться на журналиста, а потом родился Макс.
– Давай сюда, я ей отнесу, – мама положила заколку в карман фартука.
Просто ей очень хотелось ещё разок взглянуть на балетные фотографии Екатерины в её прихожей.

Квартира 3
Через пару часов в квартире Екатерины раздался звонок в дверь, хозяйка бесшумно вышла в коридор. Прямая спина, стройные ноги и кичка на голове выдавали в ней бывшую танцовщицу. Хотя муж Екатерины всегда говорил, что танцовщицы не бывают бывшими. С художниками такая же история. Взять хотя бы Ольгу из второй квартиры, глядя на её яркую одежду, все эти чудесные платочки и шляпки, сразу ясно, что она – художница.
За дверью Екатерины стояла Лиза из седьмой квартиры. Екатерине она всегда нравилась, такая милая, жаль только, что всегда ходит в джинсах и футболке. Ну что это за одежда для женщины?
– Простите, пожалуйста, – Лиза протянула заколку, – может, это вашей дочери? Макс нашёл.
Екатерина взяла шарик в руки:
– О, это очень в стиле Маши. Вы проходите, пожалуйста, а я положу ей на стол. А то потом забуду.
Лиза осталась одна, она с восхищением переводила взгляд с одного балетного фото на другое. На всех Екатерина была в пуантах и в пачке, на всех её, как множество солнц, освещали яркие театральные софиты. Говорят, муж Екатерины – фотограф и влюбился в неё на съёмке.
Через мгновение хозяйка квартиры вернулась, а ещё через пару минут уже закрывала дверь за соседкой.
«Пару занятий в неделю, – думала она, – и Лиза превратилась бы в другого человека. Мне как раз нужны ученики на дому. Но не навязываться же ей!»
Вечером из танцевального училища вернулась Маша. Она была такая же стройная, как мама, с такими же длинными светлыми волосами и так же любила танцевать. Но так же, как её маме в молодости, ей не хватало времени на то, чтоб завести друзей. Потому что танцы, танцы, танцы.
Маша подошла к своему письменному столу и нахмурилась.
– Мам, – крикнула она, – а что за шарик у меня на столе?
– Соседи нашли. Вроде, это твой? – ответила Екатерина из кухни.
Маша удивлённо взяла его в руки. Это был… клубок шерстяных ниток. Совсем круглый, только хвостик торчал. «И почему мама решила, что это моё, – думала Маша, – я же не вяжу. Может, его потеряла бабушка из пятой квартиры? – Маша покраснела, – у неё ещё есть симпатичный внук Кирилл».

Квартира 5
Кирилл возвращался из школы. Он поднялся на второй этаж и сразу увидел Машу, ту самую Машу из третьей квартиры, высокую и стройную, с летящей походкой. Она была ни на кого не похожа, он даже смотреть на неё боялся. Хотя и смотрел аккуратно, когда она не видела.
Сейчас Маша стояла возле его двери, и Кирилл совсем растерялся.
– Привет, – она протянула клубок, – мне тут соседи принесли, думали, это моё,… в общем, не важно. Может, это твоей бабушки? Я подумала…
Она замолчала и покраснела. Кирилл взял клубок:
– Спасибо тебе. Наверно, это её. Она очень часто вяжет. Хочешь, и тебе может. Свитер или шарф. Я попрошу.
«Глупость сказал», – подумал он и спрятал клубок в карман. Но Маша улыбнулась:
– Я очень хочу длинный шарф, чтоб можно было в него целиком замотаться, – она спохватилась, – родители заплатят, конечно.
Кирилл закивал:
– Ой, да она с радостью. А то уже некому вязать, нас с ней всего двое.
И он снял с шеи длинный сине-белый шарф:
– Вот, померь, греет, как солнышко.
Маша намотала ткань на шею и покраснела ещё сильнее. От шарфа, и правда, было жарко. Она нехотя сняла его.
– Я тогда куплю шерсть и принесу, ладно?
Кирилл кивнул:
– В любое время. Ну, тебе же некогда, танцы…
«Откуда он знает?» – подумала Маша и побежала к своей квартире. А Кирилл зашёл домой. Он держал в руках шарф, который только что был на Машиной шее. Кирилл всегда посмеивался над маленькой девочкой из второй квартиры, каждый раз она несла из школы поделки из пластилина, спичек или картона, боясь на них дышать. А теперь и он так. Будто шарф мог растаять.
– Ба, я дома.
Кирилл повесил куртку. Дома пахло любимыми котлетами, бабушка его баловала. Клара Петровна вышла в коридор, улыбнулась:
– Кирюша. Давай обедать.
Но внук витал в своих мыслях. Уже на кухне он сказал:
– Во-первых, тут твой клубок нашёлся, соседи принесли. А во-вторых, будет тебе заказ на шарф. Всё равно же вяжешь все вечера.
– А что ещё делать, – вздохнула бабушка, – ты вырос, сказки рассказывать некому. Теперь только правнуков ждать.
Кирилл покачал головой:
– Ба, ну, каких правнуков?
Клара Петровна кинула клубок в карман халата и отправилась к плите варить для внука компот из сухофруктов. Когда она решила отдохнуть за вязанием, достала клубок шерсти, который принёс ей Кирилл, и вдруг поняла, что это… маленькая круглая погремушка. На ней была нарисована птичка.
– Батюшки, – сказала она, – откуда это у меня? Ничего не понимаю.
Клара Петровна надела очки, изучила погремушку и вспомнила, что единственный малыш в их доме жил в квартире номер восемь.

Квартира 8
Ира ходила по комнате и качала маленького Славика на руках, но он плакал и совсем не хотел спать. А вот сама Ира с ног валилась от усталости. Подумать только, а ведь когда-то они с мужем всё время куда-то мчались и мечтали объехать с палаткой все леса и озёра. Но родился Славик, и вместо палатки пришлось покупать кроватку и коляску.
Раздался звонок в дверь, малыш на секунду притих, а потом заплакал вдвое громче.
– Кого ещё принесло? – простонала Ира, заранее невзлюбив того, кто стоял за дверью.
Она пошла открывать, по дороге ругая своего мужа, который так и не научил её выключать звук звонка. Ира открыла дверь и увидела Клару Петровну, от неё так приятно пахло котлетами, что стало тепло и уютно.
– Ирочка, прости, пожалуйста, надо было постучать. Разбудила? – запричитала соседка, – ой-ой-ой. Вот я бессовестная.
Хозяйка квартиры сразу смягчилась. Она замотала головой:
– Не переживайте, пожалуйста, он не спал. Он за последние сутки глаз не сомкнул – зубки режутся.
– Бедная, – всплеснула руками Клара Петровна, – как же ты? Не отдыхала? А хоть ела?
Ира хотела кивнуть, но не смогла и честно ответила:
– Вчера. Всё ношу его, день и ночь, от двери до окна. Видела и как солнышко поднималось, и как Егор Борисыч с собакой гулял…
Но Клара Петровна не слушала, она уже убежала к себе домой. А через пять минут Ира на своей кухне уплетала соседкины котлеты, Клара Петровна держала на руках притихшего Славика, и, кажется, глазки его слипались.
Когда домой с работы вернулся Гриша, Ирин муж, он застал Клару Петровну в дверях.
– Я Славику сказку рассказала, и он заснул. Ирочка тоже спать легла. Устала бедная. Там погремушка на комоде, соседи нашли, ты взгляни, ваша или нет, и помой обязательно.
Гриша закрыл за Кларой Петровной дверь и подошёл к комоду. Но там лежал… маленький глобус ярко-синего, павлиньего цвета. На цепочке.
– Вот соседка даёт, – засмеялся он, – всё перепутала. А глобус… наверняка, того мужчины из четвёртой квартиры, он же географ.

Квартира 4
Пётр смотрел фильм об ограблении музея, серый полосатый кот спал в кресле рядом с ним. Коту не было дела до преступников на экране. Раздался звонок в дверь, и Пётр побежал в прихожую.
– Гриша, – улыбнулся он соседу, – что-то ты бледный. Сын не даёт отдыхать? Ну, ничего, будет лето, поедете на природу, на солнышко.
Гриша пожал плечами:
– Попробуем.
– А что тут пробовать? Это вам не заграница, не надо быть пилотом, как сосед из шестой квартиры. Что вам надо? – Пётр начал загибать пальцы, – хорошее настроение, карта местности и консервы. Ну и палатка, конечно. У меня этого добра туристического полная кладовка, жаль, спина болит, и я больше не хожу в походы.
Гриша мечтательно посмотрел на дверь кладовки и вспомнил, зачем пришёл:
– Вот,… тут нашли,… это ваше, наверное?
Пётр покрутил глобус в руках и положил в карман брюк:
– Похоже. Мне вечно такое дарят. Все считают, если я учитель географии, то меня кроме карт и глобусов ничего не интересует. А я, между прочим, живопись люблю, рисованием мечтаю заняться.
– Да? – Гриша удивлённо посмотрел на соседа и ушёл домой, а Пётр всё ходил по квартире и возмущался:
– Глобусы и глобусы постоянно!
Потом он сунул руку в карман, чтоб достать злополучный предмет,… но в руке у него лежал шарик из пластилина. Совсем круглый, только в одном месте выступ,… будто клювик.
Пётр так удивился, что сел в своё кресло, едва не раздавив кота.
– Как же это? – удивлялся он, – откуда? И чьё? Разве что девочки из второй квартиры. Но был же глобус! – и он обратился к коту:
– Ты видел? Был глобус?
Но кот не ответил.

Квартира 2
Ольга открыла дверь и улыбнулась соседу из четвёртой квартиры. Она была в ярко-розовом платье до пола, шею её украшали крупные жёлтые, как солнышки, бусины.
– Добрый вечер, – поздоровалась она, – вы к нам просто так? Или на чай?
Пётр растерялся, а потом протянул руку:
– Вообще-то вот. Ко мне каким-то образом попало это. И я подумал о вашей дочери.
– Вы принесли нам шарик из пластилина, как это мило! – Ольга захохотала, – ох, не обижайтесь, пожалуйста. Вы абсолютно правы: Славочка из восьмой квартиры слишком мал для пластилина, а Макс из седьмой не любит творчество. Значит, пластилин наверняка Викин. Проходите, пожалуйста, на кухню.
Пётр, смущаясь, пошёл вслед за хозяйкой и ахнул: на всех стенах в коридоре и на кухне висели рисунки и картины, обоев почти нигде не было видно.
– Это всё ваши? – спросил он.
Ольга кивнула:
– Конечно. И вот этот ребёнок тоже мой. Вика, поздоровайся. И на тебе… пластилин.
Девочка что-то пробормотала, но так и не подняла головы от поделки из бумаги. Это был целый дом со стенами, полом и крышей.
– Какая у вас творческая семья, – удивился Пётр.
– Это да,– снова захохотала Ольга, – приходите. Мы и вас приобщим, - глаза соседа вспыхнули, а Ольга подмигнула, - а то всё глобусы-глобусы.
Пётр нахмурился:
– И вы со своими глобусами! – и пошёл к выходу.
Когда дверь захлопнулась, Вика наконец оторвалась от поделки и посмотрела на принесённый соседом шарик.
– Мам, – сказала она спокойно, – а пластилин превратился в яблоко. Настоящее. Только вот тут два пятнышка, будто глазки.
Ольга подошла к дочке:
– И правда. Отнеси тогда его соседу в шестую квартиру, он вечно ест яблоки. А я пока нарисую… Камчатку. И на секунду мне покажется, что я там побывала.

Квартира 6
Владимир вернулся из рейса, принял душ и лёг в постель, несмотря на то, что был ещё ранний вечер. У него был свой график, как и у всех тех, кто работает на самолётах. Владимир был пилотом. Когда он засыпал, видел небо.
Но вдруг раздался звонок в дверь, и Владимир удивлённо раскрыл глаза. Он быстро оделся и побежал в прихожую. На пороге стояла рыжая девочка с солнечными веснушками на лице. Почему-то она была босая и держала в руках яблоко.
– Это вам, вы любите, я знаю, – сказала девочка и протянула подарок. Владимир взял.
Это было очень странно. Яблоки он действительно любил и частенько их ел, когда опаздывал на рейс. Вскакивал с постели, одевался и хватал со стола пару мытых яблок. Потом он хрустел ими, сбегая по ступеням. Оказывается, соседи это заметили. А что он знал о своих соседях? Вроде есть одна балерина. И учитель. Но чья была эта девочка?
– Я из второй квартиры, – сказала Вика, будто услышав его мысли, – скажите, а о чём вы мечтаете?
– Выспаться, – ответил Владимир и зевнул.
– И всего-то, – хмыкнула девочка.
– И встретить хоть один новый год дома, – добавил пилот грустно.
– А вы никогда? – удивилась Вика.
– Уже пятнадцать лет, – ответил Владимир.
– Ой-ой-ой, – маленькая соседка покачала головой и хотела уйти, но потом спросила, – а на Камчатке вы были?
– Раз десять точно. И это только в этом году, – сказал пилот.
– Здорово, – вздохнула Вика, – а пилоты бесплатно летают?
– Конечно, – улыбнулся Владимир и покрутил черенок на яблоке, – и они, и их семьи. Пару раз в год.
– Круто, – девочка хитро посмотрела на пилота, – приходите к нам в гости на новый год, если не улетите. Моя мама вам яблочную шарлотку испечёт.
Она ушла, и Владимир наконец сообразил, чья это была дочка. Той рыжеволосой женщины-хохотушки. Кажется, она архитектор. Или дизайнер. Или художник. Он хотел откусить от яблока, почему-то очень захотелось есть. Но вдруг в ужасе понял, что в руке у него… живой попугай. Как? Откуда? Он дёрнул рукой, и птица, расправив крылья, исчезла там, где лестница вела на чердак.
Владимир вернулся в постель, но долго не мог заснуть.

Чердак
Чердачному дедушке стало намного лучше. Пока не было Бома, он напился горячего чаю с сахаром и лимоном и выспался. Температура спала, кашель почти прошёл. Дедушка посадил вернувшегося попугая на тумбочку возле кровати и приготовился слушать. Бом начал болтать:
– Я всё сделал. Я всё узнал. Я всё пррридумал. Бом умный. Бом хоррроший.
Дедушка улыбнулся:
– Бом – самый умный. Спасибо тебе большое. Я почти здоров. Вот только завтра новый год. Как мы теперь успеем купить подарки?
– Всё готово, – заговорил попугай и взлетел под потолок, – завтррра все будут счастливы. Им надо только подсказать. Только напррравить. Бом – молодец.
Чердачный дедушка пристально посмотрел на попугая:
– И мне совсем ничего не надо делать? Я могу отдыхать впервые в жизни?
– Почти ничего, – Бом уселся на спинку кровати, – надо устррроить завтра небольшую снежную бурррю. Чтоб самолёты не летали.
Дедушка кивнул:
– Это можно. Бурю я легко. И закажу-ка я тебе в честь праздника самых вкусных зёрнышек. Золотистых, как солнышки.
– Зёрррнышек, – сказал попугай, – зёрррнышек.
И Чердачный дедушка Мороз взял в руки сотовый телефон.

Задание
Вспомни, пожалуйста, заветные желания жильцов дома номер 7 и подскажи, как они могут исполниться. Можно перечитать истории или просто посмотреть на рисунок дома и подсказать людям, как им получить желаемое.

РИСУНОК ДОМА № 7 В РАЗРЕЗЕ. ПЛАН ДОМА (В ПОМОЩЬ ХУДОЖНИКУ) ДАН НИЖЕ.

Заключение
Наступил следующий день, 31 декабря. В доме номер 7 по улице Снежной все жильцы готовились к праздничной, новогодней ночи. Во всех восьми квартирах и на чердаке люди наряжались, украшали свои жилища, резали салаты и пекли пироги. У всех было чудесное настроение и улыбки на лицах, на душе у каждого было солнечно. У кого-то уже сбылись заветные желания, а у других, люди точно это знали, они должны были вот-вот исполниться.
Но прежде, чем эта новогодняя история закончится, давай вспомним, её название. «Обыкновенный волшебник». Кто же тут этот обыкновенный волшебник? Может, Чердачный дедушка Мороз, который немного приболел, но всё же умеет устраивать бури? Или его невероятный попугай, который заваривает чай и превращается в предметы? Или это ты сам, ведь ты только что придумал, как исполнить желания жильцов дома? Оказывается, быть волшебником очень легко!

Приложение
Кстати, обыкновенным волшебником можно быть каждый день, не только в новый год. Хочешь? Тогда попробуй, например,
• Навестить одинокого соседа
• Накормить бездомных животных
• Подать милостыню бедному
• Позвонить пожилым родственникам
• Покормить уток в пруду
• Повесить у себя в подъезде коробочку с конфетами для соседей
• Сделать комплимент своему воспитателю или учителю
• Сказать родителям «спасибо» за их заботу
• Улыбнуться грустному прохожему
• Обнять лучшего друга
Да ты, наверняка, и сам можешь придумать что-то ещё, правда? С новым годом! И доброго тебе волшебства!

План дома
ЧЕРДАК
КВ.5 внук-подросток и бабушка (сказки)
КВ.6 мужчина-пилот (Н.Г. дома)
КВ.7 родители и мальчик (танцы)
КВ.8 родители и малыш (поход)
КВ.1 дедушка и пёс (прогулки)
КВ.2 мама и девочка (путешествия)
КВ.3 родители и дочь-подросток (друг)
КВ.4 мужчина и кот (рисование)