Лесной дед




Марьянке недавно исполнилось семь лет, а её деду Ивану целых семьдесят пять. Живёт дед Иван в небольшой деревушке Луково, куда так любит приезжать каждое лето его внучка. Домик у него простой, скромный, стоит на самом краю деревни, там, где начинается большое кукурузное поле. Весело в этом поле играть: зайдёшь туда, и потеряться можно. Нырнёшь в самую гущу, и тут же в зачарованном лесу очутишься. Очень интересно играть в таком выдуманном лесу, но ещё интереснее ходить в лес настоящий, особенно с дедом Иваном. Это больше всего и любит Марьянка.
В первый раз взял с собой дед Иван Марьянку в лес за грибами, когда той всего два годика было. Тогда-то и нашла Марьянка свой самый большой гриб. Да и сама она тогда была похожа на грибок с круглой шляпкой. Как услышала она, что за грибами папа с дедом собрались и её с собой взять решили, так тут же зонтик свой маленький раскрыла, на улицу выбежала, стоит и ножками от нетерпения топает.
– Да погоди, погоди ж ты, – ворчит дед. – Сапожки-то резиновые обуй. Без них в лес тебя не возьму.
А папа смеётся:
– А зонтик тебе зачем, Марьянка?
– Я гиб! Я гиб! – кричит Марьянка и звонко хохочет, заливается.
– Ах, гриб. Ну ладно, будь по-твоему.
Так и покатилась Марьянка, будто мячик, на своих коротеньких пухлых ножках, к лесу.
А в лесу-то – эх, красота! Грибов полным-полно самых разных – глаза разбегаются. Только самыми красивыми грибами Марьянке мухоморы нарядные показались. Как завидит она красную огненную шляпку, так и начнёт кричать: «Гиб, гиб!» А сама от радости прыгает.
– Это нехороший гриб, –¬ говорит дед Иван. – Это гриб-обманщик. Вроде яркий и красивый, что твой зонт, да только жуть какой гадкий внутри. От него если только кусочек откусишь, так сразу и отравишься. Поняла?
Марьянка кивнула головой.
– Конечно, и мухоморы пользу приносят, да только не таким малым детям как ты. Пойдём, покажу тебе, где хорошие грибы растут, научу тебя, какие из них собирать можно.
Да только Марьянке неинтересно. Дед с папой и лисички находят, и боровики, а Марьянка лишь по сторонам головой крутит и весёлые красные шапочки в белый горошек высматривает.
– Эх, Марьянка, – вздохнул дед. – Мала ты ещё для грибов. Не смыслишь в них ничего.
С этими словами присел дедушка возле ёлки, маленького боровичка срезал и дальше пошёл.
А Марьянке больно уж ёлка понравилась, красивая, пушистая. Решила обойти она эту ёлку кругом. Глядь – а там большущий гриб на толстой ноге.
– Гиб, гиб! – закричала Марьянка.
Глянули дед и папа да ахнули: нашла Марьянка огромный боровик.
С той поры и полюбила Марьянка в лес за грибами ходить. И хоть, когда подросла, начала понимать, какие грибы плохие, а какие хорошие, всё равно мухоморы больше всех других грибов любила.
Этим летом в гости к деду Ивану Марьянка приехала поздно, в самом конце августа, да и то всего на недельку. Но зато уж к грибному сезону поспела вовремя.
– Деда, мы с тобой целую неделю каждый день за грибами ходить будем, правда?
– Ну, каждый не каждый, но пару раз сходим обязательно.
Отправились дед с внучкой в лес. Дед идёт медленно, не торопясь, а Марьянке будто ноги чешутся, так и хочется им вперёд быстрей бежать. Соскучилась Марьянка по лесу, ой соскучилась! И по деду Ивану соскучилась, да по тому, как он с лесом разговаривает. Так, как её дедушка с лесом и со всеми его обитателями беседы ведёт, больше никто не умеет.
– Деда, давай чуть быстрее пойдём! – просит внучка.
– Не могут уже мои ноги быстрее. Хорошо, что хоть так идут, и на том спасибо.
– Деда, а, деда, ты с лесовиком здороваться будешь?
– А как же.
– А он тебе на глаза не попадался, пока меня не было?
– Не попадался, не показывался. Да и зачем ему встречи со мной искать, когда я в лесу веду себя тихо, спокойно, никого не обижаю.
Вот ступили дед Иван и Марьянка в лес, дед тут же в пояс поклонился.
– Здравствуй, лес родимый! Здравствуй, благодетель! Вот пожаловали к тебе в гости за грибами. Люди мы хорошие, обижать никого не будем, зла в мыслях у нас нет.
Дедушка нежно провёл рукой по стволу дерева.
– И тебе доброго дня, лесной дед! – обратился дед Иван к лесовику. – Не серчай, что пожаловали непрошеными гостями в твои владения. Вот и угощение тебе принесли, – дед положил небольшое лакомство для лесовика на пенёк. – А ты уж нам удружи, покажи грибные места.
Кто-нибудь другой на месте Марьянки может и рассмеялся бы. Она же серьёзно поглядывала на деда Ивана и старалась запомнить все слова: вдруг ей когда-нибудь без него придётся в лес идти. А лес уважить надо, как любил повторять да поучать дед Иван.
Любит Марьянка этот лес, знает его как свои пять пальцев. Хорошо в нём, красиво, а дышится, дышится-то как!
Только что это кругом валяется? Откуда столько мусора взялось? И бутылки, и пачки из-под сигарет, и мотки колючей проволоки.
– Ой! – вскрикнула Марьянка. – Как грязно здесь стало!.. Банки, бумажки… А проволока?.. Ведь об неё звери пораниться могут.
Сразу лес стал неприглядным. Неприятно теперь по нему ходить, и грибы собирать расхотелось.
– Дедушка, что же это с лесом нашим случилось? – воскликнула Марьянка.
– Да вот повадились люди некультурные сюда ходить. Не понимают, что такое природа, не уважают лес, устраивают свинство кругом. Нет уж сил на это смотреть.
– А что же твой лесной дед? Почему не наводит порядок? Почему этих, что здесь мусорят, не наказывает?
– Эх, я и сам не пойму, куда лесной дед запропастился, почему такое безобразие позволяет. Уж я его звал, звал, а он не идёт. Заболел, может?..
Всю ночь ворочалась Марьянка в кровати, никак заснуть не могла, а если и засыпала, то снилось ей, как она с лесным дедом разговаривает.
На следующее утро рано-рано побежала Марьянка в лес, даже деду Ивану ничего не сказала. Ступила в лес, поклонилась, поздоровалась, а потом, сама не зная почему, отправилась на мухоморную полянку. Из года в год росли на этой полянке мухоморы целыми семьями. Вот, например, стоят два больших мухомора, мама и папа, а возле них их маленький мухомор-ребёнок.
Села Марьянка на пенёк и плачет. Хочет она лесного деда позвать, да только страшно ей, ой как страшно. С лесовиком ведь шутки плохи. Рассердится чего доброго и злую шутку какую-нибудь сыграет, например, заберёт девочку к себе, и никогда она уже домой не вернётся. А если его не позвать, кто тогда лес спасать будет? Решилась Марьянка, глаза от слёз утёрла и позвала негромко:
– Дедушка лесовик! Дедушка лесовик! Это я, Марьянка, внучка деда Ивана. Поговорить мне с тобой надо.
Помолчала немного Марьянка, а потом позвала чуть громче, да только совсем жалобно:
– Дедушка лесовик! Дедушка лесовик!
Тут же из-под земли выскочил старичок, хмурый, сердитый:
– Ну, и кто тут ко мне пожаловал с заунывными песнями? Кто меня посмел от важного дела оторвать?
– Я, – еле-еле, совсем тихо прошептала Марьянка и, как зачарованная, уставилась на старичка.
Был он ростом с большой мухомор. Борода длинная зелёная, глаза как два изумруда сверкают. На голове старая соломенная шляпа. Одет в бараний тулупчик, вывернутый наизнанку. На ногах сапоги из мягкой кожи, да только они перепутаны: на левой ноге правый сапог, а на правой – левый.
Подошёл лесовик к дереву – стал ростом с дерево. Подошёл к кусту – стал ростом с куст.
– Ой!.. – выдохнула Марьянка.
– Вот тебе и ой. Я лесной царь и обладаю волшебной силой. Могу становиться большим, могу маленьким, а могу и вовсе исчезнуть сию минуту.
– Нет, нет, не исчезай, пожалуйста, дедушка лесовик. Важное дело у меня к тебе есть.
– Так и быть, выслушаю тебя за то, что ты меня так ласково дедушкой называешь. А то некоторые взяли моду лешим меня обзывать. Совсем совесть потеряли. Говори, что хотела, да побыстрее. Тороплюсь я.
Затараторила Марьянка, стараясь успеть все свои мысли изложить. Говорила она сумбурно, перескакивая с одного на другое. То про деда Ивана вдруг принималась рассказывать, то про первый свой поход в лес, а ещё про мухоморы и про то, как она лес любит, и, наконец, про мусор.
Выслушал лесовик Марьянку, глаз хитро прищурил и спрашивает:
– Ну а от меня-то ты чего хочешь?
– Ну-у-у, как чего… – смутилась Марьянка. – Ты же, дедушка лесовик, здесь хозяин. Вот я и хочу, чтобы ты тех, кто мусор в лесу бросает, наказал. Да как следует наказал.
– Накажу, обязательно накажу. Только не время ещё.
– Как не время? Почему не время? Вон уже сколько мусора набросали. Чего же ждать-то? – осмелела Марьянка.
– А того ждать, – поднял лесовик вверх свой заскорузлый палец, – что мы с Михайло Потапычем новый метод борьбы с этими иродами окаянными разрабатываем.
У Марьянки округлились глаза, а лесовик продолжал:
– Да-а-а, времена нынче пошли не те. Раньше меня боялись, уважали. Как начну дикой птицей кричать или медведем рычать, тут же наутёк и бросались. А сейчас и не слышат даже. Придут в лес, по телефону всё время разговаривают, а дети иные, те и вовсе идут дороги не разбирая. Уткнутся носом в эти штуки, как их, планшеты, кажется, и вообще ничего вокруг не видят. И чего тогда, спрашивается, в лес было идти?.. Так ведь мало того, что они шумят, кричат, музыку на телефонах включают, они ещё и бросают всё, что им не нужно, прямо под ноги. Хороши, нечего сказать!.. У себя-то дома, небось, не мусорят, а чужой дом не уважают. А ещё, – сказал лесовик, понизив голос, – даже страшно сказать: в меня верить перестали. Думают, я не настоящий, а выдуманный.
Марьянка погрустнела.
– Но зато когда один мальчишка здесь весной потерял свои игрушки, – и телефон, и планшет – я повеселился от души. На весь лес смеялся. Да и не я один. Все птицы и все звери со мной вместе смеялись.
– Это почему? – спросила Марьянка.
– А потому, что отец мальчишки взбесился и орал дурным голосом, мальчишка ревел в три ручья и сопли пускал, а мать и вовсе волосы на голове рвать стала. Потом принялись они все втроем по земле ползать, безделушки свои искать. А их и след к тому времени простыл. Утащил я их под землю. Как говорится, что упало, то пропало. Я эти вещицы тут же к Михайло Потапычу понёс. Большие мы с ним друзья, вот и решил я его о помощи просить.
Тут Марьянка совсем удивилась.
– Чем же он тебе помочь может?
– Чем, чем? – буркнул лесовик. – Да кое-чем. Он же страсть как этими людскими вещицами интересуется, а уж как в них разбирается – мама дорогая! Он мне пообещал, что из этих вредных штуковин сделает для леса полезную вещь.
– Ой, как интересно, дедушка лесовик! Что же это за полезная вещь?
– А такая вещь, которая поможет с этими бандитами бороться, чтобы не бросали всё что ни попадя в лесу.
От волнения и любопытства Марьянка даже губу закусила.
– Ладно уж, так и быть, расскажу, – смилостивился лесной дед. – Приходи на это же место через два дня, да с самого раннего утра.
Сказал так лесовик и тут же исчез.
Радостная и счастливая побежала Марьянка домой.
«А лесной дед, оказывается, совсем не злой и не страшный. Он, как и мой дед Иван, хоть и ворчит, а всё равно добрый».
Дома Марьянка не могла найти себе места, а в назначенный день побежала снова в лес, на мухоморную полянку.
– Доброе утро, мои дорогие мухоморчики! Доброе утро, лес! Доброе утро, дедушка лесовик!
– Доброе утро! – послышался голос лесовика. – Смотрю, не проспала ты, пришла вовремя.
– Не проспала, не проспала, – затараторила девочка.
– Ну что ж, мы с Михайло Потапычем закончили своё дело. Вернее, это он закончил. Вот же ж голова! Что он придумал – я и сам диву даюсь! Придумал он хитрую и умную систему. Ну а я немножко волшебства добавил, – сказал, улыбаясь, лесной дед.
– Расскажи же быстрее, дедушка лесовик!
– Ну, слушай. Теперь всякий входящий в лес человек тут же будет сканироваться, и специальная система будет определять, какие у него намерения: добрые или злые. А ещё эта система будет распознавать тех, кто здесь раньше мусорил.
– И что же потом? – воскликнула Марьянка.
– А дальше будет ещё интереснее, – крякнул лесной дед, поглаживая бороду. – Да что толку-то рассказывать? Это всё своими глазами видеть надо. Вот сейчас спрячемся за деревом и будем первого грибника поджидать.
Так и сделали Марьянка и лесовик. Спрятались за большим деревом и ждут. Вскоре и первый гость показался. Лесовик, как его увидел, тут же из кармана какой-то приборчик достал и на экран уставился. А экран через несколько секунд зелёным светом загорелся.
– Видишь, зелёным светом мой прибор светится? Это значит, что человек хороший и намерения у него добрые. Пускай идёт себе с миром. А мы будем ждать нарушителя.
Вскоре ещё один человек в лес пожаловал. Только на этот раз загорелся экранчик красным светом, а ещё на нём изображения бутылки и пачки из-под сигарет появились.
– Ой, что это значит, дедушка лесовик? – воскликнула Марьянка.
– А то значит, что он в прошлый раз бросил здесь бутылку и сигаретную пачку, злодей эдакий! Ну да я сейчас с ним поквитаюсь!
Лесовик нажал на маленькую кнопочку на своём приборе, и в воздухе перед глазами человека возникла какая-то надпись и раздался предупреждающий сигнал. Человек в недоумении остановился, и тут же побежали, поскакали слова да ещё со звуковым сопровождением! Грозный голос, похожий на медвежий рык, чеканил:
– Стой, человек! В лес тебе нельзя! Сначала за собой убери, потом дальше иди! А не уберёшь – пеняй на себя!
Грибник хмыкнул:
– Ах, Петька, ах, шалопай! И сюда добрался со своими розыгрышами.
И как ни в чём не бывало пошёл дальше.
Лесной дед разозлился.
– Будет тебе и Петька, будет тебе и розыгрыш. Вовек меня, лесного деда, не забудешь.
Хлопнул лесовик в ладоши, и тут же послышалось шуршание. Это выбирались из-под веток и листьев бутылка и сигаретная пачка, брошенные некогда в лесу этим невоспитанным человеком.
– Правильно, идите к своему хозяину, этому лесному истязателю, а мне вы здесь не нужны.
Как две змеи, быстро-быстро поползли пачка с бутылкой за своим хозяином. Настигли его и под ноги ему бросились. Только тот их сапогом поддал и дальше пошёл. А бутылка-то с сигаретной пачкой сдаваться были не намерены. Да и как тут сдашься, когда сам лесной дед приказал им за хозяином бежать? Догнали они снова невоспитанного грибника и давай у него в ногах вертеться. Споткнулся грибник о бутылку и упал.
– Что за чертовщина!
Понял он, что неладное в лесу творится и бросился бежать. А бутылка с пачкой за ним скачут, не отстают. Сигаретная пачка и вовсе умудрилась в карман куртки запрыгнуть. Бутылка же беглеца по пяткам колотит, да больно, да изо всей силы. Грибник кричит уж не своим голосом:
– Ой, ма-моч-ки! Спасите, помогите!
А Марьянка и лесовик смеются, за бока хватаются.
– Так ему и надо! – говорит Марьянка.
– Поделом ему! – поддакивает лесной дед.
– Только что же это, дедушка лесовик, – спрашивает Марьянка, – каждого грибника вот так надо караулить с этим приборчиком?
– Нет, я могу всё это в автоматический режим перевести. Михайло мой Потапыч научил меня, как это делать. А забавы да потехи ради можно иногда и самому на кнопочки понажимать, – улыбнулся лесовик. – Ну что, нравится тебе наша придумка?
– Нравится, ещё как нравится! – воскликнула Марьянка. – Скоро лес станет чистым и все отучатся мусор здесь бросать! Будет снова в лесу порядок!
Попрощалась Марьянка с дедушкой лесовиком и домой побежала, пока дед Иван её не хватился.
– Ой, дедушка, что в лесу творится-я-я! – закричала Марьянка с порога.
– Что же там творится?
– Там уборка полным ходом идёт. Лесной дед её затеял. Не заболел он и не пропал вовсе, как ты думал.
– Ты что ж, видела его?
– Своими глазами видела! – крикнула Марьянка.
– Не обидел он тебя? – заволновался дед Иван.
– А чего ему меня обижать, – закричала бойко внучка, – когда я лесу только добра желаю.
– И то правда, – успокоился дед. – А уборка что же? Неужто сам лесной царь свой дом убирает?
– Да нет, деда. Убирают те, кто мусорил.
– Как так? – удивился дед Иван.
– А вот скоро увидишь и услышишь.
И правда, чего только не насмотрелись дед Иван и его внучка за несколько дней. Дорога-то в лес проходила как раз возле их дома. С криками бежали по этой дороге люди, а за ними неслись вприпрыжку консервные банки, мотки проволоки, грязные пакеты, испорченные канистры. Они скакали по дороге и кусали своих хозяев за ноги.
И не скрыться людям, не убежать от своего мусора. И не будет места таким людям в лесу, пока не поймут они, что лес – это дом не только для лесовика, для зверей и птиц. Лес – это наш общий дом.