Нет Мороз

Этот запах… Кисло-сладкий, яркий, освежающий, наполняющий радостью. Такой особенный, ни с чем не сравнимый. Он неожиданно вызвал из памяти старика давно забытые ощущения праздника и чудес. Воспоминания брызнули фонтаном, словно оранжевый сок мандарина, и мрачное лицо старика на секунду преобразилось, стало светлее. Но только на секунду. Мандарин катался в его ладонях словно маленькое солнышко.
«Нет, – покачал головой старик, убеждая сам себя, – это просто фрукт, вид цитрусовых, вкусный и полезный. Богатый витамином С. Ничего особенного».
Оранжевая кожура раскрывалась, как цветок. Старик очистил мандарин, и хмурая маска вновь приклеилась к его лицу: «Ну и что с того, что он поспевает, когда у нас зима и… Не-ет», – старик затряс головой, отгоняя глупые мысли. Борода его разлохматилась от этого, седые волосы распушились.
Он отправлял в рот дольку за долькой ароматного мандарина, каждый раз грустно вздыхая. Глубокая морщина пролегла между кустистых бровей.
Чтобы отвлечь себя от тяжёлых мыслей, он взглянул в окно, украшенное морозными узорами. За стеклом блестел снег. На зелёных лапках ели, что росла около избушки, закачались красные шары.
Старик подскочил от удивления и протёр глаза. Брови его, словно крылья белой птицы, разлетелись в стороны. Яркие шары сорвались с веток и улетели. Снег осыпался с еловых лап.
– Фу… показалось, – выдохнул старик, садясь на лавку, – это всего лишь снегири.
Сегодня с утра ему отчего-то было неспокойно. Хотя ничего особенного не происходило в его размеренной жизни. Он, как всегда, рано проснулся и затопил печь в своей избушке. Почистил дорожки, засыпанные за ночь пушистым снегом. Послушал тишину. Здесь, посреди тайги, особенно зимой, все звуки слышались по-иному – чётче, глубже. Насыпал в кормушку зерна для птиц – единственных своих соседей и собеседников. Зашёл домой и почитал, пока светло.
И вот решил отведать мандаринов, которые купил вчера в поселковом магазине. Туда он наведывался нечасто – от его лесной избушки до посёлка было далековато. Но зимой спасали лыжи.
Старику было не по себе на людях. Особенно он сторонился детей, от которых можно было ожидать чего угодно. Стоило ему увидеть ребёнка – ещё больше хмурился и ворчал. Поэтому одинокая жизнь в лесу его вполне устраивала.
«Эх, и зачем я только повёлся на уговоры продавщицы. Купил бы яблоки, как обычно», – ругал себя старик.
Вспомнив о лыжах, он решил прогуляться. Надел потёртый тулуп, обул подшитые серые валенки, меховую шапку и, привычно подхватив котомку, вышел на улицу.
Снег на ветках деревьев блестел на солнце драгоценными камнями. Старик невольно прищурился. Но тут же остановил себя: «Это просто снежинки. Просто зима». Он ловко надел свои широкие деревянные охотничьи лыжи и покатил по мягкому снегу.
Лес сегодня был удивительно тих, словно выжидал чего-то. Даже ветерка не было.
Старик проехал довольно много. Остановившись на пригорке, он залюбовался открывшимся видом. За лесом белели просторы полей и лугов, а за ними, словно игрушечные, темнели ряды домиков посёлка.
Старик погладил себя по длинной белой бороде и поехал дальше. Спустившись со склона, он решил было уже повернуть назад, но вдруг что-то ярко-красное мелькнуло за деревьями. «Снегирь? Нет, большой для снегиря», – подумал старик.
Он подъехал ближе. Между деревьев показалась красная шапка с большим помпоном на макушке. «Ребёнок?! Девочка? – старика бросило в жар. – Что делает ребёнок один посреди леса, да ещё и зимой?»
Девочка лет семи на вид медленно шла на лыжах, утопая в сугробах почти до колен и оглядываясь по сторонам. Здесь лыжни не было. Её румяные щёки были почти уже одного цвета с помпоном шапочки.
Старик остолбенел, растерялся. Он так давно не разговаривал с детьми, что уже не помнил, как с ними нужно общаться. Со взрослыми ему хоть и редко, но приходилось говорить, когда он наведывался в посёлок. А про детей знал только, что они жутко вредные и капризные.
– Эй, девочка! Здравствуй, – помахал он ей рукой в меховой варежке.
Девочка заметила старика и удивлённо взглянула на него.
– Здравствуйте, – вежливо поздоровалась она, с любопытством оглядывая старика.
– Ты из посёлка? – спросил он, пытаясь подъехать ближе.
– Да, – кивнула девочка.
– Потерялась?
– Нет, – помотала она головой.
– Нет? – смутился старик. – И куда же ты идёшь одна по лесу?
– Я кое-кого ищу, – девочка выбралась на проложенную стариком лыжню.
– Значит, кто-то потерялся, и ты его ищешь?
– Нет. Никто не потерялся, – тихо ответила девочка.
– Ты, верно, уже замёрзла, – спохватился старик.
– Немного, – опустив глаза, ответила девочка.
Старик снял свой заплечный мешок и достал оттуда термос и завёрнутые в бумагу сухарики. По старой привычке он всегда брал с собой тёплый чай и немного еды – мало ли что в лесу случится.
– Попей – согреешься, – он протянул девочке кружку с горячим чаем и сухарик.
Девочка с радостью приняла угощение. Старик смотрел на неё колючим взглядом, словно пытаясь угадать, чего ожидать от этого ребёнка. Девочка захлюпала носом.
– Тебе опасно здесь оставаться, – строго произнёс старик. – Замёрзнешь совсем. В такой-то обуви! – он указал на её лыжные ботинки.
Девочка пожала плечами. Её пушистые ресницы и длинная русая коса были уже покрыты инеем.
– Что же мне с тобой делать?.. До посёлка далеко, – рассуждал старик, нахмурив брови, – до моего дома ближе. Поехали в мою избушку – согреешься, обсохнешь, а потом я тебя до дому провожу.
– Мне родители не разрешают ходить в гости к незнакомым, – сказала девочка, возвращая пустую кружку.
– А одной кататься по лесу разрешают, значит? – старик с прищуром взглянул на неё.
– Нет, – тихо проговорила девочка, – я им не говорила, куда иду.
– Всё верно: к незнакомцам в гости ходить не нужно. Но оставаться в лесу одной опаснее. Мороз и волки похуже незнакомцев будут. А меня бояться не надо. Поехали!
Девочка кивнула и поехала следом за стариком. Её немного пугал мрачный вид старика, но она понимала, что он прав – оставаться одной опасно, а до посёлка сил не будет доехать. Почти всю дорогу они ехали молча.
Старик остановился отдохнуть. Девочка тоже притормозила.
– А ты в лесу живёшь? Один? – робко спросила она.
– Да, живу один среди тайги.
– А, ты, наверное, лесник! – догадалась девочка.
– Лесник, – согласился старик и кивком указал на подъём. – Одолеешь эту горку? А там уже рукой подать до моего дома.
Девочка легко одолела подъём, хоть было видно, что она уже изрядно устала.
– Так кого же ты искала в лесу? Зайца, что ли? – спросил старик, отдышавшись на вершине.
– Нет. Я ищу одного человека.
– Кого же? – допытывался старик.
– Секрет, – ушла от ответа девочка.
– Бабу Ягу, что ли? – усмехнулся старик и снова покатил по лыжне.
– А как тебя зовут? – вдруг спросила девочка, следуя за ним.
– М-м… Марк Иванович. Но можешь звать просто дедом. А тебя как звать?
– Снежана, – ответила девочка и, осмелев, добавила: – Можешь звать просто внучкой.
Старик хохотнул. Кажется, в первый раз за долгое время:
– Внучкой, так внучкой. А имя у тебя самое что ни на есть зимнее.
– А я в новогоднюю ночь родилась, – улыбнулась Снежана.
Наконец показалась небольшая бревенчатая избушка. Подъехали. Снежана сняла лыжи и поторопилась в дом.
Старик протянул ей тёплые валенки с печки:
– Надевай – ноги тут же согреются. А свои ботиночки ближе к печке поставь.
Снежана прижалась ладошками к тёплому боку печи. Мокрую кофту она повесила на спинку стула и оглядела скромное жилище старика. Ничего лишнего – стол, стул, лавка, печка, полки вдоль стен, шкаф, кровать, сундук. Электричества здесь явно не было. На столе стояла свечка, которую хозяин зажигал вечерами.
Старик снял с печи чайник и налил чаю, поставил на стол остатки мятных пряников, варенье, мёд, мандарины.
– Чем богаты… – развёл он руками. – Извини, не ждал я сегодня гостей.
Снежана выпила две кружки чая, сгрызла засохший пряник, макая его в варенье.
– Как тут тихо, – гостье было непривычно – в лесной избушке ни радио, ни телевизора не было. – Дедушка, а собака хотя бы у тебя есть?
– Нет, – ответил старик.
– С кем же ты разговариваешь, если совсем никого нет? – удивилась Снежана.
– С птицами иногда беседую, – старик показал на окно. – Вон, летают.
Снежана выглянула в окно:
– Какая кормушка большая!
– Ну, и кого же ты здесь, в лесу искала? – выпытывал старик, всё так же хмуря брови.
– Дедушку, – робко ответила Снежана.
– Своего деда?
– У меня нет дедушек. Бабушки есть, а дедушек – ни одного.
– Жаль… А какого же ты дедушку искала тогда?
– Не скажу – ты смеяться будешь, – Снежана соскочила с лавки и снова прижалась к печке.
– Не буду, – заверил старик.
– Ладно… Дедушку Мороза.
Старик хмыкнул и спрятал в бороде кривую усмешку.
– Ну вот, я же говорила, что смеяться будешь! – нахмурилась Снежана.
– Прости, я же не над тобой смеюсь… Да и не смеюсь я вовсе. Ох уж эти дети…
– Ты тоже в него не веришь, да? – Снежана уставила на старика свои большие голубые глаза.
Старик моргнул и ответил:
– Верил. Когда-то.
– А сейчас нет, значит, – вздохнула Снежана. – Теперь даже маленькие дети не верят в Деда Мороза. А взрослые и подавно. И подружки мои не верят.
– Да, – согласился старик, – перестали люди верить в Деда Мороза…
– Ага. А я верю, что он есть. Вот и поехала на лыжах искать его. Мы часто с родителями катаемся в этом лесу, у нас и лыжня здесь есть. Но я решила дальше поехать. Туда, где больше ёлок. Думала, там Дедушка Мороз живёт.
– Ай-яй-яй, – покачал головой старик, – зря ты без взрослых поехала в такую даль. Хорошо ещё, что волков не встретила. Вот глупышка! Деда Мороза она пошла искать…
– Я вовсе не глупышка, – насупилась Снежана. – Я бы позвонила родителям, если что… Ой, а где мой телефон?
Снежана похлопала себя по боковым карманам штанов, проверила карманы куртки.
– А может я его дома оставила? – схватилась она за голову.
– Да ты ещё и растеряха, – покачал головой старик. – Все вы дети такие: строите из себя этаких умных взрослых, и ответ у вас на всё найдётся, а как до дела дойдёт – всё, ничего не умеете.
– Хватит дразнить меня! – не выдержала Снежана. – Злой ты.
Девочка скрестила руки на груди и отвернулась.
– Ничего не поменялось в этой жизни, – проворчал старик, – дети как были капризными, так и остались.
– А ты почему детей не любишь?
– Почему да почему, – передразнил старик. – Может, люблю, просто дети нынче такие – непослушные, невежливые, избалованные.
Старик налил себе чаю в большую железную кружку и отхлебнул горячий напиток.
– Послушай, дед! – вдруг оживилась гостья. – Ты же лесник, всё и всех в лесу знаешь, так? Значит, ты должен знать, где живёт Дед Мороз!
Старик чуть не поперхнулся, заохал, погладил свою бороду и задумался.
А Снежана снова закидала хозяина избушки вопросами:
– Ну чего ты молчишь? Знаешь ведь? Мне бабушка по секрету сказала, что Дед Мороз живёт в нашем лесу. Ты видел его хотя бы?..
– Видел, – кивнул старик. – Давно. Очень давно.
– И знаешь, где он живёт?! – Снежана распахнула глаза.
– Знаю, где он раньше жил.
– Отведи меня к нему, – Снежана обхватила ладошками широкую ладонь старика, – ну, пожалуйста! Отведёшь?
Старик молча пожал плечами. А маленькая гостья начала кружиться в вальсе, красиво размахивая руками и щебеча:
– Ах, у него, наверное, такой сказочный домик! Там так красиво и нарядно! У него самая пушистая ёлочка, самые прекрасные игрушки! Правда, у него чудесный домик?
– Да, – кивнул старик. – Домик был что надо. Но это было много-много лет назад.
– А сейчас? Где он сейчас? Переехал? Или он просто далеко живёт? – Снежана засыпала старика вопросами.
Старик неопределённо пожал плечами.
– Ты давно не был у него в гостях? Тогда нужно непременно сходить! Пошли, скорее! – Снежана запрыгала на месте.
– Нет, не сегодня, – угрюмо проговорил старик. – Тебя дома хватятся. Скоро смеркаться начнёт, – старик указал на окно, – тебе надо до темноты домой вернуться. Сейчас мы оденемся, и я провожу тебя до дому.
– А к Деду Морозу? – не отставала гостья.
– В другой раз сходим.
– В другой раз? – Снежана подняла бровки домиком. – Точно? А не обманешь?
– Да, в другой раз, – заверил старик и начал одеваться.
Снежана стала натягивать свою кофту и заметила, что та совсем не высохла.
– Нет, в мокром тебе нельзя идти, – покачал головой старик и достал из глубины сундука вязаную жилетку. – Вот, надень лучше это. Она после стирки сильно села, мала мне стала, а тебе в самый раз будет. А твою одёжку я возьму с собой.
Снежана натянула жилетку, она была мягкая, тёплая, с орнаментами и кармашками.
Когда старик с девочкой доехали на лыжах до посёлка, начало смеркаться. Старик вернул Снежане её кофту и попрощался. Снежана очень просила зайти к ним домой, но старик поспешил назад, пока вовсе не стемнело. Он обещал, что скоро приедет к ним и отведёт Снежану с родителями к избушке Деда Мороза.

С того дня старик ходил задумчивый, то и дело о чём-то вздыхая. Каждое утро он вспоминал о своём обещании, которое дал Снежане, но откладывал его на завтра. На следующий день всё повторялось. То слишком холодно, то метель разыгралась, то снег валит, то лыжню замело – каждый раз он находил какой-то повод не ехать в посёлок. Так прошла неделя.
И вот снова наступило утро. Погода стояла чудесная: небольшой морозец, солнышко, безветренно. Старик вышел на крыльцо, потянулся и… улыбнулся. Впервые за эту неделю. Ёлка, что росла около крыльца, едва заметно помахала ему лапками. Снегири яркой стайкой пролетели над головой старика, чтобы отведать угощение, которое он им оставил в кормушке.
Тропинку пересекали свежие заячьи следы. Давно зайцы сюда не захаживали. В последнее время только волчьи следы украшали снег вокруг избушки.
– Зачем же ты приходил ко мне, косой? – вслух спросил старик. – Иль весточку какую принёс?
Он задумался. Снег на солнце так ослепительно сверкал, что у старика невольно слёзы на глазах выступили. Он засунул руку в карман, чтобы достать платок, но вместо платка нащупал бумажку. Это был сорванный рано утром календарный листок. Старик внимательно изучил его, словно видел первый раз.
Снегири, позавтракав, вспорхнули на ёлку – на верхних ветках закачались шишки. И тут старику почудилось, что птицы начали насвистывать такую знакомую мелодию…
– А что? – старик мягко похлопал по еловой ветке. – Завтра ведь Новый год. Может и правда тебя украсить?
Он сказал это совершенно неожиданно для самого себя. Даже испугался собственных слов: неужели он такое мог сказать?! Но слово не снегирь, вылетит – не поймаешь.
Скрипя снегом, он потопал к чулану. Здесь пахло сыростью и чем-то ещё, чем-то забытым и выкинутым не только из жизни, но даже из памяти.
Старик наткнулся на большой пухлый чемодан. Раньше он был красным, а теперь из-за пыли и паутины казался серым. Старик потянулся к чемодану, но тут же отдёрнул руку: нет, не сейчас. Он достал из глубины чулана три картонных коробки. Вынес их на улицу и громко чихнул – клубки серой пыли разлетелись в разные стороны.
– Да… давненько же я не открывал их…
Старик открыл самую большую коробку и осторожно достал бумажный свёрток. Развернув его, он бережно положил на ладонь большой стеклянный шарик золотого цвета и повесил его на еловую лапку. С трепетом он развернул следующий свёрток – в нём оказалась зелёная шишка, посеребрённая инеем. Она тоже отправилась на ёлку.
Колокольчики, шары, шишки, домики, часы, матрёшки, мишки, зайки, белочки, грибочки – все старинные стеклянные игрушки теперь украшали красавицу ёлку. Со дна коробки старик достал серебристую мишуру и тоже развесил по еловым веткам.
В следующей коробке оказались бумажные гирлянды, разноцветные флажки и пушистая красная мишура. Старик развесил их внутри избушки. Красной мишурой он украсил дверной проём.
В последней коробке старик обнаружил длинные золотистые бусы. Он протянул их дома над окнами. В избушке сразу стало по-праздничному ярко и весело. Старик довольно ухмыльнулся, сам не веря тому, что впервые за столько лет снова нарядил ёлку и украсил своё скромное жилище.
Он заварил душистый травяной чай и поохал, вспомнив, что любимые мятные пряники закончились. Решил попить чай с вареньем. Только сел на лавку, как в дверь постучали.
Старик подскочил и напряжённо прислушался: он уже не помнил, когда последний раз слышал стук в дверь своей одинокой избушки. Он даже не сразу смог подать голос. Снова раздался стук.
– Входите, открыто! – опомнился хозяин избушки.
Дверь отворилась, впустив морозный воздух. На пороге возникли три фигуры: две высокие и одна низкая.
– С наступающим! – первым подал голос высокий мужчина в спортивном лыжном костюме и переступил порог.
– Добрый день! – мило улыбнулась молодая женщина в голубой куртке со снежинками.
– Здравствуй, Дедушка Мороз! – порог перескочила девочка в красной шапочке с помпоном.
– Здравствуйте, – растерянно улыбнулся старик и погладил себя по бороде. – Проходите, проходите же.
Снежана бросилась обниматься со стариком:
– А это мои мама и папа.
Родители представились, и старик пожал руки гостям. Мама вручила хозяину избушки кулёк конфет и мандаринов, а папа протянул ему пакет свежих мятных пряников. Все сели за стол.
Старик был явно смущён таким вниманием, поэтому мало говорил. Зато Снежана без конца верещала:
– Дедушка, мы ждали-ждали тебя, а ты не приходил. И мы решили сами к тебе приехать. А я еле дорогу вспомнила. Всё же замело, лыжни не видно. Но я увидела горку и быстро нашла твой домик.
– Дочка нам все уши прожужжала о тебе, дедушка, – сказал папа.
– Вот мы и решили навестить, – добавила мама.
– Твоя ёлочка издалека видна, игрушками сверкает, – всплеснула руками Снежана. – И в избушке у тебя теперь так красиво! Я же говорила, говорила! А они не верили! Представляешь, Дедушка Мороз?
Старик откашлялся и спросил несмело:
– Снежана, но как же ты… догадалась, что я и есть он?
Снежана хитро улыбнулась:
– Ну, на самом деле, как только я увидела тебя, то сразу подумала, что ты очень похож на Деда Мороза. Только тот весёлый, а ты грустный. Но оказалось, что ты лесник. И я даже думала сначала, что ты злой. Но ты птиц кормишь и мне помог. Так только добрые делают. А потом я нашла вот это…
Снежана вынула из кармана сложенный вчетверо пожелтевший лист бумаги.
– Это лежало в кармане той жилетки, которую ты мне дал, – объяснила она и протянула Деду Морозу старое письмо.
Старик развернул лист и провёл глазами по выцветшим строчкам.
– Да, я помню это письмо, – наконец сказал он дрожащим голосом, – это было последнее чудесное письмо, которое я получил.
Он стал читать вслух:
– «Здравствуй, Дедушка Мороз! Я верю, что ты получишь моё письмо и прочитаешь его. И я верю, что в Новый год случаются чудеса. Мой младший братик мечтает об игрушечном паровозике. Пожалуйста, подари ему паровозик! А у младшей сестрички прохудились валенки, ей гулять не в чем. Вот бы ей новые валенки! А тебе, Дедушка Мороз, я желаю здоровья крепкого и всего наилучшего! Валя Метелёва».
Старик глубоко вздохнул и сложил лист бумаги обратно.
– Жаль, не помню, в каком это было году… – задумался он. – Меня тогда очень тронуло это письмо. Девочка писала, заботясь о братике и сестричке, а ведь себе она ничего даже не просила. В тот год под ёлкой они нашли и паровозик, и новые валенки, и…
– Новые варежки! – с нетерпением добавила Снежана.
– Откуда ты знаешь?! – изумился Дед Мороз. – Да, я и в самом деле принёс Вале варежки.
Снежана сбегала и достала из кармана куртки красные варежки с белым орнаментом:
– Вот эти?
– Да, – кивнул удивлённый старик. – Но откуда?..
– Валя Метелёва – моя бабушка, – улыбнулась Снежана.
– И моя мама, – кивнула мама Снежаны.
– И моя любимая тёща, – добавил папа.
Дед Мороз сел на лавку и с прищуром оглядел Снежану и её маму:
– А ведь и правда – похожи! – и засмеялся добродушно, звонко.
Остальные подхватили его и тоже захохотали.
А потом был вкусный чай с пряниками, конфетами, мёдом, вареньем.
– Дедушка, – решилась спросить Снежана, – но почему ты сейчас вот так прячешься и к детям не приходишь?
Старик откашлялся и ответил:
– Когда взрослые перестали верить в меня, я не унывал: главное, чтобы детишки верили в чудо и в Деда Мороза. Но потом и дети перестали в меня верить, они дёргали меня за бороду, отбирали посох, заглядывали в мешок, кривлялись, насмехались: «За кого ты нас держишь, дядя? Мы же знаем, что ты артист». Они не хотели верить в меня, не хотели верить в волшебство, в сказку. Они стали жестокими. И однажды случилось самое страшное – я сам перестал верить в себя… Я перестал быть Морозом Ивановичем и превратился в обычного старика. Был Дед Мороз, а стал Нет Мороз. Мне уже никто не писал, а если и писал, то почтальоны забыли мой адрес. В мою лесную избушку теперь наведывались только зверушки.
Снежана подбежала к старику и обняла его:
– Мы верим в тебя, дедушка! Как это тебя нет, если ты – вот, здесь? Ты же волшебник! У тебя же и посох волшебный есть!
– В том-то и дело, – вздохнул Дед Мороз, – когда люди перестали верить в чудеса, мой посох вдруг стал терять свои волшебные свойства и превратился в обычную палку.
– Послушай, Дедушка Мороз, – подал голос папа. – А давай завтра ты к нам в посёлок придёшь, поздравишь народ с Новым годом. Днём на центральной площади праздничные гуляния будут. Представляешь, как дети и взрослые обрадуются тебе!
Старик смутился:
– Ох, я уже не помню, когда в последний раз на праздниках гулял. Да и шубу мою нарядную, поди, моль уже съела…
– А у нас мама в доме культуры работает, – не унималась Снежана, – там всякие наряды есть. Да ведь, мамочка?
Мама закивала. А Дед Мороз достал из чулана праздничную шубу с широкими рукавами. Она выглядела вполне сносно. И шапка, и варежки нарядные тоже нашлись.
– Дедушка, а где же твой посох? – поинтересовалась мама.
Старик снова заглянул в чулан и через пару минут вернулся с длинным красивым посохом:
– Вот он, – дед Мороз постучал им по полу. – Жаль, теперь это просто палка…
– А что сделать, чтобы он снова стал волшебным? – спросила Снежана.
Дед Мороз призадумался и ответил:
– Чем больше людей станут верить в чудеса, тем быстрее посох снова станет волшебным.
– А может проверим? – предложил папа. – Вдруг он уже заработал?
Дед Мороз что-то тихо проговорил и постучал три раза посохом об пол. Ничего не изменилось. Старик уныло махнул рукой:
– И кто после этого поверит, что я – настоящий, всамделишный Дед Мороз?
– Ну и что, – возразила Снежана, – главное, что у тебя борода настоящая, а не приклеенная.
Она развернула конфету, и фантик упал на пол. Наклонившись за фантиком, Снежана вдруг ахнула:
– Смотрите! Под столом такой большущий мешок появился!
И правда, под столом стоял пухлый красный мешок, перевязанный бечёвкой.
Дед Мороз вытащил мешок, заглянул в него и довольно улыбнулся:
– Ура! Заработал! Посох ожил! – он протянул всем по большой конфете из мешка.
– Ура!!! – хором воскликнули гости.
– Дедушка придёт к нам на праздник! – закричала Снежана.
– Не знаю, – сомневался Дед Мороз. – Я ведь за столько лет все свои навыки волшебника растерял. Детей разлюбил, обозлился…
Снежана подбежала к старику и что-то быстро ему прошептала на ухо. Тот задумчиво закивал и, повернувшись ко всем, сказал:
– Решено. Завтра поеду на лыжах на ваш праздник. Вот только, – старик почесал затылок, – Снегурочки у меня нет.
– Я, я буду Снегурочкой! – весело запрыгала Снежана.
– И костюм у нас есть, дедушка, – заверила мама, – дочка на утренниках всё время Снегурочку играет.
– А я могу в снеговика переодеться, – предложил папа.

Зимний день короткий. Пока Снежана с родителями возвращались домой, стало уже вечереть.
– Ах, надо ещё успеть подарок Дедушке Морозу приготовить! – беспокоилась Снежана. – Я нарисую его с посохом и с мешком, а рядом – себя.
– Молодец, правильно, – похвалил папа, – ему будет приятно.
– Вот уж не думала, что наша дочка настоящей Снегурочкой станет! – не переставала удивляться мама. – И как это, Снежана, тебе удалось уговорить дедушку прийти к нам на праздник?
Снежана пожала плечами и ответила:
– Я просто сказала ему, что наша бабушка Валя уже очень плохо ходит, но каждый Новый год ковыляет с палочкой на площадь и ждёт чуда.

Дедушка Мороз, проводив гостей, достал из чулана свой огромный чемодан, вытер пыль с его пухлых боков и раскрыл его. Чемодан был набит стопками писем и открыток, аккуратно перевязанных лентами и верёвочками. Старик мягко провёл ладонью по старинным открыткам и пожелтевшим конвертам. Но вдруг спохватился и снова забежал в чулан.
Наконец, Дедушка Мороз нашёл, что искал – большой деревянный почтовый ящик. Очистив от паутины и пыли, он приколотил его около своего крыльца. «Почта Деда Мороза» крупными буквами было выведено на ящике.
– Вот теперь порядок, – улыбнулся Дедушка Мороз и подмигнул ёлочке.